Страница 33 из 121
Глава 10. Прошу разрешения жениться
— Даже не верится, что ещё пару дней назад мы мёрзли, — распахнув шубу, выдохнула раскрасневшаяся от эмоций Ольга.
Сойдя с поезда, она передала маленького сударика родителям и стала свидетелем трогательной сцены встречи. Из рассказа Никиты она знала, что он гостил у бабушки, а домой его сопровождал гувернёр. Для мальчика всё произошедшее стало приключением, в котором было больше положительных эмоций и за это стоило поблагодарить мелких Васильчиковых. Они легко приняли в свой круг маленького сударика и очаровали рассказами об иных мирах.
— Всеволод Аристархович, как вы думаете, наш флигелёк сдали другим людям? — без особой надежды спросила Оля.
— Можем заехать и узнать. Нам по пути.
— Давайте заедем! — обрадовалась она предложению. — Хочется сразу осесть на месте, не связываясь с переездами.
Головин велел извозчику править к доходному дому Третьякова и через полчаса они уже разговаривали с управляющим. Узнав, что флигель не успели сдать другим жильцам, советник оплатил проживание.
— Словно никуда не уезжали, — осматриваясь, произнесла Ольга. — А вы, Всеволод Аристархович? Домой?
— Домой. Я, Ольга Дмитриевна, в ближайшие же дни испрошу разрешения на брак с вами у князя.
— Испросите дозволения? — иронично уточнила она.
— Так положено, — советник испытывал смущение и разлад в душе.
Он всё решил для себя и теперь ему предстояло получить одобрение своего покровителя. Раньше это не казалось унизительным. Наоборот, участием князя в своей судьбе можно было гордиться, но теперь подобное казалось нелепицей. Головин словно бы вставал на одну планку с юнцами, которые сами не ведают, что творят.
— Конечно, Всеволод Аристархович, — Оля чуть коснулась его рукой. — Делайте, как считаете нужным. А я всегда рада видеть вас и если вы найдете время пригласить меня на свидание, то пойду с радостью.
Он поймал её руку и благодарно поцеловал.
— Идите, мой хороший, — не спеша забирать свою ладошку из его захвата, она подарила ему тёплый, полный заботы взгляд. — Отдыхайте, набирайтесь сил перед работой. А я.. все мы будем ждать вестей.
Головин не стал задерживаться. Он действительно вымотался за последние дни, и хоть искренняя забота Ольги Дмитриевны прошлась тёплой волной по нему, сейчас ему хотелось побыть в одиночестве, как раньше. В тишине, под тиканье часов его мысли текли ровно, связываясь в единую сеть выводов и прогнозирования.
До дома добрался быстро и, едва переступив порог квартиры, с удивлением отметил, что в ней пахнет пустотой. Сразу же вспомнилось, как вкусно пахло во флигеле, когда там жила Ольга Дмитриевна. В животе Головина заурчало, и он пожалел, что не зашёл перекусить в ресторацию. Прислуга у него приходящая, консьерж даст знать Глаше, чтобы пришла, растопила печь, нагрела воды, приготовила поесть и постелила свежее постельное, но ждать не хотелось.
Головин хмыкнул, вспомнив, как спешил сюда, мечтая поскорее сесть за рабочий стол, чтобы в тишине обдумать всё произошедшее. На голодный желудок не очень-то получается думать, да и запах сырости отчего-то ныне кажется раздражающе назойливым. А у Ольги Дмитриевны, наверное, сейчас все хлопочут и готовятся сесть за стол. Первым делом небось протопили, чтобы не застудить мальчонку, одновременно кто-нибудь взялся готовить, а сама Олюшка расставляет вазы с цветами по всем комнатам. Ей нравится, чтобы вокруг неё было красиво.
Почувствовав, что замечтался, Всеволод Аристархович сам затопил печь и поставил греться воду.
— Как много времени мы тратим на эту ерунду, — пробормотал он, вспомнив комфортное проживание в Мёртвом мире. — И почему сразу было не поставить нагревательный бак в доме? Кто придумал, что человеку достаточно подачи холодной воды? — ворчал он, скучая по управляемому душу. В дороге все неудобства воспринимались стоически, но дома захотелось расслабиться — а не получалось.
— Я отравлен комфортом, — мрачно констатировал он и вышел встретить прислугу.
— Всеволод Аристархович! Как хорошо, что вы вернулись! Посвежели! Видно, отдыхали? А у нас тут неспокойно. Господа разъезжаются по своим поместьям, прислугу отпустили и работы у нас нет. Зятя моего уволили, дочка на сносях и без подработки сидит, детки малые забыли, когда мясо видели..
— Я там печь растопил.. — прервал он Глашу.
— Это вы зря! Надо же умеючи, а вы.. ой! — она заметила, что хозяин теряет терпение и, отступая к кухне, выпалила: — Не слушайте меня, дуру. Побегу я.
Головин с неудовольствием почувствовал, что от прислуги пахнет застарелым потом. Раньше не замечал, а теперь вот резануло. Он и сам сейчас не был свеж, но для этого он греет воду, а ей надо ждать банного дня.
— Отравлен, — повторил он и удовлетворенно кивнул.
Ему приятно было осознавать, что появился новый жизненный опыт и есть с чем сравнивать свою прошлую жизнь. Качество еды, несомненно, на Земле лучше, а вот в плане удобств Мёртвый мир вне конкуренции.
Пока Всеволод ждал горячую воду и еды на скорую руку, то мысленно составлял отчёт о Мёртвом мире, отмечая плюсы и минусы.
Вечером, когда он был свеж и сыт, ему наконец-то удалось насладиться тишиной и поработать. Сырость из протопленной квартиры ушла, немного щекотал нос запах подсушенного хлеба, из высокого фарфорового бокала вился дымок от горячего чая. Захотелось помечтать, как изменится Империя, когда начнет перенимать и осваивать технологию Мёртвого мира, но глаза, отвыкшие от тусклого света, быстро устали.
— М-да, — вернув на свои места писчие принадлежности, Головин сложил все свои записи в папку, с неохотой поднялся и отправился спать. В Мёртвом мире ему исправили зрение, но Ольга Дмитриевна потребовала от него беречь глаза, и он пообещал ей это.
Рано утром прибежал курьер от князя, передал стопку газет, забрал папку с отчетом о походе в Мертвый мир, а Всеволод принялся изучать прессу. Намёк от князя был более чем прозрачный: он ждал Головина и показывал, что между ними всё по-прежнему.
Всеволод прочитал новости о двух крушениях поездов. Люди требовали наказать виновных. Но в обоих случаях причиной крушения послужили твари. Если поезд, в котором ехал Головин сбили, как игрушечный, то на пути другого не оказалось рельс. Их съели маленькие иномирные существа, и людям повезло только в том, что странные тварюшки вскоре сами издохли!