Страница 34 из 77
— Обозначь себя и попробуй вызвать эти два неизвестных корабля на всех частотах. Может, откликнутся?
— Уже пробовал, адмирал. Не отзываются.
— А ты ещё пробуй. Чтобы потом не могли сказать, что не слышали.
— Понял, адмирал.
— Адмирал, искин выдаёт данные… — в этот момент сказал старший аналитик и почему-то замолчал.
Я посмотрел на него внимательнее. Он смотрел в экран с выражением человека, который только что прочитал что-то по-настоящему неприятное и теперь мучительно решает, как именно это сформулировать вслух.
— Чего он там выдаёт? — решил уточнить я сам.
— Искин даёт большую вероятность того, что они собираются нас атаковать и взять на абордаж.
— Чего? — весьма скептически отнёсся я к такому анализу. На таких кораблях? Взять линкор на абордаж?
— По оценке искина, они сейчас могут быстро выскочить из астероидного пояса и нас атаковать с кормы.
— Там, вообще-то, фрегат нас прикрывает и одновременно вспомнил, что эти два корабля невидимки.
— Корабль сейчас без абордажной команды, и угроза абордажа линкора реальна — считает искин.
Только я успел собраться отдать приказ закрыть броневыми заслонками лётную палубу, как корабль содрогнулся — раз, второй, третий, четвёртый. Это работал главный калибр. Палуба мостика дрогнула под ногами с той характерной вязкой дрожью, которую невозможно спутать ни с чем другим — с той, что бывает только тогда, когда огромные орудия выплёвывают сгустки плазмы, а сам линкор на мгновение ощутимо отступает назад от чудовищной отдачи.
Я посмотрел на Вэнс. Она сидела за своей панелью с тем выражением совершенного, почти безмятежного удовлетворения и с нескрываемым удовольствием засаживала один плазменный заряд за другим в борт только что показавшегося из астероидного пояса транспортника.
К моему удивлению, он оказался достаточно большим — серьёзная машина, явно и основательно переделанная под полувоенные нужды, с грубо наваренными пластинами дополнительного бронирования и угловатыми силуэтами орудийных спонсонов по бортам. Но транспортник — это не боевой корабль по своей сути, и противопоставить главному калибру линкора он попросту ничего не мог. Первые же заряды сбили его силовую защиту. Последующие залпы сделали несколько приличного размера дыр в районе рубки. Рядом с ним из астероидного пояса вылетел наш фрегат и немедленно поддержал линкор своими небольшими, но злыми и меткими носовыми орудиями.
Я вышел на связь с капитаном фрегата.
— Капитан, оставь его, он уже никуда не улетит. Срочно ко мне, прикрой мою корму от неизвестных кораблей.
— Принято, адмирал.
— Вэнс, разворачивайся и отлетай от станции. Нам нужно больше пространства для манёвра.
— Принято, адмирал.
— Искин, закрыть бронёй лётную палубу линкора. Ракетная атака. Кормовые аппараты зарядить!
— Выполнено, адмирал. К ракетной атаке готов!
— Распредели две неизвестные цели. По моей команде — залп, неизвестные корабли уничтожить.
— Принято, адмирал.
— Какие-то непредсказуемые у нас противники. Постоянно меняют свои замыслы.
Задумчиво и зло подумал их манёвры. Хотя, если подумать, они так могли реально прилететь и врезать мне по корме, и кто знает, что у них за оружие находиться на борту.
Нет, я, конечно, мог начать их преследование фрегатами, но я не представлял их возможностей и что это вообще за корабли. Поэтому опасался остаться без прикрытия кормы в самый неподходящий момент. Иногда осторожность важнее азарта.
— Это точно, адмирал, — поддержала меня Вэнс, не отвлекаясь от панели и по-прежнему с интересом рассматривая вылетающий по инерции из астероидного пояса пиратский транспортник.
Я тоже посмотрел на него и сразу понял: вряд ли он ещё куда-нибудь полетит без серьёзного и длительного ремонта. Вэнс разрушила его рубку капитально, практически не оставив шансов. Все, кто там находился, с очень большой вероятностью были уже мертвы.
Из трёх пиратских кораблей один скоро должен был вылететь из астероидного пояса — вернее, уже вылетел, разваливаясь на ходу. Два эсминца, запертые рейдерами между обломками камней, были уничтожены. Сопротивление прекратилось, но и рейдерам досталось прилично — их корпуса несли многочисленные следы попаданий, и несколько сенсоров уже не отвечали на запросы. Впрочем, это было сейчас неважно. На базе всё отремонтируют. Главное — противник больше не опасен.
— Капитаны рейдеров, доложите обстановку, — приказал я.
Ответы пришли почти одновременно, перекрывая друг друга в эфире.
— Пиратский эсминец один — полное разрушение двигательного отсека, связи нет. Экипаж, по всей видимости… — доложил капитан первого рейдера и сделал паузу, в которой всё было ясно и без слов.
— Эсминец два — критические повреждения, противник прекратил сопротивление, — поддержала его капитан второго рейдера. Её голос звучал ровно, но я слышал в нём ту особую усталость, которая накапливается после близкого боя.
— Принято. Оставить их. Все следуйте ко мне.
— Принято, адмирал.
Сам я уже переключился на другое.
— Баренс, — вызвал лейтенанта по внутренней связи. — Вы добрались до Кэрстона?
Характерный треск помех, долгая, тягучая секунда шипения — а потом голос лейтенанта, чуть приглушённый расстоянием и толщей переборок.
— Никак нет, адмирал. Мы нашли следы, кровь на полу, сорванная решётка вентиляции. Кто-то был здесь совсем недавно. Но никого из разумных нет. Ни живых, ни мёртвых. Похоже, они ушли глубже в тоннели.
— Или не сами ушли глубже, — произнёс я тихо, сам для себя.
— Значит, слушай, два неизвестных корабля, судя по всему, пристыковались к станции, — сказал я, обращаясь к лейтенанту. — А если не пристыковались, то в ближайшее время это сделают. Баренс, у тебя будет новая задача.
— Слушаю, адмирал.
— Задача простая. Отправь небольшую группу абордажников с дроидом преследовать учёных. Подбери им толкового командира. Остальные занимают позиции для обороны, подбери удачное место для обороны, чтобы противник не мог обойти. Нужно встретить тех, кто только что проник на станцию. Есть у меня ощущение, что они идут по станции к вам. Ваш приоритет, не дать им добраться до Кэрстона раньше вас. Остановить и уничтожить. А вообще — действуйте по обстановке.
— Понял. Сделаю.