Страница 114 из 131
***
Уже во вторник старший инспектор Антонидис лично нанес визит Смолеву, посчитав, что просто телефонного звонка будет недостаточно.
– Мне час назад позвонил Илиадис-младший, – взволнованно рассказывал он Смолеву, сидя напротив за столом в хозяйской гостиной. – На наследника действительно вышло афинское агентство недвижимости «Гермес» с предложением приобрести дом с садом. В агентстве предложили отличную цену. Илиадис обрадовался, дал предварительное согласие, и они договорились на встречу через неделю. Должны подъехать покупатель и представитель «Гермеса». Если обе стороны все устроит, сделка будет заключена. А пока я поставил у сада «мышеловку»: там в машине дежурит сержант Дусманис, через час его сменит Димос.
Смолев удовлетворенно кивнул, словно именно это и ожидал.
– Объясните мне, Алекс, – жалобно попросил Антонидис после небольшой паузы. – Как это у вас получается?
– Что именно?
– Ну вот это: «На вас в ближайшее время выйдут покупатели!» Откуда вы это знали? Вы что, провидец?!
Смолев взглянул на часы.
– Хотите кофе, Теодорос? – задал он встречный вопрос. – У меня есть отличный кофе. И замечательное песочное печенье испекла Василика, вот, угощайтесь… Пока мы с вами завариваем и пьем этот напиток богов, как раз придет Софья с распечаткой ответа на мой запрос в Интерпол. Там крайне занимательная информация. Вот мы все вместе ее и обсудим. Как говорит с некоторых пор наша Катерина: «Две головы хорошо, а три – лучше!» – Смолев усмехнулся. – Думаю, что на большинство вопросов мы вместе найдем ответы. Идет?
Дважды уговаривать старшего инспектора не пришлось. Он пил уже вторую кружку кофе и поглощал печенье, жмурясь от удовольствия, когда дверь распахнулась, и в гостиную вошла Ковалевская. Она протянула Смолеву несколько скрепленных между собой листов бумаги.
– Дядя Саша, вот распечатки. В двух экземплярах, как заказывал. Но Манн просил тебя связаться с ним по видеосвязи, как только у тебя будет возможность. Он что-то хочет сказать лично. Подключаю?
Смолев кивнул. А старший инспектор полиции быстро встал и отряхнул костюм от крошек, пытаясь привести свой внешний вид в порядок.
Софья включила на айпаде сеанс видеосвязи и присела рядом на стул.
– Калимера, господа сыщики! – иронически прищурась в экран, пробасил генерал Интерпола. – Что это вы вскочили, старший инспектор? Вольно, вольно… Присаживайтесь! Привет, Рыжая! Ты, как всегда, на посту? Умница! Все готовы? Тогда к делу. Значит, так: по твоему запросу, Саша. На вашего старика-садовода ни в наших, ни в полицейских базах ничего нет. Господин Йоганн Вайс для нас тоже пока, к сожалению, загадка. А вот мужчина в дверях – здесь нам с вами повезло: мы его опознали. Вернее, не так. Система нам выдала сходство больше девяноста пяти процентов со старым фото одного уголовника. Только тот, кого система нашла, уже умер. Причем, в тюрьме. Он отбывал пожизненное за ограбление банка, во время которого погибли двое охранников. Некий Афанасиос Галанис, семидесяти трех лет. Успел отсидеть тридцать пять лет в тюрьме строгого режима Коридаллос. Там же и скончался от сердечной недостаточности, в тюремном госпитале.
– Но незнакомцу от силы сорок пять! – покачал головой Смолев. – Это не может быть он. Какая-то ошибка?
– Знаю, видел! – недовольно поморщился Манн. – Ты погоди, дослушай! Система – она электронная. Она не ошибается. А девяносто пять процентов – это серьезный результат. Я же сказал, что фото в базе очень старое! Такой показатель система выдает, когда человек или действительно опознан, или…
– Или он очень похож, – пробормотал Смолев, догадавшись. – Причем, настолько похож, что… Например, родственник! Как две капли воды! Неужели сын?!
