Страница 130 из 265
И схватка эта состоялась близ красной звезды Крхжр. Завгородний, находясь в боевой рубке крейсера, наблюдал, как по направлению к цилиндрам движется волна истребителей чернобрюшей. Их было так много, что пространство из-за обилия бортовых огней истребителей стало разноцветным. Навстречу им от черных цилиндров кораблей Орды ударили яркие голубые лучи. В пространстве закружилось раскаленное вещество, только что бывшее космическими кораблями тарантулов. Вслед за лучами появилась волна истребителей Орды. Сосчитать их было невозможно, кто будет считать муравьев в разворошенном муравейнике? Две волны истребителей соприкоснулись, смешались в яростной смертельно опасной схватке. Во тьме пространства то и дело вспыхивали новые звездочки, и неясно было, на чью сторону склоняется космический бог успеха.
Между тем цилиндры Орды, оставив свои истребители драться с кораблями чернобрюшей, медленно направляли траектории своего полета к планетам, которые обжили их соперники.
Махаон, ведающий боевой подготовкой, первым заметил это и тактично указал на маневры цилиндров капитану Завгороднему.
— Подождем. — сказал капитан. — Фортуна, мой крылатый друг Эоаои, изменчива.
Между тем круговерть истребителей медленно смешалась к системе красного карлика.
— Они не успеют вернуться, — взволнованно доложил махаон, глядя на экраны корабельною интеллектуального центра. — Их планеты опустошат раньше, чем закончится бой!
Некоторое время Завгородний размышлял, потом встал и подошел к обзорному экрану крейсера, на котором разворачивалась звездная битва. Пришло время принять решение, достойное старого и мудрого звездного капитана.
— Героев своих хотите? — задумчиво сказал Завгородний, потирая бритый подбородок. — Будут вам герои!
Он сел за пульт, включил внутрикорабельный селектор и объявил:
— Здесь командир крейсера «Пан Станислав Лем». Приготовиться к атаке!
Махаон заволновался.
— Из-за истребителей мы цилиндры Орды не достанем, — всплеснул крылышками он.
Завгородний хмуро взглянул на него.
— Истребителей? — переспросил он. — Каких истребителей?
И его заместитель неожиданно понял, кто и, главное, как становится командирами боевых космических кораблей.
Удар, нанесенный крейсером, был ужасен. Три цилиндра Орды вспыхнули и исчезли тотчас. Четвертый, который, судя по всему, получил непоправимые повреждения, медленно заваливался по направлению к небольшой черной дыре, терпеливо затаившейся в складке пространства.
— Вот и все, — буднично сказал Завгородний, — глядя на очистившийся экран.
— А где же... истребители? — спросил несколько оторопевший заместитель. — Там же столько чернобрюшей было...
Завгородний встал. Лицо его медально забронзовело.
— Зато героев у них теперь сразу столько стало, что бюсты им не из чего отливать будет, — печально сказал он.
Вечером, когда «Пан Станислав Лем» выходил в необходимую для прыжка точку галактических координат, командир крейсера Борис Александрович Завгородний мрачно пил в кают-компании. Можно скачать, что он пил в одиночестве, потому что его заместитель уже усики распустил и левое крыло помял — много ли надо почти непьющему мотыльку?
— Надоело мне все, — объяснял Загородный своему боевому заму. — Одни сражения, сражения, сражения,,, Уже забываешь, где сражаешься, с кем сражаешься, за что сражаешься... Не вижу смысла в том, что мы делаем! Месяц назад мы с тобой этих кровососов с Альдебарана защищали, еще раньше глотарей из Кассиопеи, теперь вот этих чернож... — он осекся и испуганно взглянул на махаона, — не заметил ли тот его откровенно расистского высказывания. Махаон неровно сложил крылья, сложил на кольчатом брюшке лапки и нервно шевелил усиками во сие. Небось, снилось гаду, как он на своей Махаонии нектар из гигантских магнолий добывает. Успокоенный Завгородний налил себе в стакан виски, выпил и снова пустился в печальные рассуждения:
— Кого мы и от кого защищаем? Вся Вселенная воюет! Здесь богом быть надо, чтобы порядок навести. Понимаешь? Богом!
Эоаои пошевелил усиками и беспомощно распустил крылья.
— Слабак, — с усмешкой сказал старый звездный волк и задумчиво повторил: — Богом надо быть, чтобы в этой Вселенной порядок навести!
В кают-компании ожил динамик.
«Внимание! — объявил вахтенный офицер. — Через двадцать минут крейсер уйдет в подпространство. Всем занять места в амортизационных камерах!»
Завгородний вздохнул. Крейсер шел на воссоединение с основными силами, а это значило, что впереди опять маячили бои, победы и поражения, схватки ни на жизнь, а на смерть, предстояло зажигать и гасить звезды, сворачивать в ничего планеты и умножать пустоту, потому что именно в ней крылся идеальный порядок.
Он легко приподнял за крылышки своего пьяного заместителя, отнес его в амортизационную камеру, специально оборудованную для махаона, потом, кряхтя, разделся сам и занял свое мест согласно походного расчета. Вокруг, медленно шурша, разворачивалось силовое поле. Борис Александрович зевнул, прилет на мягкое ложе и на мгновение пожалел, что не захватил с собой недопитую бутылку.
«Да. — подумал он. — Чтобы в этой Вселенной не озвереть, в ней надо быть Богом!»
Вот тогда-то он и узнал, что значит настоящая тоска и настоящие сомнения в правильности дороги. Одурев от тьмы, он возжелал света, потом, чтобы как-то развеять скуку и скрасить свое одиночество, создал твердь, Ангелов, и, развлечения ради, населил твердь разнообразными животными. Но Ангелы были глупы, а с животными нельзя было поговорить. И тогда он создал свое подобие — маленького Бориса Завгороднего. Он не знал, правильно ли поступает, не повторяет ли роковым образом чью-то ошибку. Посоветоваться с кем-то было просто невозможно. Не с кем было советоваться всемогущему Богу! И самое противное — даже выпить, чтобы хоть немного забыться, и тем самым как-то отвлечься от тревожащих душу мыслей, было нельзя. Нельзя, да и не с кем.
Надо было теперь долго ждать, когда маленький Завгородний до выпивки и бесед дорастет.
Царицын, май 2000 года.