Страница 108 из 146
Круз вытаскивает скрипку и затягивает бодрящую мелодию, чтобы взбодрить сердца людей и унять их нервы, а Дракос бегает кругом, раздавая по стопке рома. Я знаю, что должен произнести свою фирменную вдохновляющую речь, но сейчас меня так колотит от нервного напряжения, что подступает тошнота.
И все же мне удается взять себя в руки и выдавить короткое напутствие:
— Мы все в одной лодке, парни! Мы — Братство, и мы не отступаем перед схваткой. Мы делаем это ради всех пиратов по всему свету, ради грешников, изгоев и всех остальных, кто вынужден искать свой дом в бескрайнем море. Этот человек не отберет наш дом! Нет, мы заберем его дом и его никчемную жизнь!
Команда отвечает оглушительным, звенящим по всему кораблю боевым кличем, и я замечаю, как на палубу по лестнице поднимается Марен с абордажной саблей в руке. О боги, надеюсь, она умеет обращаться с этой штукой настолько, чтобы защитить себя. По крайней мере, надеюсь, у нее хватит ума швырнуть ее в сторону и пустить в ход зубы и когти. Да, тогда команда увидит в ней монстра, но в ситуации жизни и смерти это может оказаться ее единственным спасением.
— Канониры, приготовиться к залпу по моей команде! — кричит Тейн, решая бить на упреждение. В наши ядра вложена толика особой магии, которая помогает им бить сильнее и лететь дальше — того, чего так не хватает военно-морскому судну, так что превентивный удар — лучшая тактика, когда у врага больше артиллерии.
— Огонь! — орет Тейн, и пушки на нижней палубе бабахают с оглушительным грохотом, сотрясая корабль. Ядра наотмашь врезаются в борт «Пембрука», поднимая тучи щепок и осыпая вражескую команду градом осколков.
— Отличный выстрел, парни! — кричу я. — Еще раз! А затем переключайтесь на книппели по мачтам! Лотар, Матисс, расчистите им палубу!
Пушки снизу снова палят — еще один чистый залп, — в то время как Лотар и Матисс вскидывают кремниевые мушкеты и стреляют по палубе врага; их отточенные буканьерские навыки метких стрелков позволяют им наповал уложить рулевого и еще одного матроса до того, как потребуется перезарядка.
Я пытаюсь высмотреть Смита на верхней палубе, но его нигде нет, и в этот момент они открывают ответный огонь из орудийных портов.
Залп гремит одновременно, по меньшей мере два десятка ядер влепляют в борт «Ночного ветра», яростно сотрясая корабль. Марен падает на палубу, но я успеваю вовремя подхватить ее, как раз когда их книппели пытаются уничтожить наш такелаж. Им удается задеть фок-мачту, снося ее верхушку, и парус начинает заваливаться на палубу, заставляя меня оттаскивать Марен в сторону.
— Пожалуй, теперь тебе лучше спуститься вниз, — говорю я, пока паруса с грохотом падают на палубу позади нас, едва не задев нескольких матросов.
— Пожалуй, я просто не буду путаться у тебя под ногами, — отвечает она, отступая обратно к бочке и сжимая в руке абордажную саблю.
Я материм упавшую мачту. Лотар быстро с этим справится как корабельный плотник, но пока он занят перезарядкой мушкета и отстрелом матросов противника.
Мы делаем еще несколько залпов, и корабль флота отвечает тем же: некоторые ядра влетают прямо в корпус «Ночного ветра», прибавляя Лотару работы. Снизу доносится крик, и я понимаю, что кого-то — Реми или Хорса — зацепило, и остается лишь надеяться, что с ними все будет в порядке. Стерлинг был нашим главным канониром, но сейчас он заперт в кандалах. Я на секунду задумываюсь, стоит ли его освобождать, но решаю не делать этого. В своем нынешнем состоянии он, скорее всего, только саботирует корабль и перейдет на сторону Королевского флота.
— Сэм! — кричу я ей. — Спускайся на оружейную палубу, нам могут понадобиться подкрепления!
Она кивает и бросается вперед как раз в тот момент, когда в ее сторону летит пуля, попадая ей в плечо.
— А-а-а! — взвизгивает она, схватившись за плечо и морщась от боли, но продолжает бежать, не позволяя ранению ее остановить. Эта женщина сделана из железа.
Но если она способна пережить любую пулю, то Марен — нет. Я бросаю на нее взгляд, чтобы убедиться, что она все еще прячется за бочкой, но она уже вскидывает пистолет, который я подарил ей неделю назад, пытаясь прицелиться в корабль флота. Мне хочется сказать ей, чтобы она приберегла пулю для рукопашной, но она палит и умудряется попасть одному из матросов флота прямо в шею.
Она поворачивается ко мне и расплывается в улыбке, восхищенная своим выстрелом, и от этого желания обладать ею у меня в груди все сжимается.
— Умница, — говорю я ей, хотя она все равно не может расслышать меня из-за грохота.
КОСТИ.
Внезапно меня сгибает пополам, я зажимаю уши руками, услышав голос Нериссы, кричащий прямо у меня в голове.
КОСТИ, ОН ЗАХВАТИЛ ИХ.
— Ты в порядке? — вскрикивает Марен, подбегая ко мне и касаясь моей спины как раз в тот момент, когда из нижней палубы снова палит орудие, заставляя «Ночной ветер» содрогнуться, словно раненого зверя, а пуля со свистом пролетает над моей головой, вонзаясь в стоящую позади бочку с дегтем.
— Нерисса, — выдавливаю я, пригибаясь и оглядываясь сквозь дым и царящий вокруг хаос. — Где она?
— Конечно, в твоей клетке, — растерянно отвечает она. — Я отвела Генри, Лукаса и Седжа в твою каюту, как ты и велел, и сказала им забаррикадировать дверь чем-нибудь тяжелым, когда я уйду. — Она испуганно вглядывается в мое лицо. — Почему? Она собирается их обидеть?
— Я переживаю вовсе не за Нериссу, — говорю я, осторожно отодвигая ее в сторону и бросаясь по палубе к лестнице — как раз когда очередной взрыв сотрясает судно, вынуждая меня пластом падать на доски, которые разлетаются щепками под моим весом.
Я поднимаю голову, в ушах дико звонит, и оглядываюсь, чтобы убедиться, что Марен в порядке. Она поднимается на ноги и, прихрамывая, ковыляет ко мне, отчаянно махая руками, чтобы я двигался дальше. Остальная команда вроде бы цела, хотя Матисс зажимает простреленную ладонь, а Круз лежит на спине, стоная после последнего пушечного залпа.
Сейчас я не могу о них беспокоиться. Я вскакиваю на ноги, мы добеждаем до лестницы, сваливаемся на главную палубу и летим прямиком к моим покоям.
— Генри! — ору я, пытаясь распахнуть дверь, но та, несмотря на отсутствие замка, не поддается — изнутри ее подоперли чем-то тяжелым. — Лукас! Седж! Я иду!