Страница 10 из 77
— Он?.. — меня дёрнуло в сторону от того, что Сейна махнула рукой, которой держала меня. — Он уже в классе Стеблей?
Вот тут повисла пауза. Сейна не ожидала такого. Теперь она глянула на меня иначе.
Эльвар… Почему она вмешалась? Не думаю, чтобы помочь. Тут что-то другое. И от мысли, что возникла в голове — в животе скрутило.
Они спорили не обо мне, а делили, кому теперь могу принадлежать. Сейна тянула меня в свою яму как чужого, вошедшего без спроса. Нейра держала как своего, за которого отвечает Равновесие. Впервые за всё время мой вес считали не по мне самому, а по жетону.
— Уважаемая Сейна Тонкая Игла… прошу отпустить нашего ученика, — произнесла крайне вежливо Нейра. — Нам необходимо вернуться. У нас не принято опаздывать.
Сейна молчала недолго. Потом лицо её отвердело, и в голосе не осталось ни игры, ни досады.
— Не позволю. Я уважаю вашу семью, — продолжила она. — Но это моя школа и мои правила. — Взгляд её лёг Нейре прямо в глаза. — Или семья Эльвар хочет рассориться со Школой Пути?
Проход всё так же держали два Узла. Мой источник звенел от готовности, и метка на щиколотке отзывалась ровным холодом на каждое биение. Я стоял и глядел, как две женщины перебрасываются словами, словно сражаются оружием.
Нейра выдержала паузу. Она не спешила, и от этого её ответ прозвучал более опасно, чем у Сейны.
— Вы, — обронила она, — сейчас угрожаете моей семье?
Ни злости, ни нажима. Ровный, спокойный голос, за которым угадывалось что-то очень большое и крайне холодное.
И Сейна это услышала. По лицу её прошла тень, короткая, и я понял: перегнула. Зашла дальше, чем собиралась, и теперь ей нужно уходить с этой дороги, пока не поздно.
— Вы меня неправильно поняли, госпожа Нейра Эльвар, — чуть склонила голову Сейна. — Ни я, ни моя школа не хотели вам угрожать. — Но данное дело касается нашей школы, и несмотря на моё уважение к вашей семье… я не позволю вмешиваться в наши дела. Потому что тут дело даже не в старых обидах.
Пальцы разжались на моём плече, и она отступила на шаг, разглядывая меня заново, будто впервые.
— Он вошёл в библиотеку. За плату, говорит. — Уголок губ дёрнулся. — Эй, — бросила она в сторону стойки.
Женщина вздрогнула вся, от плеч до колен. Двинулась к нам мелким, неохотным шагом, вытирая ладони. Остановилась поодаль, не поднимая глаз.
— Ты выдавала ему бирку для прохода в библиотеку? — спросила Сейна. — Он платил нашей школе.
Пауза. Женщина глядела в пол, потом на Сейну. Видел, как у неё дрожат руки. Она сглотнула. Уже догадывался, что она скажет, ещё до того, как её губы дрогнули:
— Нет.
И от него мне под рёбрами стянуло холодом.
— Но у меня есть бирка! — повысил я голос. — Вот. Я заплатил два зелёных ядра за вход. Она мне даже говорила, где искать свитки.
— Вот как… — протянула Сейна. — Значит, никакого знака ты не платил. А что касается твоей бирки… — Она склонила голову. — Ты её украл у кого-то из учеников. Может быть, для госпожи Эльвар это новость, но не для меня. Такие, как ты… всегда лгут, обманывают и воруют.
— Вы можете это доказать? — поинтересовалась Нейра.
— И чьему слову мне верить? — удивлённо подняла брови Сейна. — Той, кто верно служит этой Школе двадцать лет? Или наглецу из руин?
Открыл рот, чтобы что-то сказать, но не стал.
— Незаконное проникновение, — перечисляла она, загибая тонкие пальцы. — Кража библиотечного знака. Нарушение законов Школы Пути. — Ладонь она сжала в кулак. — А знаешь, мальчик, что у нас бывает за то, что чужак пробрался за наши стены и рылся в наших книгах? Смерть.
Так вот что она решила… Из-за Эльвар ей пришлось всё вывернуть так, будто я нарушил закон и теперь должен понести наказание? Внутри кипела злость, какая же она… тварь, а ведь наставница Школы Пути.
Моя рука с биркой опустилась. Нейра всё это время стояла молча. Я скосил на неё глаза, и по лицу понял: она проиграла этот разговор. Эльвар глянула на меня, и в её взгляде был только расчёт, быстрый и холодный, вроде моего собственного.
— Тогда, — пожала плечами Нейра, — мне больше нечего добавить.
Тут же развернулась и двинулась к выходу. Внутри у меня всё опустилось разом.
Сейна проводила её взглядом до самой галереи. Дождалась, пока Эльвар со своими людьми скроется за поворотом. Только тогда повернулась ко мне, и последняя тень вежливости сошла с её лица.
— Тебе придётся немного подождать, — произнесла она негромко. — Сегодня у нашей школы важный день. Не хочу его пачкать твоей кровью на глазах у гостей. — Она чуть повела рукой в сторону двух Узлов. — Уведите в чёрную комнату.
Один из них тут же шагнул ко мне и крепко взял за локоть, а второй тут же зашёл с другой стороны. Я всё ещё продолжал намертво сжимать бирку в кулаке, пока меня наконец куда-то повели.
Пока мы шли, я как бы невзначай завёл руку к поясу, делая вид, будто просто поправляю сбившуюся накидку, что выглядело как самое обычное движение. И в этот самый момент источником осторожно тронул метку на щиколотке, Схрон Беглеца открылся. Деревянная бирка мгновенно исчезла из ладони, чего никто из сопровождающих даже не заметил, поскольку оба они лишь молча держали меня за локти и целенаправленно глядели только вперёд.
Когда меня вывели во внутренний двор, оба солнца уже заметно клонились к закату, из-за чего тени лежали на земле длинными вытянутыми полосами, а от самих камней ощутимо тянуло надвигающейся вечерней прохладой. Меня вели вовсе не к главным воротам, а куда-то в сторону и вниз по узким запутанным проходам между зданий.
Здание, к которому мы в итоге вышли, стояло глухим особняком. И представляло собой низкую и тёмную постройку из старого грубого камня с крошечными узкими окнами под самой крышей, которая казалась не столько разрушенной, сколько просто затхлой. На её потёртых дверях с тяжёлыми коваными петлями тускло тлели какие-то глифы.
Источник у меня заворочался ещё до того, как мы приблизились. Перед дверью меня остановили и принялись обыскивать. Вывернули пояс, прошлись по бокам, по рукавам, по голенищам.
— У него была бирка, — сказал тот, что стоял справа. — Забери.
Второй пошарил ещё раз. По ладоням, за пазухой, по поясу. Дёрнул меня к себе.
— Где?
— Не знаю, — ответил я. — Обронил, наверное. Пока шли.
Кулак вошёл мне под рёбра коротко и жёстко. Дыхание вышибло, я согнулся, но устоял.
— Признавайся. Где спрятал?
— Не-ту, — выдавил я.