Страница 148 из 171
Ясмин выходит из спальни и сразу направляется в отведённые для нее покои. Девушка, закрыв за собой дверь, проходит к окну и, прислонившись лбом к стеклу, смотрит вниз, но ничего не видит – двор и вся суета кажутся ей одним расплывчатым пятном. Ясмин это сделала. Она сказала Арслану то, что изначально планировала унести с собой в могилу. Она дал шанс на новую жизнь тому, кто отобрал его у нее. Когда после письма Юны Ясмин впервые заговорила о мыслях рассказать Арслану правду, она ожидала от Дауда всё что угодно, но только не согласия. Дауд в сотый раз поразил девушку тем, что, обдумав ее слова, заявил, что согласен. Он предупредил, что Арслан может сорваться с цепи и пойти на них войной, чтобы забрать сына, но всё равно решил попробовать ради Арэма, который, по его мнению, заслуживает знать правду. Вот только свою правду Дауд утаил. Дауд принимает Арэма сыном, готов закрыть глаза на его встречи с отцом и постоянное присутствие Арслана в их жизни, но он не может сделать его наследником, отдать ему империю, которая должна принадлежать тому, в ком будет течь его кровь.
Ясмин чувствует, как дребезжит от страха перед неизвестностью сердце, ведь она не может предугадать следующий шаг Арслана, и одними губами молит высшие силы указать ему правильный путь.
***
Гости вовсю гуляют во дворе, музыканты сменяют друг друга и по новой настраивают инструменты, весеннее небо понемногу прощается с солнцем, уступающим своё место луне. Первым вышедшего на террасу Арслана видит Гуук. Он удивлённо смотрит на одетого в свои парадные доспехи свежо выглядящего правителя, который сбрил бороду, но отказался стричь волосы и собрал их в хвост на затылке.
– Ты решил быть как Чжу? – с трудом сдерживает улыбку обрадовавшийся вставшему на ноги другу Гуук.
– Дауда не видел? Мне нужно срочно с ним поговорить, – не настроен шутить Арслан.
– Он у конюшни. Не говори мне, что ты пришёл в себя только, чтобы его на тот свет отправить, – хмурится Гуук, а Арслан, не ответив, идёт к лестнице. Гуук следует за ним.
– Не нужно за мной следить, – злится Кан.
– Я не слежу, я просто не дам тебе сделать глупость, – не останавливается Гуук.
– Ты меня за глупца считаешь? – резко оборачивается к нему Арслан, заставляя остановиться. – По-твоему, я нанесу вред тому, кому мы обязаны жизнью, плюну на данное слово? Я просто хочу с ним поговорить. Наедине.
– Хорошо, – отвечает Гуук и нехотя возвращается во дворец.
Дауд находится с двумя своими воинами рядом с конюшней. Увидев идущего к ним Арслана, он отсылает своих людей и пожимает протянутую ему руку.
– Рад видеть тебя на ногах после раны, – начинает Дауд.
– Пойдём в сторону сада, нам надо поговорить, – просит его следовать за собой Арслан и проходит за калитку. – Зачем ты это сделал? – он останавливается в тени столетнего дуба и внимательно смотрит на мужчину.
– Что именно? – спрашивает Дауд.
– Зачем ты забрал беременную девушку, не настоял, чтобы она избавилась от ребёнка, зачем привёл ее сюда и позволил рассказать мне правду о сыне? – нахмурившись, спрашивает его Арслан.
– Затем, что люблю ее, – не задумывается Дауд.
– Это и есть всё твоё объяснение?
– А больше объяснений и не нужно, – пожимает плечами Дауд. – Я люблю Ясмин. Она сказала мне про ребёнка сразу же, а я пообещал принять ее и с ним. Более того, я прекрасно понимаю, что Арэм твой сын, но он и мой сын тоже. Я люблю этого малыша не меньше, чем ты будешь его любить.
– И ты не подумал, что я объявлю тебе войну, что сделаю всё возможное, чтобы забрать у вас моего сына? – становится вплотную к нему правитель, Дауд чувствует полосующее кожу лезвие в чужом потемневшем взгляде.
– Я думал об этом все эти месяцы, – не отступает Дауд. – И знаешь, после битвы за Иблис и после того, как я увидел тебя, еле стоящего на ногах, но вышедшего на защиту города и получившего тяжелое ранение, я понял, что ты этого не сделаешь. Ты человек чести, Кан Арслан, я тоже. И потом, не думаю, что ты отныне сделаешь хоть что-то, что может опустить тебя в глазах Ясмин.
– Ты знаешь мои слабые места, – усмехается Арслан.
– Ты их и не скрывал, но не будем о грустном, – выдыхает Дауд. – Мои двери всегда для тебя открыты, более того, Ясмин расскажет сыну, когда тот войдет в сознательный возраст, кто его настоящий отец. Ты можешь навещать Арэма, забирать к себе. Единственное, Арэм не станет наследником империи Чин, я надеюсь, что… – запинается.
– Говори, как есть, – цедит сквозь зубы теряющий терпение Арслан.
– Что Ясмин подарит мне ещё сына, – убирает взгляд Дауд. – А у Арэма будет своя империя.
– Верно, моя империя принадлежит ему, и он её унаследует, – без тени сомнений заявляет Арслан, стараясь игнорировать слова мужчины про их совместное будущее с Ясмин.
– Думаю, мы сможем так жить, – говорит Дауд. – Если всё ещё хочешь воевать за сына, то повоюем, но подумай о девушке, раз в жизни сделай что-то ради нее, а не ради себя.
– Я хочу увидеть его, – твёрдо заявляет Арслан.
– Ты можешь вернуться с нами.
– Я приеду после вас, и Дауд, – мнётся Арслан, – спасибо. Ты подарил мне будущее.
– Жизнь странная штука, – усмехается Дауд. – Я ненавидел маму, считал чужих женщин позором для себя, а теперь я супруг такой девушки, отец чужого ребёнка, и моя империя об этом узнает. Ты сразу к оружию тянулся, всё решал силой и мечом, а сейчас говоришь спасибо. Так что в будущем нам не стоит зарекаться.
– Жизнь преподала мне ценный урок, больше я терять не намерен, и пусть я потерял Ясмин, Арэма я не потеряю, – твёрдо говорит Арслан.
***
– Честное слово, я не понимаю, чего ты хочешь! – вздыхает Гуук, уставший от визга малыша, и перетаскивает на кровать очередную шкатулку Юны. – Это? Не это? Ну говори яснее тогда.
– Ему третий месяц, он не умеет разговаривать, – примеряет уже восьмой наряд перед зеркалом Юна. – Так какой мне надеть: зелёный или винный?
– Второй, – не задумывается ее супруг. – А Гукюну наряд выбрали?
– Ага, очередные пелёнки, – хихикает девушка.
– Мой сын должен выглядеть красивее всех, – хмурится Гуук.
– Ну заказал бы младенцу доспехи! – отбрасывает в сторону непонятно чем ей не угодившую накидку Юна.
– Ты очень раздражена, любовь моя.
– Может, потому что я устала? – вскипает девушка.
– Может, стоит тогда отдавать ребенка его нянькам, а не возиться с ним весь день самой? – щурит глаза мужчина.