Страница 78 из 89
Глава 28
Глава двадцать восьмая
Падение Плескова
В город чудь вошла беспрепятственно. Ратников, которые должны были присматривать за воротами, даже убивать не стали. Оглушили, оттащили и заперли снаружи на засов.
От городских ворот к княжьему двору — прямая ровная улица. Минуты две, если бегом. Чудь бежала, уже не скрываясь, бряцая металлом, топая и подбадривая друг друга негромкими выкриками. Передовые несли лестницы.
Город спал. Никто не мешал.
Добежали.
Внутри, слышно, проснулись. Закричал кто-то по-словенски.
Поздно!
Лестницы встали к стенам почти вровень. Так и задумано. Если лестница выше стены, ее нетрудно оттолкнуть.
Первые тут же полезли наверх, за ними — вторые, третьи. Пять лестниц, пятнадцать бойцов. Хватит, чтобы занять кусок стены. Дальше — проще. Сколько там осталось княжьих дружинников внутри? Двадцать? Тридцать? Ничто против четырех сотен. Вдобавок норманский князь забрал с собой лучших, так предатель сказал…
— Проснись, княгиня, проснись, беда!
Заря открыла глаза. В отсутствие мужа она спала внизу, в клети за трапезной. В чашке светильника плавал оранжевый огонек. Звона оружия не слышно. Уже радует.
Первым делом — взгляд на люльку: не проснулся Рагнвальд? Нет, спит.
У ее ложа — Комар, дренг кирьяльский. Или уже хускарл? Заря не помнила.
А Комар уже и воздуха набрал…
— Не кричи, — отдернула его Заря. — Тихо говори. Что?
— Псы в посаде надрываются, — шепотом сообщил Комар. — Не к добру.
Заря сначала хотела его отругать спросонья, но голова уже заработала: сообразила.
— Гагару буди! И всех поднимай: к оружию. Если то враги, то им время потребуется, чтобы в город войти. Как раз успеем.
Или нет?
При воротах сейчас своих нет, некому. Муж многих увел. Только ратни городские остались.
На миг шевельнулась обида на Ульфа. Что ж нет его, когда нужен? Шевельнулась и ушла. Она — княгиня. И воин. Она справится.
Комар еще только выбегал из опочивальни, а Заря стояла на ногах. Она одним движением скинула длинную ночную рубаху, голая, подбежала к каморке, где спала нянька, пихнула девку босой ногой:
— Вставай живо, облачиться мне поможешь.
И не дожидаясь, пока та подхватится со своей рогожки, вернулась в опочивальню, откинула крышку ларя, где лежало боевое, и в три секунды надела шелковое исподнее. Поверх — мужские штаны, стеганый подкольчужник…
Сонная девка подбежала, принялась помогать. В четыре руки Заря облачилась быстро. Опоясалась мечом, через плечо — ремень колчана. На лук — тетиву, связку стрел — под мышку.
— Рагнвальд на вас, — бросила няньке и проснувшейся от суеты кормилице. — Шкурой ответите.
В большой трапезной уже толклись дренги и новики. Кто с чем, но оружные. Уже хорошо.
— Что стоите? — рыкнула на них Заря. — На стены, бегом! Гагара!
— Здесь я. На гард напали?
Норег только вбежал, но уже в броне. Только шлем застегнуть осталось.
— Скоро узнаем! Гони воев на стены! Я — туда!
Во дворе — суета. Заря глянула на вышку: дозорный на месте.
— Эй там, что видишь?
— Ничего! — раздался сверху звонкий голос. — Темно же! — И, после паузы. — Слышу только! Бегут, вроде? — И, испуганно: — К нам бегут! Ой, много!
Заря тоже услышала топот и взлетела на стену, как на крыльях. Кажется, даже руками лестницы не коснулась. Как раз вовремя, чтобы уловить, как ударилась о бревна частокола лестница.
Внизу, под стеной, копошились люди. Много людей. Не напутал дозорный.
«Слишком они быстро в город вошли?» — мелькнула мысль где-то на краю сознания.
Предательство?
Лук уже был в руках, стрела наложена.
Темно. Заря ночью видела хорошо, но нынче луны нет, звезд не видно: облачно. Ничего не разглядеть в пяти шагах.
Показавшаяся меж зубьев частокола голова была в трех.
Заря рванула тетиву, вполсилы, до щеки.
Глухой звук попадания. «Шлема нет», отметило сознание.
Голова исчезла.
Справа, шагах в десяти — хрусткий удар, с каким меч разбивает кость.
Заря порадовалась: не одна на стене.
Внизу завопили.
С той стороны ворот со стены вниз бросили факел.
Заря увидела прижатые к стене лестницы, множество голов внизу.
Подумала: сейчас бы смолой плеснуть. Или хоть кипятком.
Защитников на стене Заря тоже разглядела: меньше десятка. Но — были. Караульные ночные, надо думать, первыми прибежали. Одного, с той стороны ворот, уже убили. Прямо сейчас. Ворог, на этот раз не в шапке, а в круглом шлеме, перемахнул через стену и приложил топориком. Огляделся быстренько, ища, кого бы прикончить…
И тоже умер. Со стрелой, по оперенье вошедшей в переносицу, не живут.
Заря услышала пыхтенье совсем рядом, развернулась, выстрелила на звук. Стрела звонко ударила во вражеский щит. Озаботился ворог, учел, что с предшественником вышло. От смерти щит уберег, но удар стрелы в упор — это крепко. Ворог не удержался и посыпался вниз, сбросив тех, кто лез следом. Снова вопли. Жаль, стена невысока, вряд ли покалечатся.
Справа опять кто-то вылез.
Выстрелить Заря не успела.
— Я!
И звук, с которым сталь прорубает бронь.
Заря узнала голос: Ангвлад.
А с той стороны ворот было нехорошо.
Пока Заря отвлеклась, вылезли еще трое. А защитников не осталось.
Три стрелы ушли за три удара сердца. Заря теперь целила не в лица, в тулова. Может, не убьет, все равно мало не будет. Бронебойную стрелу с пятнадцати шагов ни один панцирь не удержит. Разве что на двойную кольчугу его надеть.
Пока стреляла, на забороло вскарабкался запыхавшийся Вилмар Варгдропи. Глянул вниз меж зубьев и тут же ширнул копьем. Успешно.
— Брат налево пошел, не подбей! — крикнул он Заре, распрямляясь.
— Уж как-нибудь! — пообещала та.
Те мгновения, которые она выиграла, застрелив ворогов, оказались самыми важными. С той стороны ворот на забороло уже взошли несколько воев.
И в башенке, что с той стороны, тоже кто-то был. Привыкшими к темноте глазами Заря уловила тень движения.
Точно! Башенка. Там и стрелы уже лежат в ларях, приготовленные.
— Смотри тут! — бросила она Вилмару, обогнула его, ухватив за пояс, чтобы не свалиться (здоровый, весь путь перекрыл), разминулась с Ангвладом и бегом к башенке, попутно глянув вниз, на подворье и с удовлетворением заметив, что на забороло уже лезут дружинники.
«Спасибо тебе, Перун! Уберег»