Страница 112 из 171
Юна от души благодарна суетящемуся рядом Биби, ведь без него она бы не справилась и давно бы потеряла в этой суматохе голову. Прямо в зале же для Юны ушивают и подправляют очередной наряд, потому что она никак не определится, что именно наденет для первого выхода. Пока для Юны в купальне готовят ванну, она по настоянию Биби, который беспокоится о ребёнке, наспех завтракает и просит позвать в купальню и Ясмин с Ани. Гуук слово сдержал – гарем распущен, но не все девушки разошлись, некоторым Биби после свадьбы подыщет мужей, а некоторые ждут свою родню. Юна распорядилась, чтобы им тоже подготовили подарки и даже накрыли праздничный ужин в гареме.
***
В центре Иблиса с утра уже поставлены котлы, в которых варится мясо, распространяя аппетитный запах, на который собираются горожане. Прямо на улицах расстелены скатерти, заваленные сладостями, стоят бурдюки с вином, и любой желающий с самого утра до позднего вечера может бесплатно попробовать угощения и разделить с господином его праздник. Улицы украшены разноцветными лентами и цветами, с окон домов свисают знамёна империи, изображающие трёхлучевую звезду, каждый конец которой отображает одного из правителей. На главной площади с утра и ещё четыре дня будут играть музыканты, лучшие воины империи покажут умения владеть мечом, пройдёт турнир единоборств. Горожане, разодетые в свои лучшие наряды, гуляют и празднуют самую главную свадьбу империи. На протяжении всех этих дней все лавки и магазины будут закрыты, население Иблиса забудет о работе и будет отдыхать.
В Идэне стоит невиданный доселе ажиотаж. Во дворе выстроилась шеренга из купцов, которые прибыли даже из отдалённых городов и государств со своими лучшими товарами, которые они подарят невесте правителя, получая при этом благосклонность Гуука. В саду, прямо рядом с ручьём, вокруг длинных скатертей расстелены ковры, на которых лежат подушки. Перед дворцом расставлены дополнительные столы, доходящие аж до ворот, за которыми будут пировать самые приближённые воины Дьявола. Слуги развешивают на деревьях венки из полевых цветов и фонари, готовясь к ночи. Для войска Гуука за пределами Иблиса расстелены не уступающие идэновским скатерти, правитель в первую очередь распорядился о том, чтобы мясо раздавать начали с войск. Гуук как и считал своё войско своими руками, так и считает.
От покоев новобрачных до сада расстелены дорогие восточные ковры, по которым невеста будет идти к своему супругу. Сама спальня правителя украшена белыми цветами, лепестки которых лежат даже на полу, соседствуя с покрытыми орнаментами многочисленными серебряными подсвечниками. С настенного балдахина на кровать ниспадает белая органза, по краям вышитая кружевом, само брачное ложе тоже украшено цветами.
Гуук увидит Юну только на церемонии. По обычаям девушку выведут к нему и гостям три раза, и на третий раз он должен будет забрать ее в спальню.
***
Юна после короткого пребывания в разбавленной эссенцией розы воде сидит на скамейке в купальне и терпеливо ждёт, когда ей закончат втирать в кожу ароматические масла. Ани всё ещё в воде, где, облокотившись о бортик бассейна, грызёт яблоко и нервно поглядывает на дверь в ожидании Ясмин, надеясь, что ее приход разгладит морщинку меж глаз Юны. Ясмин, видимо, не смогла прийти, и пусть Юна допускала этот вариант, но всё равно грустит, что в такой важный для нее день не сможет поделиться счастьем с подругой. Звонкий смех Ясмин, который Юна уже давно перестала слышать, придал бы сил и поднял бы настроение, да и Ясмин бы не помешало отвлечься от мрачных мыслей о скором будущем, не дающих ей покоя. Внезапно двери в купальню распахиваются, впускают внутрь Ясмин, и Юна, на радостях случайно пнув массирующую ее ступни прислугу, извинившись, срывается к ней.
– Ты смогла! – восклицает счастливая Юна.
– Свадьба моей лучшей подруги, как бы я не пришла, – пожимает плечами Ясмин и, выбравшись из объятий девушки, разводит руки, пока подбежавшая к ней прислуга снимает с нее одежду.
– Вода – лучшее, что есть на этой земле, – в блаженстве прикрывает веки опустившаяся в бассейн к Ани Ясмин. – Она прекрасно смывает усталость и тяготы дня, жаль, что её волшебный эффект действует только снаружи.
– Как тебе удалось? – передаёт ей яблоко из блюда перед собой Ани.
– После ужина мой господин был сильно голоден, видимо, ему мясо не понравилось, – хмыкает Ясмин. – Я утолила его голод, и я присутствую на свадьбе.
Юне радоваться мешает тень грусти в глазах Ясмин, пусть та и улыбается, и шутит, но она слишком долго ее знает, чтобы понять, что скрывается под фальшивыми эмоциями. Даже маска Ясмин уже трескается, Юна не хочет думать, что это последний этап перед полным коллапсом, потому что если уже нет сил даже на то, чтобы контролировать своё лицо, то значит, внутри всё в шаге от полной катастрофы.
– Я и вам подарки подготовила, – решает поднять настрой подруг Юна. – Они будут ждать вас в ваших покоях после ужина.
– Умру от нетерпения теперь, – морщит нос якобы недовольная Ясмин.
– Мне было сложно выбрать вам подарки, учитывая, что ваши правители осыпают вас золотом с головы до ног, но надеюсь, вам понравится, – улыбается Юна.
– Я сама себе выбрать ничего не могу, – снова грустнеет Ясмин. – Мне всё приносят, я даже немного завидую вам, что вы можете выходить в город и покупать себе всё, что вам понравится. У меня куча золота и одежды, но всё выбирает он.
– Драгоценности я сама не покупаю, хотя мой господин настаивает, чтобы я выбирала всё, что хочу. Раньше я часто ходила на базар и необдуманно тратила золотые, но сейчас я умерила пыл, – делится Ани.
– В смысле умерила? – не понимает Юна. – Он тебе что-то сказал?
– Нет, я просто не трачу золотые и не покупаю всё подряд, – Ани смотрит на ошарашенных подруг и продолжает, – у меня всё есть и даже больше. Он каждый день оставляет мне мешочки с золотыми на траты, постоянно дарит драгоценности, но зачем мне очередные браслеты или парча, если я даже то, что есть, ещё не всё носила. Поэтому я откладываю их в особый сундук на чёрный день.
– Это твой выбор, и я всё понимаю, – разминает затёкшую от сидения в одной позе шею Юна. – Но о каком чёрном дне ты говоришь? Если падёт империя, да поберегут высшие силы наших правителей, то падёт и Идэн, и мы. Эти золотые вряд ли будут использованы, потому что в нашем случае, будучи фаворитками правителей, у нас не будет «чёрного дня». Вы прекрасно знаете, как поступают с любимыми павших правителей. Нас казнят.