Мое чужое имя

Глава 46. Прощание

Мина

Пузырьки шампанского пощипывают язык, но я ничего не чувствую сквозь напряжение в груди. Лазар не отстраняется и продолжает стоять рядом, обнимая меня за плечи. Мы стоим среди гостей, музыки, праздника, и я понимаю, что мы оба сейчас не здесь. Что наше "с Новым годом" не про новый год для нас. А про то, что началось или закончилась сегодня в его кабинете.

Я прижимаюсь к нему крепче, а потом мы улыбаемся и продолжаем быть теми, кем должны.

Через несколько часов гости начинают постепенно расходиться. Я хожу между ними со словами благодарности и провожаю. Я улыбаюсь стандартной улыбкой и говорю стандартные слова, и в этом есть какая-то милосердная пустота, ведь пока я улыбаюсь, я не думаю.

Чуть позже к нами подходит Стоян Маркович с пальто в руках. Почти одевшись в холле, он возвращается попрощаться лично, хотя мы сами уже идем к нему

— Лазар. Спасибо за вечер.

— Не за что, Стоян. Доброй дороги.

— Госпожа Радонич, — Стоян целует мне руку.

— Еще раз поздравляем.

— Спасибо.

Лазар коротко жмет ему руку, Стоян кивает Драгане и Мирьяне и уходит. За ним подтягиваются остальные Марковичи, и через несколько минут их машины выезжают со двора.

Постепенно дом опустевает.

Мирьяна с Богданом уходят последними, и хотя мы и предлагали им остаться переночевать тут, они все же отказались. Богдан стоит у двери с пальто матери в руках, и Мирьяна, прощаясь со мной, крепко обнимает и целует меня в обе щеки.

— Мина. Спасибо за вечер. У тебя получился настоящий праздник.

— Скорее у вас с Драганой и Невеной, — я не могу смотреть ей в глаза и опускаю взгляд на ее плечо, — спасибо, Мирьяна.

Богдан подает ей пальто. Мирьяна продевает руки в рукава, поправляет воротник и поворачивается к Лазару, который стоит чуть позади меня.

— Лазар. Спасибо за все, что ты делаешь.

Лазар наклоняется, целует ее в обе щеки и принимает ее слова молчаливым кивком. Я знаю, что для него это сейчас сложнее, чем для меня. Не отходя от матери, Богдан быстро прощается со мной, поцеловав руку, и молчаливо пожимает руку Лазару.

Уставшая, но довольная Драгана уходит к себе, и Лазар целует ее в висок. Невена с помощницами порываются убрать со стола, но я прошу их только убрать еду, чтоб она не испортилась, а посуду оставить на столе, и идти отдыхать.

Мы с Лазаром идем в гостиную, где уже почти прогорел камин. Большая елка в углу все еще мерцает огоньками, и Лазар не выключает их, проходя мимо, и садится в одно из кресел, которое возвращает на месте. Я опускаюсь в соседнее.

— Лазар?

— Да?

— Когда именно это произойдет?

— Через неделю. После Рождества. Богдан пообещал, что не уедет и проведет эти дни с матерью. Я ему верю.

— Хорошо.

Между нами снова повисает тишина.

— Он сказал что-то?

— Многое сказал.

— Расскажешь?

— Не сегодня. Сегодня нет сил.

— Хорошо.

Поколебавшись в уместности этого жеста, все же кладу свою ладонь ему на колено, и Лазар накрывает ее сверху своей. Мы сидим так у камина еще минут десять-двадцать, переваривая все произошедшее, и встаем. Остановившись у двери его комнаты, Лазар поворачивается ко мне.

— Ты к себе?

Я смотрю на него и, наверное, впервые качаю головой..

— Нет.

Он открывает дверь, пропуская меня вперед.

Не включая свет, Лазар молча помогает с верхними пуговицами, и платье падает на пол, оставляя меня полностью голой. Вещи Лазара оказываются на полу рядом с моим платьем. Мы переступаем через одежду и ложимся, перелетая руки.

Этой ночью Лазар обнимает меня одной рукой за плечи, а я снова кладу голову ему на грудь.

— У Мирьяны есть мы, — говорю это наверное больше себе, чем ему.

— Всегда будем.