Каникулы падающей звезды

Удивительно было то, что о помощи воззвали именно чернобрюши, — о них самих в открытом космосе ходила дурная слава, а такие расы, как большекрылые махаоны и серпентратисы прямо обвиняли чернобрюшей в налетах на заселенные ими планеты с целью захвата пленных и использовании этих пленных в извращенных гастрономических целях.

Но как бы то ни было, цилиндры Звездной орды уже очистили от чернобрюшей и их паутины две планеты и теперь двигались в самые населенные системы. Для порабощения чернобрюшей от орды откололись четыре гигантских цилиндра, каждый в несколько сот миль длиной и с полсотни миль шириной. Видимо, ордынцы посчитали, что этих сил будет вполне достаточно для зачистки населенных планет, находящихся в данном секторе Галактики. Узнав о силах ордынцев, представители Галактического Федерального Содружества звездных систем резонно предположили, что для защиты чернобрюшей будет вполне достаточного одного крейсера, тем более что остальные готовились встретить основные силы орды на подступах к центру Галактики.

Галактическим крейсером «Пан Станислав Лем» командовал опытный и умудренный в звездных сражениях командир — сорокавосьмилетний землянин Борис Александрович Завгородний. Завгородний прошел путь от отчаянного и бесшабашного лейтенанта до степенного и осторожного космического волка. Если в лейтенантские годы Борис Завгородний, бросаясь в схватку, чаще всего надеялся на пресловутое земное «авось», то, чудом оставшись в живых и став старше, он стал чаще повторять другую земную поговорку — «тише едешь, дальше будешь».

Высаживаться на любую из обжитых чернобрюшами планет Завгородний категорически отказался. Экипаж его крейсера на две трети состоял из большекрылых махаонов и серпентратисов, а рисковать напрасно своими подчиненными Борис Александрович не привык и не хотел. Да и что им было делать на планете, изрытой миллиардами темных нор и затянутых паутиной?

Однако делегацию чернобрюшей, желавших обсудить с командиром космического крейсера стратегию и тактику предстоящей битвы, ему все-таки пришлось принять. Делегация чернобрюшей прибыла на «Пан Станислав Лем» на космическом челноке малой навигации. Во избежание неприятных случайностей чернобрюшей встречали земляне, которые одели парадные скафандры высшей защиты, и денебец, который в скафандре не нуждался. Если кто-нибудь однажды пробовал откусить от гранитной скалы маленький кусочек, он вряд ли он повторит свою попытку.

Чернобрюши были черными не только из-за жестких волос, покрывающих их лапы, головогрудь и брюшки. На чернобрюшах были парадные черные комбинезоны, богато украшенные серебром. Кобур или чехлов, скрывающих оружие, на аборигенах не было, но успокаивать себя этим не стоило. Наверняка в дыхательных трахеях у них были дротики. Жвала у чернобрюшей были закрыты кожаными повязками. Это уже капитан Завгородний распорядился — нечего на палубах боевого крейсера тарантеллы устраивать!

Руководитель делегации чернобрюшей был, судя по его внешнему виду, опытным тарантулом, не в одной боевой схватке участвовал. Из восьми лап его только три были целыми, остальные заменяли протезы. Цепочка оранжевых глаз то и дело прерывалась бельмом, панциреобразный щит чуть ниже головогруди был в грубо сросшихся шрамах.

Оказавшись напротив капитана Завгороднего, чернобрюша встал в боевую стойку и отдал ему честь правой малой лапой. Остальные лапы, включая протезы, он, как и полагалось по этикету, держал на уровне черного брюшка, который украшали прекрасные малиновые пятна.

После официальных приветствий Завгородний пригласил делегатов в кают компанию. Там уже было все накрыто для приема гостей. Пока теги лакомились тушеными бедрышками тарраазианских богомолов и запивали лакомство коктейлем из молочая, смешанного с вином из одуванчиков, в боевой рубке бравые махаоны готовили галактический глобус, на котором был отслежен как путь орды, так и четырех отколовшихся от нее цилиндров. Капитан Завгородний правильно решил — сытый чернобрюша уже не враг. Хотя, к сожалению, и не друг.

Совещание по стратегии и тактике началось в непринужденной и, можно сказать, игривой обстановке. Видно было, что кое-кто из чернобрюшей излишне накоктейлился. Некоторые уже лезли с объятиями к землянам, и даже высокое напряжение скафандров высшей защиты их остановить не могло.

— Четыре цилиндра! — презрительно скрежетнул жвалами один из тарантулов, которого звали Кржхрсрвхр. — Всего четыре ордынских звездолета на семнадцать миллиардов тарантулов! Вы что, унизить нас хотите? Не верю!

Руководитель чернобрюшей гневно глянул на него шестью оранжевыми глазами и Кржхрсрвхр пристыжено умолк. Только поводил под повязкой жвалами и недоуменно разводил малыми лапами: не верю, мол, и все тут, хоть в брюхо меня кусайте!

Некоторое время глава чернобрюшекой делегации по имени Ржвхср внимательно разглядывал глобус сразу всеми имеющимися у него в наличии глазами. Более того, он даже очки с цепочкой блестящих окуляров достал, чтобы ему лучше видно было.

— Ясно, — сказал он, пряча очки в карман черного комбинезона.— Я предлагаю следующее: Федералы встанут на главном направлении у солнца Крхжр, а доблестные тарантулы нападут четырьмя компактными группами на каждый из кораблей Орды.

Заместитель Завгороднего по боевой части Эоаои недоуменно взмахнул крылышками.

— Зачем? — задвигал он недоуменно усиками. — Наш крейсер достаточно мощный, чтобы раз и навсегда уничтожить агрессоров!

Ржвхср махнул средней лапой.

— Одно слово — мотылек, — снисходительно сказал он. — Во-первых, мы, как и земляне, заинтересованы в том, чтобы выяснить, кого представляет Орда и из какой она части Вселенной. Во-вторых, могут быть богатые трофеи. Да и сами пленники представляют значительный интерес. Брать пленных — давняя традиция чернобрюшей, и не мотыльками ее ломать. И, наконец, неужели Федерация заинтересована в том, чтобы лишить доблестных тарантулов своих героев? У нас найдется достаточно чернобрюшей, которые будут готовы сложить жвала во славу своего народа!

Вы согласны со мной, капитан?

Завгородний пожал плечами.

— Вообще-то, мы здесь затем, чтобы вам помочь, — уклончиво сказал он. — Если вы хотите рисковать...

— Мы мечтаем о риске, — торжественно сказал Кржхрсрвхр. — Каждый чернобрюш с рождения мечтает о схватке!