Девиант

— Пусть моё имя пока останется секретом.

— Разве это честно? Я раскрыл свои карты.

— А давайте сыграем на него? — предложила я, чувствуя, как алкогольная смелость подталкивает меня вперёд. — Если вы выиграете — узнаете его.

— Ох, как интригующе, — он склонил голову набок. — А что будет, если я проиграю? Просто останусь в неведении?

— Вы пойдёте со мной в VIP-кабинку и приятно поболтаете.

— В любом раскладе я в плюсе, — усмехнулся он. — В чём подвох?

— А может, его и нет?

Я обернулась к крупье.

— Всё, что у меня есть, — на зеро.

За столом воцарилась тишина. Даже мои случайные собутыльники замерли. Ставить всё на единственное зеро — это уже не азарт, а самоубийственная бравада. Или гениальный ход.

Джексон Лим медленно поднял бровь.

— Вы уверены? Шанс — один к тридцати семи.

— А вы боитесь проиграть? — спросила я, глядя ему прямо в глаза.

— Скорее боюсь так и не узнать, с кем имею честь играть, — ответил он, но его пальцы уже двигались, переставляя фишки на более безопасные поля — на чёрное и чёт.

Крупье — его андроидное лицо оставалось бесстрастным — объявил:

— Ставок больше нет.

Он запустил шарик.

Тот закрутился, зашипел, запрыгал. Время замедлилось. Честно говоря, я не стремилась победить. Мне просто не хотелось таскать за собой эту груду пластика — игра уже утомила. Лучше спустить всё одним махом и разобраться с делом. А потом — в пентхаус, и попытаться уснуть.

Шарик замедлился. Прыгнул. Ещё раз. Упал.

На зелёное поле. На зеро.

Тишину взорвали аплодисменты. Кто-то ахнул, кто-то засвистел. Я стояла, тупо глядя на гору фишек, которую крупье уже пододвигал ко мне. Чёрт побери. Я выиграла. Не просто не проиграла всё — я сорвала куш.

Джексон рассмеялся, и в его смехе звучало искреннее восхищение.

— Вы не только притягиваете взгляды. Вы притягиваете удачу. Или управляете ею.

— Только не надо тереть мне живот на счастье, — рассмеялась я, чувствуя, как пьянящая эйфория начинает отпускать. — Вряд ли я принесу благосостояние лично вам.

— Тем не менее я в вашем распоряжении, — он встал, отодвинув стул. — Вы хотели поговорить приватно?

— Да. Найдите нам комнату.

Он улыбнулся, поймал взгляд менеджера зала — живой женщины в строгом костюме — и жестом показал наверх. Та тут же засуетилась. Я в это время обернулась к Церберу.

— Забери выигрыш, обменяй, — сказала я, сгребая фишки в его неподвижные ладони.

Он смотрел на меня своими красными глазами. В них не было ни одобрения, ни осуждения — только плоская, давящая концентрация.

— Ты хочешь остаться с ним наедине? — тихо спросил он.

— Я собиралась с ним поговорить. Он здесь. Нужно пользоваться моментом.

— Он раздевает тебя взглядом, — констатировал Цербер. — Уровень его интереса к твоей физиологии на 30% выше среднего.

— На то и расчет, — махнула я рукой, стараясь казаться небрежной.

— Мне это не нравится.

— Тогда иди быстрее, меняй фишки! — прошипела я, уже теряя терпение.

Цербер замер на секунду, его пальцы прижали фишки к себе с таким усилием, что на пластике могли остаться следы. Затем он резко развернулся и пошёл к кассам, лишь его смокинг мелькнул в толпе.

Я же, заставив себя улыбнуться, взяла Джексона Лима под руку. Его шёлковый рукав был прохладным и скользким под пальцами.

— Пока мы идём, вопрос, — сказал он, когда мы зашагали за менеджером к лифтам. — Это был ваш андроид?

— Да.

— Необычная модель. Я таких не видел. Импортная?

— Из России.

— А, «Эйдолон», — произнёс он, и в голосе появились профессиональные нотки. — Новая линейка? У нас тут последняя подпольная партия была полгода назад — модель «Арес», если не ошибаюсь. Но у вашего... друга — совсем другая кинематика. Движения не столько плавные, сколько эффективные. Минимум микродвижений, идеальный баланс.

Я едва не споткнулась. Вот что значит профессиональный взгляд. Он успел рассмотреть так много всего за те несколько минут, пока Цербер был на виду.

— Вы прекрасно разбираетесь, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал легко.

— Я хорошо разбираюсь в робототехнике и работе ИИ, — он улыбнулся. — Это моя работа.

— И что вы думаете о компании «Эйдолон»?

— Очень дерзкий игрок. Быстро расширяется, много выпускает, постоянно куда-то мчится. Сингапур, впрочем, тоже такой, но лично я буддист. Не люблю суету.

— А как же бежать впереди прогресса?

— Если бежать вперёд сломя голову, можно незаметно споткнуться, — произнёс он задумчиво.

— Цитата какого-нибудь мудрого буддиста?

— Нет, не цитата. Это моё личное наблюдение.

Лифт, тихий и стремительный, доставил нас на один из верхних уровней. Менеджер провела нас по мягко освещённому коридору к двери из тёмного дерева, открыла её и, пожелав приятного вечера, исчезла.

Комната оказалась не кабинкой, а целым будуаром в стиле ар-деко: низкие диваны, приглушённый свет, бар с хрустальными бокалами. Звуки казино сюда не доносились вовсе.

Джексон, к моему удивлению, не стал сразу ко мне приставать. Он плавно опустился на диван, раскинул руки вдоль спинки и жестом пригласил меня сесть рядом. Его движения были такими же экономичными, как у Цербера, но в них чувствовалась хищная грация.

— Вы что-то от меня хотите, — констатировал он. — Я не дурак. И я вас точно где-то видел. Не лично. Bloomberg Markets? Forbes? Или, может, Fortune?

Я села, сохраняя дистанцию в полметра. Алкогольная дымка в голове начинала рассеиваться, уступая место знакомой, тошной ясности.

— Везде понемножку, — сказала я. — Хотя да, с акциями мне везёт.

— Значит, вы — акционер. И, судя по ставке внизу, крупный. Дайте угадаю… «Эйдолон»? — Его тёмные глаза прищурились, будто он целился.

— Вы действительно умный человек, — я позволила себе лёгкую, загадочную улыбку.

— Туше, — он хлопнул себя по колену. — Вы дали много подсказок. Российский андроид, нестандартная модель, манеры… и эта щедрость, свойственная только русским.

— Вы ещё не против общаться со мной, зная, что я конкурент?

— О, это даже полезно. Держит в тонусе. — Он приблизился ближе. — Так какой вопрос вас мучает? Постараюсь ответить, не нарушая конфиденциальности моей компании.

Я глубоко вдохнула. Пора было вскрывать карты.

— Вы исследовали наши модели? Особенно последние, с новым типом процессора?

— Конечно. Мы покупаем каждую новинку. Разбираем. Изучаем. Таковы правила игры.