Волшебница по распределению

Готова поспорить, она, как и отец, меня не узнает!

— Оделис, ты так быстро шла, я еле тебя догнала.. – Взгляд знакомых глаз остановился на мне, мама запнулась и договорила: – Кажется, я начинаю понимать, почему ты не любишь этот замок. Настоящий лабиринт.

— Не лабиринт, а склеп, – отозвалась леди Брайс, посмотрела на нее, потом на меня и озадаченно нахмурилась: – Елия, ты ее знаешь?

— Это моя дочь от первого брака, Ариана, – просто ответила Елия и виновато улыбнулась мне: – Здравствуй, Ари.

Я растерянно глядела на женщину, оставившую меня с фактически чужим человеком. Иногда я представляла, что когда-нибудь встречу ее.. Спрошу, как ей жилось все эти годы, выскажу.. Нет, лучше похвастаюсь, что мне без нее жилось отлично! Но теперь я не знала, что делать. В глазах Елии была радость, настоящая! Словно меня не бросали.. Как так можно?

— А-а-а, та самая, которую ты хочешь забрать от бывшего мужа к себе? Надо же, как удачно мой сын взял ее на работу! – Леди Брайс заинтересованно оглядела меня от взлохмаченной головы до босых ступней.

— Я здесь не работаю, – поправила я.

В приоткрытую дверь небрежно постучали.

— Да! – хором отозвались мы с леди Брайс.

В комнату вошел Дамиан, окинул взглядом нашу компанию, выставку моих рисунков, воинственных пса и Изу. И насмешливо протянул:

— Когда я открыл вам защиту, матушка, я подразумевал свой кабинет. Но вы, как всегда, меня не услышали и решили прогуляться с вашей подругой по Скалистому.

— Можно подумать, ты меня слышишь?

— Если вы о своем желании отправить меня в застенки какой-нибудь милой тюрьмы со всеми удобствами или особо закрытой лекарни для магов, то я по-прежнему туда не собираюсь. – В глазах Дамиана полыхнул хаос. – А чтобы сделать это принудительно, вам, матушка, как и нашим общим друзьям, понадобятся свидетели. Незаинтересованные. Посторонние. И чем больше, тем лучше. Леди Елия не подойдет, она ваша подруга.

— Как ты не понимаешь? – Леди Брайс подошла к сыну и, глядя ему в глаза, едва слышно прошептала: – С самого детства такой. Опомнись, пока не поздно!

— Я все сказал, – холодно отрезал Дамиан.

И маска вежливой отстраненности на лице его матери разлетелась на осколки.

— Если для того чтобы ты сдался властям, мне придется взять в осаду Скалистый, я это сделаю. Мое терпение закончилось, сын, – процедила леди Брайс. Над ее плотно стиснутыми в кулаки пальцами вспыхивали и гасли разноцветные искры. – Не хочешь думать о себе, подумай о нашем роде! Что будет с именем, когда тебя все же поймают с поличным? Твое отшельничество не может быть вечным. Лучше самому. Тихо и без скандала. Лекари многое умеют, со временем они тебе помогут.

— А пока я попиваю их настойки, вы будете наследницей. – Дамиан язвительно улыбнулся. – Неужели вам так хочется каждый месяц сидеть на совещании Совета магов и читать нудные бумаги, матушка?

— Это всего лишь досадная необходимость, сын. – Леди Брайс поджала губы. – Или считаешь, лучше слушать шепотки за спиной, что в совете заседает маг, сила которого давно готова избавить нас от Совета магов, как от ненужного органа?

Ну да, все для сына! Стать главой рода, занять место в совете магов.. Кажется, я понимаю, почему Дамиан сказал, что матери с ним и Макс нет. Ее и нет. Она вся в наследстве и будущем собственном величии.

— А то, что у нашего рода два голоса в совете, вас, конечно же, не интересует? – Дамиан чуть вздернул бровь.

— Один, два.. – Взгляд леди Брайс вильнул в сторону. – Не вижу разницы!

Зато я вижу.

Вот так поворот! Теперь ясно, отчего все дружно вцепились в Дамиана. Даже его собственная матушка! Любой в королевстве знает, что пять перекрещенных мечей на знаке главного ловца не просто так нарисованы. Главный ловец – пятый голос в Совете магов. Остальные четыре – у представителей других родов, включая моего отца. Но имелся еще один голос.. Говорили, что его раз в тысячу лет король дарует тому роду, который более остальных послужил королевству.

Значит, у Брайсов целых два голоса..

И парочке лордов – моему родителю и фальшивому магистру – очень выгодно иметь обладателя этих голосов в друзьях. Тогда все, что им захочется, – буквально все, любой закон, любой указ, любое решение! – можно протащить через Совет магов и представить королю. Вот только Дамианом не очень-то покомандуешь. Но если упечь его подальше.. Вряд ли леди Брайс будет тщательно вникать в то, за что ей посоветуют голосовать два уважаемых члена Совета магов.

Два жаждущих власти прохвоста!

— Доброго дня! – преувеличенно любезно поклонился Дамиан и зашагал к двери.

— Куда ты? – возмутилась его мать.

— Завтракать.

— Ты невозможен! – выпалила леди Брайс.

Змейка на ее руке зашипела. Иза зашипела в ответ, громко и от всей души. Змейка испуганно замолчала.

Тут же со стороны камина донеслось угрожающее рычание.

Выглянув из-за леди Брайс, я увидела ощетинившегося пса и.. матушку. Та осторожно пятилась от камина, в пламени которого лежала стопка листов. Странно.. Когда она пришла в мою комнату, в ее руках вроде не было никаких бумаг..

— Елия, мы уходим! – объявила леди Брайс и сжала в пальцах бусину.

— Рада тебя видеть, Ари, – мягко улыбнулась мне Елия.

— Хоть у кого-то радость, – буркнула леди Брайс, затаскивая ее на золотистую дорожку пути.

— Еще увидимся! – словно ниоткуда донесся матушкин голос.

Я растерянно смотрела, как на паркете тают золотистые песчинки. И пыталась понять, что стряслось с моей матерью. Столько лет она мною абсолютно не интересовалась, а теперь вдруг искренне радуется встрече и мечтает «забрать меня к себе».. Скоропостижно проснулась материнская любовь? Не верю. Ни капельки. Самое разумное, что пришло в голову: внезапное наследство, о котором я пока не знаю.

— Что тут у нас? – Дамиан подошел к камину, наклонился и вытащил из него нетронутые огнем листы.

— Они не сгорели? – ошарашенно пробормотала я. – Как такое возможно?

— После того как матушка пыталась уничтожить завещание отца, в Скалистом не так просто сжечь то, что тебе не принадлежит.

— Но я жгла.. Письма.

— Они же твои, – пожал плечами Дамиан. Протянул мне листы, покосился на метелку в свадебном наряде и усмехнулся: – Мать все никак не успокоится. Сегодня хотя бы обошлось без надевания этого платья.

— Э-э-э.. А зачем она его надевает?

— Ну.. В детстве я любил, когда мама наряжалась невестой. Потом перестала. А когда она решила, что главой рода лучше быть ей, вспомнила об этом.