Страница 23 из 53
«При передаче предмета, право на который связано с действующей должностью, первая добровольная ставка лица, занимающего соответствующую должность, признается подтверждением подлинности права для целей регистрационной процедуры».
Я перечитала.
Потом еще раз.
— Ниса.
— Я вижу.
— Объясните своими словами.
— Если продают предмет, связанный с конкретной должностью, действующий носитель права своей ставкой подтверждает, что предмет может участвовать в передаче.
— Даже если он не продавец?
— Судя по тексту, да.
— Даже если сделка потом не завершится?
Она провела пальцем по следующей строке.
— Подтверждение возникает с первой ставки. Завершение продажи определяет уже нового владельца.
Все встало на место настолько быстро, что я сначала решила, будто снова упрощаю.
— Покупатель не нужен им ради покупки.
Ниса подняла глаза.
— Что?
— Кайрен не цель сделки. Он часть механизма.
Я забрала книгу.
— Если обычный человек сделает первую ставку на командорскую печать, ничего особенного не произойдет.
— Вероятно.
— Если ее сделает действующий командор, система признает, что предмет относится к действующему командному праву.
— Да.
— И после этого можно менять владельца.
Ниса ответила не сразу.
— Если остальная регистрация подготовлена.
Именно это мы видели вчера.
Основание можно изменить внутри государственного реестра до окончания торгов.
А первая добровольная ставка Кайрена давала лоту то, чего у него пока не было.
Признание действующего командного права.
Я вспомнила его настоящую печать в футляре.
Два совершенно одинаковых предмета.
— Почему правило вообще существует?
— Не знаю.
— Кто знает?
Ответ был очевиден.
Кайрен.
Я закрыла книгу.
— Где штаб Первого крыла?
Ниса посмотрела на меня так, будто вопрос был почти лишним.
— Северная часть крепостного квартала.
— Пешком?
— Вы туда пешком не пойдете.
— Почему?
— Потому что это почти другой конец центра, а вы не знаете дороги.
С этим спорить было трудно.
— Экипаж?
— Найму.
— Сколько времени?
— Минут двадцать пять, если улицы свободны.
Я посмотрела на часы.
До полудня было еще далеко.
— Хорошо.
— А дом?
— Работает.
— Вы только что отказались передать государственную печать, а теперь собираетесь уехать?
— Именно поэтому и собираюсь.
Ниса уже направилась к выходу, но я остановила ее.
— Если придет решение о принудительном прекращении регистрации, ничего не делайте без меня.
— Я и не могу. Нужен ваш ключ.
— Тем лучше.
— А если придет Кайрен?
Я посмотрела на нее.
— Его сейчас не будет.
— Вы уверены?
— Надеюсь.
Ниса усмехнулась.
— Еще утром вы выгнали его.
— Не напоминайте.
— Я только уточняю последовательность событий.
— Идите за экипажем.
Она ушла.
Через полчаса я впервые покинула дом Кастель не ради нескольких шагов у входа, а по настоящему делу.
Город пришлось изучать на ходу.
Я не знала названий улиц, поэтому старалась запоминать ориентиры: башню торговой палаты, широкий канал, площадь с каменной аркой, длинное здание суда. Экипаж двигался достаточно быстро, и через двадцать с небольшим минут плотная торговая застройка сменилась административными кварталами.
Штаб Первого крыла находился внутри внешней части крепостного комплекса.
Никаких башен с драконами на крышах я не увидела.
Только широкие ворота, внутренний двор и несколько зданий из светлого камня.
Военный у входа остановил меня.
— Цель визита?
— Командор Морас.
— Он занят.
— Передайте, что пришла Элира Кастель по лоту сто тринадцать.
Фраза сработала быстрее любого титула.
Военный посмотрел на меня внимательнее.
— Подождите.
Ждать пришлось около десяти минут.
Я провела их у стены приемной, рассматривая доску с расписанием караулов и пытаясь не думать о том, что утром сама попросила Кайрена уйти.
Потом появился молодой офицер.
— Госпожа Кастель?
— Да.
— Командор примет вас.
Меня провели по коридору в кабинет значительно скромнее моего. Большой стол, карта столицы на стене, шкафы, несколько стульев. Никаких дорогих вещей.
Кайрен стоял возле карты.
Он был без парадного мундира, в простой черной форме без верхней застежки.
Увидев меня, ничего не сказал несколько секунд.
— Быстро.
— Что?
— Обычно после слов «уходите» люди стараются не приезжать следом через два часа.
— Я не за вами приехала.
— Разумеется.
— Нашла кое-что.
Я положила старую инструкцию на стол.
Выражение его лица изменилось почти сразу.
Он узнал документ.
— Где это было?
— В архиве дома.
— Вы читали приложение?
— Именно поэтому здесь.
Я открыла нужную страницу.
— Объясните мне эту норму.
Кайрен прочитал строку.
— Она устарела.
— Не спросила, устарела ли.
— Формально ее почти не используют.
— Кайрен.
Он поднял глаза.
— Что произойдет, если вы в четверг добровольно сделаете первую ставку за лот сто тринадцать?
Ответа не последовало.
Этого было достаточно, чтобы я поняла: вопрос правильный.
— Вы знаете.
— Знаю правило.
— Тогда объясните.
— Сначала скажите, как вы к нему пришли.
— Потому что мы два дня смотрели не туда. Все спрашивали, кто станет владельцем. Но имя покупателя уже известно с самого начала. Вас специально предупредили о лоте. Специально заставили приехать. В письме вам прямо приказали не позволить мне отменить торги и добиться продажи указанному покупателю. Если бы вы были просто покупателем, это бессмысленно. Значит, нужно не то, чтобы вы купили печать. Нужно, чтобы вы сделали действие, которое способен совершить только действующий командор.
Кайрен молчал.
Я указала на старую инструкцию.
— Первая добровольная ставка.
Он отошел от стола и закрыл дверь кабинета.
— То, что я сейчас скажу, не выходит из этой комнаты.
— Хорошо.
— Десять лет назад в столице произошла попытка захвата центрального командования.
Я ничего не сказала.
Кайрен продолжил: