Страница 141 из 146
Винсент сделал паузу. За это время Мэтью успел вспотеть. Эрнест Гершли терпеливо ожидал развязки, покусывая папиросу. И даже когда в издательство с улицы заглянула пышногрудая брюнетка и позвала его, обиженно надув пухлые губы, отмахнулся от неё. Клерки всё время нашей дискуссии, как заведённые с поразительным синхроном действий вертели головами от одного участника к другому, Лариэль смущалась, и лишь Джеймс Трибоди, который раньше остальных догадался обо всём, смотрел с ликующей улыбкой на блондинку, не находившую себе места от чрезмерного внимания, и готовую броситься наутёк в любую минуту.
Будто почувствовав это, Винсент обнял её и шагнул навстречу издателю.
— Знакомьтесь, мистер Трибоди, тот самый Риккардо Альдонсо, взволновавший умы читательниц по всей округе. Поручаю её вам. И, надеюсь, мне больше не придётся бегать на почтамт, чтобы вы могли обмениваться корреспонденцией. С недавних пор Лариэль в состоянии заниматься этим самостоятельно.
У Гершли изо рта выпал окурок и, отскочив от лакированной туфли, шлёпнулся на пол. Несколько голосов из ряда служащих благоговейно ахнули.
— Если это шутка, то она не смешная, — проговорил с вызовом Мэтью.
— Лорд Хальт не шутит, — сказала вдруг Лариэль, и в голосе её прозвучали нотки дерзкой решимости. — Так и есть. Книги, которые вы публиковали, вышли из-под моего пера. И мне не стыдно в этом признаться.
Я видела, как загорелись глаза Эрнеста. Включив обаяние на максимум, он сказал томно:
— Вы очень вовремя оказались здесь сегодня, леди. Перед вами мастер огранки алмазов высшей пробы. В моих руках и при моём чутком руководстве ваш талант превратится в бриллиант, который все захотят купить.
— Что? — нахмурлась Лариэль. — Но я не за этим пришла. — Мне просто надоело скрываться.
— Все так говорят, моя дорогая. Но когда вам начнут рукоплескать, а за ещё не написанными книгами станут выстраиваться очереди, чтобы купить их первыми, вы поймёте, о чём я говорю. Слава и процветание там, где Эрнест Гершли. Уверен, вам это уже говорили. Но если нет, приходите сегодня вечером в гостиницу Арталио. Я буду ждать вас, и мы всё обсудим.
— Эрнест, — голос Джеймса испугал даже меня, став непривычно жёстким. Да что там. Эрнест прекратил вдруг улыбаться, отпустил девушку и, примирительно воздев руки, отступил.
Джеймс встал напротив Лариэль.
— Мне безумно приятно познакомиться с вами, леди Белрейд, — сказал он, улыбнувшись. — Я рад тому, что между нами больше нет тайн. И раз всё так сложилось, и вы сами ко мне приехали, прошу, давайте поднимемся в кабинет. Нужно подписать кое-что и обсудить планы дальнейшего сотрудничества. Если вы, конечно, располагаете временем и намерены продолжать работать с нами.
Лариэль покосилась на меня, затем на Винсента, который тут же ответил:
— Конечно, обсуждайте. Но мы будем рядом.
Последние слова он произнёс, вздёрнув со значением бровь. Потом подал мне руку, и вместе с лордом я зашагала к выходу из помещения. Но всё же не удержалась и обернулась на парочку. Лариэль и Джеймс смотрели друг другу в глаза и тихо разговаривали. Им не было дела до ворчания Мэтью, успевшего вернуться к своему рабочему месту и зарыться в бумагах. Когда под руку с издателем леди Белрейд стала подниматься по лестнице, а следом за ними попытался увязаться Эрнест, никто даже не заметил присутствия постороннего. В конце концов продюсера всё же увела брюнетка, а я с умилением и радостью наблюдая за печатником и писательницей, осознавала, что с этого дня жизнь обоих сильно изменится. Бесповоротно. Раз и навсегда. Почему-то я была в этом уверена.
Отдаваясь мыслям о том, что в очередной раз приложила руку к чему-то судьбоносному, я ступала по мостовой рядом с любимым и улыбалась. Лишь когда раздался тихий смешок, и я повернула голову к мужчине, который хитро косился на меня, перестала улыбаться и откашлялась:
— Что? — спросила с самым невинным видом.
— Ты ведь знала, что всё будет так. Не правда ли?
— Из нас двоих ты провидец.
— Больше нет. И что-то мне подсказывает, ты забрала мои способности в тот день. Иначе не объяснить, почему сегодня всё так удачно сложилось.
— Ты про Лариэль?
— Про неё, но не только.
Я заметила в отдалении знакомую вывеску магазина платьев, из дверей которого вышли две женщины в необычных нарядах, радостно переговариваясь. Следом за ними появилась Летиция и, издали приметив нас, живо помахала. Судя по её стремительному исчезновению обратно в недра салона, покупателей у неё прибавилось. Что тоже не могло не радовать.
Вспомнив давний вечер в королевском дворце, я подумала об Эни, которая каких-то пару часов назад обрела семью. Она долго не соглашалась приезжать в столицу, хоть король с королевой и были предупреждены о ней и приняли новость о сестре с достоинством истинных монархов. Не сразу, конечно. Я понимала, что на это, если повезёт, потребуется время. И оно пришло. Сработало всё: терпеливое ожидание, умелый навык дипломата, которым обладал Винсент, а главное — перстень и медальон Клары.
Когда я продемонстрировала вещи Сюзанне и Альберту, королева расплакалась. Нам даже пришлось уехать, и некоторое время мы не знали, что будет дальше, что ждёт нас за это внезапное открытие. Но, сопоставив все факты, брат с сестрой вновь вызвали нас и пригласили Эни, которую встретили хоть и настороженно, но с открытым и искренним желанием дружить.
Сюзанна, которая, как и Альберт, была на четырнадцать лет старше Эни, довольно скоро прониклась симпатией к скромной, застенчивой девушке, и с участием слушала историю её жизни, то и дело прижимая к глазам платок. Она расспрашивала о матери, которую никто из детей не спешил осуждать. А когда в очередной раз сёстры сошлись в душевных объятиях, король, который всё время встречи молчал и будто не проявлял участия, сказал:
— Мать выдали замуж за отца, когда она была совсем ещё девочкой. Он был старше её на сорок лет. Ни о какой любви здесь не было и речи. Мы видели, каким был их союз, видели безжизненные глаза матери и лишённое чувств лицо старика, ставшего нам отцом. И тогда ещё будучи детьми, мы поклялись друг другу никогда не идти наперекор сердцу и искать компромисс между долгом и чувством. Если кому-то из нас придёт время связать себя узами брака, рядом обязательно будет любимый человек.
Двойняшки переглянулись, тогда как Сюзанна не выпускала из своей руки ладонь сестры.