Страница 31 из 79
А как сын я видел поля чертежей. На полях, карандашом, рукой Радулова, стояли пометки, и среди инженерных сокращений дважды повторялось одно и то же слово, «уточнено». Так пишут, когда задают вопросы. Эта машина десять лет разбирала мою мать по частям, стадия за стадией, по таблице, составленной заранее, и эту таблицу мой отец не вычислил. Ему её продиктовали.
Я закрыл папку и положил ладонь на переплёт.
Зиновьева и Семён смотрели на меня с того края стола и молчали. Договаривать в этом архиве было уже нечего.
Человек не мог спроектировать эту машину. Человек мог её только начертить, построить, выточить и подать напряжение. Знание, лежавшее в её основе, было нечеловеческим, включая десять страниц терминальных режимов, это знание кто-то приносил Радулову двадцать лет, лист за листом, ответ за ответом.
У Радулова был консультант.
И консультант этот не был человеком.