– В правильном направлении мыслишь, Саша, – похвалил генерал. – Я навел справки: у этого Галаниса действительно был сын Михалис. По уголовным делам не привлекался, поэтому в наших базах он отсутствует. Но как он оказался на острове и что он там у вас делает, – это вы уже разбирайтесь сами.
– А что за ограбление банка? – подал голос старший инспектор. Щеки его порозовели от возбуждения: впереди реально замаячило раскрытие громкого преступления.
– Я отправил вам справку из архива, но, чтобы сэкономить время, прочту короткую выдержку из нее: «В тысяча девятьсот восемьдесят пятом году в Афинах, во время студенческих волнений, группа анархистов ограбила отделение Национального банка. На банк напали трое вооруженных людей в масках. Угрожая автоматами сотрудникам банка, они похитили из сейфа крупную сумму денег (как позднее выяснится – три миллиона долларов) и попытались скрыться. В ходе последующей погони и перестрелки ранено четыре человека. По показаниям свидетелей (фамилии зачитывать вам не буду), за грабителями по центральной улице Афин побежали два охранника банка. Последовала перестрелка. Один охранник был ранен в живот, второй – убит на месте: пуля попала в голову. Один из грабителей ранен в грудь. Кроме того, срикошетившая пуля легко ранила случайного прохожего. Раненый грабитель остался лежать на земле, в то время как остальные двое налетчиков остановили проезжавший мимо автомобиль, выбросили водителя на дорогу и скрылись. По дороге, видимо, между преступниками началась ссора, и машина на скорости протаранила несколько припаркованных авто. Прибывшая полиция обнаружила в машине Афанасиоса Галаниса в бессознательном состоянии с черепно-мозговой травмой. Третий грабитель и похищенные деньги исчезли». Вот такие невеселые дела. Раненый грабитель скончался от большой кровопотери в больнице. Галаниса подлечили и «впаяли» пожизненное. Он умер в тюрьме, как я уже сказал…
– А когда он умер? – уточнил Смолев.
– Месяц назад, – ответил Манн. – Думаешь, это важно?
– Думаю, что важно! – кивнул Смолев.
– Обоснуй! – откинувшись в кресле, предложил генерал.
Смолев обвел взглядом сидящих напротив коллег.
– Я попробую. Давайте постараемся восстановить события в хронологическом порядке. Тридцать пять лет назад в Афинах происходит ограбление банка. Преступники или погибают, или оказываются в тюрьме пожизненно, кроме одного, который исчезает с похищенными деньгами. И тридцать пять лет назад на берег Наксоса сходит сорокалетний мужчина с пятилетним сынишкой. Прибывший сразу же покупает солидный участок земли в самом плодородном районе острова и все эти годы занимается только одним: разводит пионы. С сыном он никогда не откровенничает по поводу своего прошлого. Сын даже не знает, от чего и когда умерла его мать. По какой-то причине отец делает тайну даже из смерти собственной жены! Причем, в деньгах он не нуждается, хотя несет значительные расходы: скупает саженцы самых старых и самых известных сортов пионов по всему миру, содержит себя и сына, когда приходит пора, оплачивает ему университетское обучение в Салониках на сельскохозяйственном факультете, а когда сын возвращается на остров – покупает для него участок земли неподалеку от себя, оплачивает строительство дома, а затем берет на себя и свадебные расходы. И когда сын предлагает вернуть свой долг, отец наотрез отказывается, заявляя, что «денег у него хватает». Вопрос: откуда деньги?
– Боже ты мой… – тихонько произнесла Софья по-русски. – Вот тебе и «дедушка-цветовод»!
Старший инспектор Антонидис поставил кофейную чашку на стол, достал свой блокнот и начал в нем быстро строчить.
– Идем дальше. Месяц назад умирает один из грабителей, который отсидел в тюрьме все те же самые тридцать пять лет. И на остров приезжает мужчина, настолько похожий на грабителя в молодости, что система определяет его с очень высоким процентом сходства. Я почти уверен, что это сын Галаниса. У него резкие, крупные черты лица, очень запоминающиеся. Причем настолько, что даже старик Илиадис с трибуны их прекрасно рассмотрел. Я помню его выражение лица: на нем был ужас. И мне он сказал: «Я узнал их!». После чего ему резко стало плохо, и заседание «Клуба любителей пионов» пришлось свернуть.