Страница 125 из 171
– Ты его гарем видел? – топает ногой окончательно расстроившаяся Юна и так и ходит по комнате в одной длинной рубахе, доходящей ей почти до колен. – Ты видел, какую красоту он себе там собрал? Ты лучше всех знаешь, какой у него вкус! А теперь представь, каких девушек он за этот месяц в походе повстречал! Представил? Так вот, я репка.
– Вы наливное яблочко, но точно не репка, – прыскает в кулак Биби.
– Перестань выкать, я сразу понимаю, что ты надо мной издеваешься и меня это… – Юна умолкает, прислушиваясь к внезапной тишине из коридора.
Через минуту стража распахивает двери спальни, и в комнату входит искупавшийся и переодетый в свежую одежду Гуук. Биби, откланявшись, сразу же удаляется, а Юна опускается на изножье кровати.
– Почему моя репка расстроена? – прикусив губу, чтобы не рассмеяться, спрашивает Гуук, который до этого успел уловить часть разговора.
– Только мне позволено себя обзывать и быть собой недовольной! – вспыхивает Юна, зло поглядывая на мужа.
– И тебе это должно быть запрещено, потому что ты прекрасна во всём и без ничего, – садится рядом Гуук и притягивает ее к себе, засматриваясь на оголённые острые коленки и жалея о том, что, чтобы покрыть их поцелуями нужно подождать ещё пару часов. – Ты самое прекрасное создание Бога, которое принадлежит Дьяволу. И Дьявол от тебя без ума.
– Так и быть, пойду в этом, – пожимает плечами Юна и встаёт на ноги.
– Ты же не серьёзно, – щурит глаза Гуук, продолжая облизывать взглядом стройные ноги.
– Ты сам сказал, что я всё равно прекрасна, и вообще супруга правителя может ходить в чём угодно, – фыркает Юна.
– Но не голой же! – мрачнеет мужчина.
– Я не голая, я в рубахе, и она длинная, а ещё дворец сильно топят и тут страшная духота, – поправляет волосы перед зеркалом еле сдерживающаяся, чтобы не рассмеяться, Юна.
– Прости, – Гуук тянется за брошенной на кровать одной из накидок и, поднявшись на ноги, кутает в неё девушку. – Я твои ножки никому показывать не готов.
– Вы слишком ревнивы, мой господин, – оборачивается к нему Юна и, встав на цыпочки, обвивает руками его шею.
– Ещё бы мне не быть ревнивым, учитывая, кто моя супруга и насколько она прекрасна, – целует ее в нос, а потом спускается к губам мужчина.
***
Скатерти расстелены в главном зале дворца, слуги снуют между гостями, перекладывая дымящееся сочное мясо из мешков из овчины в блюда и еле успевая менять кувшины с вином. На ужине присутствуют только самые приближенные Гууку воины вместе со своими семьями, а также Хосров с Ани. Арслан, как и ожидалось, присоединиться отказался и снова отсиживается у себя, приказав слугам принести туда вина и закуски.
– Пока тебя не было, я занималась центральным базаром, – рассказывает поедающему мясо Гууку Юна, которая уже даже смотреть на еду не может. – Так вот я узнала, что купол для крытой части в том виде, каким я его вижу и хочу сделать, может изготовить один мастер. Во всяком случае, мне о нём много кто уже сказал, и он же, думаю, может помочь мне преобразить Идэн, в частности реализовать моё желание об искусственном водопаде.
– Так в чём проблема, – утирает губы Гуук. – Прикажи, пусть его к тебе доставят.
– Он не из нашей империи, – катает по скатерти яблоко девушка.
– Не важно, из какой, мы хорошо заплатим, пусть за ним вышлют.
– Он из империи Чин, – прикусывает язык Юна, поглядывая на правителя.
– Исключено! – грозно говорит Гуук.
– Сельджук, – морщит нос Юна, ожидающая такой реакции.
– Я сказал, что нет.
– Но, мой господин, как вы мож…
– Ничего от этой империи и её правителя нам не нужно! – отрезает Гуук.
– Но вы же не враги! – возмущается Юна, которая думала, что сможет уломать мужа.
– Враги, – аккуратно отодвигает сидящую на его коленях Ани Хосров и вмешивается в разговор. – Этот сын собаки лично мой главный враг, и нам от него и из его прогнившей империи ничего не нужно.
– Вам ведь не нужно с ним из-за мастера говорить, его просто надо привезти сюда, – обращается теперь уже к Хосрову Юна.
– Нет, – повторяет за другом Хосров.
– Вы просто упёрлись, а я хочу превратить Иблис в чудо света! – начинает серьёзно злиться девушка и подмигивает Ани, чтобы она вмешалась.
– Я думаю, что мастер бы украсил… – открывает рот Ани, но умолкает перед грозным взглядом Хосрова.
– Мы найдём нового мастера, – спокойно говорит ей Хосров. – Этот вам не нужен.
– А гонцы? – смотрит на Гуука Юна. – Пока вас не было, он присылал несколько гонцов с подарками малышу. Подарки, конечно же, собирала Ясмин и…
– Я надеюсь, ты не приняла, – тянется за кубком Гуук.
– Она ведь моя подруга, – хмурится Юна.
– Мы с Даудом, может, открыто и не враги, – терпеливо объясняет ей Гуук, – но мы точно не друзья. Связи с империей Чин я не поощряю, но понимаю, что тебе нужно общаться с подругой. Я думал, этот вопрос стихнет, пройдёт, Арслан отпустит ситуацию. Но мой друг никак не оправится, а я не могу притворяться, что ничего не произошло, поэтому пока всё не уляжется, я не хочу слышать и слова про империю Чин и даже про ту девчонку, – твёрдо заявляет правитель. – А тебе надо поменьше делами заниматься и больше отдыхать, потому что тебе мало осталось до родов.
– Это Биби что ли на мою активность жаловался? – соединяет брови на переносице Юна. – Потому что откуда ты вообще знаешь, когда мне рожать?
– Ну, допустим Биби, – смеётся Гуук, – но я и сам не слепой, тебе же тяжело.
– Я протухну, если буду весь день на подушках восседать, – отмахивается Юна.
– Ты очень непослушный чертёнок, – притягивает ее к себе Гуук.
– Какой есть, – пожимает плечами девушка, – ты же всё равно меня любишь.
– Безумно.
***
– Никак не можешь избавиться от своего прошлого, – смеётся вышедшая на задний двор Ани, следя за тем, как Юна даёт указания молодому конюху по поводу Венуса и Маммона.
– Воздух малышу полезен, – поворачивается к ней девушка, продолжая поглаживать попеременно коней. – И потом, я ведь честно следила за животными, когда работала, так что мне делиться опытом не жалко.
– Ты, главное, не простудись, – подходит к ней Ани. – Не хочу, чтобы ты заболела. В твоём положении это опасно, – девушка протягивает руку к Маммону, но конь резко подводит под туловище задние ноги, а затем, оттолкнувшись от земли передними ногами, встаёт на дыбы.