Страница 45 из 172
— Возле дома всё заросло.. — не особо уверенно произнесла она и сразу же поняла, что надо по-другому. Но не получалось, хотя образ Нинет застрял в голове и надо было только скопировать его. — ..если дружно взяться, то за день можно расчистить.
Никто не отреагировал.
— Вы должны были приглядывать за хозяйским домом! — а это вообще вышло жалко, обиженно и по-детски. Не хватало только, чтобы её здесь приняли за деточку и назначили мамушку.
— Дык, приглядывали..
Никто не рвался бежать и помогать, наоборот, многие потихоньку отходили, норовя вернуться к своей работе.
— В солеварне пусть останется тот, кто необходим, а остальные сегодня, а если нужно, то и завтра, будут заняты у меня! — собравшись с духом, громко приказала Полина и сердце её замерло.
«Сейчас пошлют куда подальше, а то ещё пригрозят, чтобы рот не раскрывала», — думала она и заранее смотрела с вызовом.
Все выжидающе смотрели и ждали.
— Всё должно быть вот так! — Поля махнула рукой и создала иллюзию чистого дворика возле дома.
Это было удачной идеей.
Иллюзия произвела неизгладимый эффект на каждого, и девушка ради озорства заменила тёмно-зелёный вьюн на красные и розовые плетистые розы, а освобождённую от неопрятного кустарника землю на короткую изумрудную травку с низеньким белым заборчиком, над которым прямо на глазах у всех выросли кусты с цветущими гортензиями.
Это было баловство, тем более игрушечный белый заборчик вместо каменных ограждений, которые возводили повсеместно вокруг хозяйских домов. Но потрясённый вид селян подзуживал Полину устроить маленькое представление, и она очистила от мха крышу, поменяла плетистые розы на красочные клематисы, белоснежные шапки гортензий на разноцветную сирень, душистый жасмин, буддлею или хвойники. Из кустов взлетали деловые пичужки, вдоль забора прошуршал по травке ёжик, а из аккуратных декоративных ворот выбежал белоснежный пёсик с бантом.
Когда Полина убрала иллюзию, то показалось, что стало темнее и тоскливее. Так совпало, что солнышко скрылось за тучкой и налетел ветер, но люди переглядывались с таким видом, словно побывали в сказке.
— За работу! — хлопнув в ладоши, крикнула Поля, почувствовав, что теперь у неё получается командовать.
Ей сразу же захотелось подбодрить людей, сказать, что потихоньку всё изменится в лучшую сторону и ничего архисложного для этого делать не надо, но пожалела времени на агитационную работу. Она до зубовного скрежета соскучилась по домашнему уюту, а созданная иллюзия только раззадорила, и хотелось уже оказаться под защитой стен возле горячего очага.
Мужчины работали медленно, но дело продвигалось. Девушка обратила внимание, что лопаты у них были деревянные и их берегли, впрочем, как и здоровенные мотыги. Несколько молодых женщин выскоблили каменный пол в небольшом домике и, подчиняясь требованиям юной хозяйки, очистили закопчённые стены.
— Госпожа, а вы будете тут жить? — спросила одна из бойких женщин после того, как подруги толкнули её в бок.
— Иногда, — оглядывая прибранное помещение, ответила Полина.
Стены дома оказались толстыми, и внутри оказалось ещё меньше места, чем виделось снаружи.
От входа шла крохотная прихожая, где можно было скинуть одежду, переобуться, и дальше кусочек помещения был огорожен для житейских надобностей. Непосредственно жилой частью являлась комнатка метров двенадцать и в ней расположилась объёмная плита, а не очаг или камин, как мечталось девушке; возле куцего окошка стоял массивный стол, под стать ему лавка и один стул-иностранец. Этот стул привлекал внимание тонкими ножками, резной спинкой — и грубо заколоченной дыркой в сидении. Вполне возможно, что когда-то кто-то встал ногами на изысканный предмет мебели и проломил его.
Места для кровати не оставалось, но бывший королевский управляющий, а именно он проживал в этом доме, когда приезжал проверить работу селян и забрать налог, проявил смекалку и использовал высокие потолки, надстроив над плитой антресоль, и поставил там кровать. На взгляд Полины это было современно, и она собиралась модернизовать лестницу, привезти нормальный матрас и сделать окно в «птичьем уголке». Хорошо бы ещё увеличить окно возле стола, пробить дополнительное окошко при входе, утеплить крышу..
Окинув взглядом своих помощниц, которых сложно было отличать друг от друга, Полина поняла, что их энтузиазм долго не продлится.
Понятно, что за работу людям надо платить, но вот умеют ли здешние мужчины строить? Сумеют ли они правильно распорядиться тем материалом, что она может привезти сюда? Не станут ли болтать почём зря? Но самое главное: есть ли смысл в обустройстве дома в этой глуши, когда впереди свадьба с Огневым?
А пока она велела разобрать в топку короткую проеденную жучками кровать и прочистить трубу.
Вечер наступил не с темнотой, а когда все сельчане разошлись по домам. Оставшись одна, Полина облегчённо выдохнула, обмылась в тазике, поставила на горячую плиту воду для чая и размечталась о жизни с магом.
Ей нравилось представлять, как она обустроит их новый дом и поразит мужчину невиданным им ранее интерьером. С замиранием сердца представляла, как однажды решится и откроет ему тайну портала в другой мир. Вместе им станет легче использовать те возможности, которые предоставляет Земля. Вместе они твёрдо встанут на ноги и заживут душа в душу!
Поля представляла, как муж будет приходить каждый вечер домой, делиться повседневными новостями, ожидая совета жены, и никаких подвигов им не нужно. Они оба простые и понятные обыватели. А подвиги.. хлопотно это, оказывается, да и не так радостно, как читалось в книгах.
Гоняя в голове такие мысли, Полина напилась чая, а после залезла наверх и заснула на вычищенных досках, и даже выспалась.
На следующий день она обошла всю территорию, потом ещё раз обошла, постояла у края обрыва, сходила посмотреть солеварню, покружила возле дома и.. делать было нечего.
Сидя вечером в доме, она немного помечтала, как накануне, но в этот раз уже было скучно мечтать об обыденном. Сделав замеры дома, Поля начала обдумывать его обустройство и это хоть как-то заняло её, но утром следующего дня она поняла, что сидеть здесь нет смысла и надо ехать домой.
«Даже трёх дней не просидела», — корила она себя.