Страница 49 из 74
Вечером в одной из аудиторий академии собрались все мои отмеченные. При них я водрузила себе на голову муляж и мысленно приказала узорам, глазам и самой короне засветиться. Это представление понравилось абсолютно всем. Даже Джикони приподняла бровь. А ещё архимаг Меднек привёл с собой из Китена два десятка оборотней. Их временно разместили в общежитии, вызвав среди адептов жгучий интерес. Юношам хотелось увидеть процесс перевоплощения и, по возможности, перенять боевой опыт от действующих военных с границы нашего царства, а вот девушек интересовало наличие жён и исключительно внешний облик. Развитая мускулатура матёрых самцов вызывала дикий восторг как у сильных магичек, так и у неодарённых девушек.
Утром прибыл Алек с тремя ребятами из той общины, где он сейчас проживает. Познакомиться с ними не было возможности, потому что меня облачали в какое-то пыточное платье. Не знаю, кто решил, что царица должна выглядеть именно так, но я не стала спорить и смиренно надела то, что принесли. Когда девушки наконец-то покинули меня и я осталась одна в ожидании Самала, ко мне забежал Алек. Оценивающе оглядел меня и, шуточно кривляясь, отвесил поклон. Затем, опустившись на колено, попытался отвлечь меня, чтобы я так сильно не нервничала:
— О, прекрасная царевна! Не видели ли вы случайно, куда спряталась моя сестра Аша? Всё утро её ищу.
«Она убежала в лес», — мысленно произнесла я, прекрасно зная, что он меня услышит.
Алек поднялся и заинтересованно посмотрел на меня. Такого прямого общения у нас ещё не случалось, потому что кристалла связи было достаточно, но не сейчас. Вытянув руку, я подозвала его к себе и, прикоснувшись к его бедру, поставила метку о неразглашении — специально в таком месте, чтобы никакой посторонний случайно не увидел.
«Срочно найди мне жильё в уединённом месте, где я могу побыть одна. Желательно подальше отсюда», — попросила я, наблюдая за тем, как он провёл рукой по зудящему под брюками узору.
«Есть у меня дом на примете. Ты сможешь там отдохнуть», — так же мысленно ответил он, думая, что я просто хочу сбежать от толпы на время, но пусть пока думает так.
«Покажи, где он», — попросила я, беря его за руку.
Мыслеобразы сразу же возникли в моей голове, и по окружающей территории я поняла, что это будет для меня идеальным вариантом.
— Что ты теперь ещё умеешь? — спросил мой оборотень, не скрывая восхищения.
— Много чего. Моурн очень хороший учитель.
* * *
Первый день лета запомнится людям не как день почитания Матери-прародительницы, а как дворцовый переворот. Но, слава всем Святым, кровавой бойни на улице не случилось. При моём приближении ко дворцу стража склоняла головы, и некоторые мужчины даже приклоняли колени. Ещё бы! Я была не одна. Под руку меня вёл Самал. Рядом с нами по правую сторону шли семь архимагов, правда, одному из них пришлось надеть красную сутану Хранителя, показывающую, что он достоин быть моим личным Хранителем огненной стихии. Рядом с ним вышагивал его сын, затем Чагдар, и замыкала шествие Илмари в своей серой форме воительницы. По другую сторону были Джикони с Саргоном. Затем Маруа с Фуратом, а Агъян следовал строго за мной, как тень. Он окружил себя тёмной аурой, являя народу о возрождении некроманта. Он даже раздобыл где-то их одеяние и, со своими длинными седыми волосами и тёмными венами на шее, смотрелся пугающе. После моих приближенных следовали оборотни в своих волчьих ипостасях, а уж потом все остальные маги, собранные для массовки. Иначе я бы не сказала, потому что первых перечисленных уже хватило, чтобы очистить весь дворец от несогласных.
Гайсар Третий, заплывший жиром старик, гаденько улыбался, как только мы вошли в тронный зал. Все его придворные стояли по краям и были в недоумении. Вроде бы должен быть сегодня праздник, но что это за мелкая девица в нелепом платье, с разноцветными драгоценными камнями и с короной на голове, не говоря уже о странных узорах на руках и почему она так недобро смотрит на царя?
Господин Бекдияр вышел вперёд и зачитал долгий и нудный, какой-то документ. Я даже не вслушивалась. Придворные охали и ахали, а царь продолжал улыбаться. В конце мой представитель положил бумагу на стол перед Гайсаром, и тот отрывисто поставил свою подпись на собственном отречении от престола в мою пользу. «Неужели так просто? И никто не умрёт?» — возрадовалась я, когда жирдяй, еле поднявшись, был подхвачен под руки его слугами, и они повели его вниз по ступеням. Самал отвёл меня в сторону, давая дорогу процессии, и пока к бывшему царю стали присоединяться его прихвостни, меня подвели к трону, и теперь я стояла на вершине и взирала на своих подданных. Вдруг позади меня оказался Саргон. Его беззвучные перемещения всегда меня пугали.
— Пухляш сейчас представляет, как он тебя сегодня ночью отымеет, а потом задушит. Можно я расскажу ему, как он не прав? — прошептал он мне на ухо.
Я кивнула, понимая, что у меня нет времени играть в эти дворцовые игры, и совсем не ожидала, что Красноглазый мгновенно окажется подле бывшего царя и перережет ему глотку. Женщины закричали, началась паника и суета. Меня окружили архимаги, а Саргон убивал всех, кто плохо обо мне думал. Ровно пятнадцать минут, и в огромном тронном зале остались только мы и несколько десятков придворных, кто принял верное решение. От вида тел и брызг крови мне поплохело. Я со своим даром совершенно не переносила смерть. Облокотившись на Самала, я тут же была усажена на трон, и со стороны спины ко мне подошла Джикони. Она прикоснулась пальцами к вискам, и мне стало только хуже. Не знаю, для чего она это сделала, но я хотела поскорее отсюда уйти, поэтому, отстранившись, я взяла со стола ручку и поставила свою подпись на новом документе, разрешающем вести дела своему мужу. На другом подписала указ о собственной коронации через пять дней, и после этого отец Фурата зачитал вслух эти документы. Все ради приличия похлопали и выстроились в очередь, чтобы подойти ко мне и выказать своё почтение. А Агъян принялся за «уборку». Он подошёл к погибшим и принялся поднимать их, превращая в ходячих мертвецов. Я села в пол-оборота, чтобы не видеть этот ужас, но всё равно иногда поглядывала, как он выстроил их в ряд и повёл на выход.