Страница 47 из 66
— Замок построим, обещаю. Но сначала папе нужно сделать один очень важный рабочий звонок. Беги на кухню к Анне Петровне, пусть нальет тебе сок. Я сейчас приду.
— Ладно! Только быстро! — Эмилия послушно сползла с кровати и в обнимку с капибарой пулей умчалась обратно в коридор, громко хлопнув дверью.
Стоило шагам затихнуть, как Марк резко сдернул с меня простыню. Я судорожно вздохнула, глотая прохладный воздух спальни, и зло зыркнула на него снизу вверх, упрямо сжимая кулаки и пытаясь прикрыть обнаженную грудь подушкой.
— Вы… вы невыносимы, Марк Александрович! — сердито прошипела я, чувствуя, как щеки по-прежнему полыхают пламенем.
— Вам смешно?! А если бы она увидела?!
Марк лишь хищно, победоносно ухмыльнулся кончиками губ. Его серые глаза сканировали мое растрепанное, веснушчатое лицо с такой отчаянной мужской нежностью, что спорить с ним дальше было невозможно. Он потянулся к тумбочке, взял свой личный смартфон и быстро набрал номер начальника службы безопасности холдинга. Врубил громкую связь.
— Савельев, слушай меня внимательно, — ледяным, деловым тоном приказал Марк, но его свободная рука продолжала медленно, обжигающе перебирать мои медовые кудри на подушке.
— Та пятидесятилетняя строгая няня из агентства, которую мы утвердили вчера… Пусть заступает на смену сегодня в десять ноль-ноль. Да, контракт в силе. Оформляй её.
— Принято, Марк Александрович. Всё сделаем, — сухо отозвался полковник Савельев и повесил трубку.
Марк отбросил телефон в сторону, и его лицо мгновенно потемнело, возвращая себе маску угрюмого контроля. Он заставил себя выполнить мое вчерашнее условие, согласился на мой план нормальных встреч и съемной квартиры, но по его тяжелому, голодному взгляду я видела, чего ему это стоило . Он до безумия, до скрежета зубов не хотел отпускать меня из этого пентхауса. Для него этот компромисс был самой тяжелой уступкой в жизни.
Мужчина резко наклонился надо мной, нависая всей своей мощной массой и блокируя мне любой обзор. Его пальцы жестко, но бережно перехватили мои запястья, прижимая их к матрасу.
— Я выполнил твой уговор, Веснушкина, — тихо, зловеще-бархатным шепотом произнес он прямо мне в губы, и его дыхание обожгло мою кожу.
— Няня приедет через два часа. Ты съезжаешь в свою съемную квартиру и строишь из себя независимого юриста. Но запомни одну вещь: я даю тебе ровно три месяца на эту самостоятельность. Я буду возить тебя на свидания каждый вечер. Я буду караулить тебя у твоего нового дома. И через девяносто дней твоя съемная территория официально прекратит свое существование, потому что ты вернешься сюда. Уже в статусе моей законной жены. Контракт одобрен, госпожа юрист. И обжалованию он не подлежит.
Я счастливо, растерянно улыбнулась, чувствуя, как из глаз готовы брызнуть слезы облегчения.