Страница 71 из 93
Треклятое свадебное платье! Вернее, метелка в платье! Черенок выглядывал из-под подола, из выреза радостно торчало помело, боковые прутики растопырились в стороны, придерживая плечи свадебного кошмара. И эта.. это пугало воспарило под потолок, зависло у люстры, покрутилось, размахивая рукавами.
— Ш-ш-ш? – спросила потрясенная Иза.
Она явно забыла, что я не гидра и вроде как понимать их язык мне не положено. Но я поняла.
— Нет, отбирать бесполезно.
Мы с сестрами еще в детстве выяснили, что метла Эн, как все дамы, любит наряжаться. И гоняться за ней в такой момент, пытаясь отобрать приглянувшуюся ей вещь, можно только с замораживающим или поджигающим заклинанием наперевес. Однако есть риск, что она вообще вылетит в окно и исчезнет надолго. Проще дать ей покрасоваться, потом вернет сама.
— Странная метла! – прошипела одна из голов гидры, Иза уменьшилась до компактных размеров.
И это мне говорит та, что таскает чужие вещи, а потом требует за них выкуп?
— У каждого свои недостатки, – парировала я, опуская сумку и закрывая шкаф.
Как следует отмокнув в ванне, я переоделась в просторную пижаму, села на кровать и немного порисовала на обратной стороне листов с детскими набросками. Никого нового изобразить не удалось. Выходили только те, с кем я уже была знакома: дракон, Иза, фея и.. пес. Кстати, где он?
— Ты не видела нашего огненного друга?
Иза высунулась из горы набросков в распахнутом чемодане, развела передними лапками.
— Ладно, найдется, – вздохнула я. – Защита его все равно из замка не выпустит.
Тут, как сказал Дамиан, все монстры домашние.
Иза открывала выстроенные вдоль одной из стен чемоданы и шуршала рисунками, вытаскивая те, что ей приглянулись. Луна светила через окно и стекло с ромашками. Камин сонно потрескивал.
Отложив наброски и перо, я обняла подушку. Покачиваясь на грани сна и яви, подумала, что крылатый незнакомец сегодня почему-то не нарисовался..
Когда я почти уснула, от двери донеслось перестукивание когтей, потом на кровать заглянул огненный пес. Понюхал руку и улегся на пол. Чуть позже, сквозь сон, я услышала вопросительное шипение, потом фырканье. Кажется, гидра о чем-то спрашивала, я пробурчала: «Угу». И окончательно отрубилась.
Проснулась от недовольного женского голоса:
— С каких пор прислуга спит на рабочем месте?!
Прислуга? В Скалистом?
Я плотнее обняла подушку, выныривать из уютной полудремы не хотелось. Даже если отряд неизвестно откуда взявшейся прислуги вповалку спит рядом с моей кроватью.
— Ты что молчишь?! – раздалось требовательное уже ближе. – Отвечай!
Снизу донеслось тихое рычание, его поддержало громкое шипение откуда-то сбоку.
— Что за зверинец?! – возмутился голос, снова отдалившийся от кровати.
И тут что-то громко хлопнуло, стукнуло.
— Платье?! – Голос зазвенел от злости.
А я поняла, что просыпаться все же придется.
Сев на кровати, с трудом разлепила глаза.
На меня, сжимая побелевшие кулаки, смотрела блондинка с семейного портрета Брайсов. И была она живее всех живых.
Руку матушки Дамиана обвивала прозрачная змейка. По крошечному тельцу пробегали серебристые всполохи, глазки-бусинки не мигая таращились на угнездившуюся в изножье кровати Изу, подросшую до размеров большой собаки. На полу возле кровати сидел собственно пес. Над ним парила метелка в свадебном платье. И довершала картину разноцветная веревка, натянутая через всю комнату от двери до ромашкового окна и увешанная моими детскими рисунками. Вот, значит, о чем спрашивала Иза.
— Что это? – Леди Брайс ткнула пальцем в метлу. – Почему на ней мое платье?!
— Это.. – Я сползла с кровати, пригладила волосы и тоже посмотрела на метлу. – Это.. Это вешалка!
— Вешалка?
— Да, ни одной складочки не будет!
А что еще скажешь? Странные у них в семье отношения с этим платьем. Дамиан его ненавидит. Леди Брайс готова в паркет зарыть за него. Зачем тогда оставила, брала бы с собой. Она ведь не живет в Скалистом.
Леди прищурилась, дотронулась до висящего на шее небольшого – с ноготь – прозрачного ромбовидного кристалла с двумя вкраплениями: алой и черной каплей. Брачный амулет.. Их выдавали в храмах после свадьбы молодым. Алая капля означала, что леди замужем. Черная – что она вдова. Для мужчин аналогично. Носить их нужно было обязательно, но открыто или под одеждой – каждый решал сам.
— Что за слет нечисти? И почему прислуга позволяет себе спать?! – требовательно процедила леди Брайс.
Тряхнув головой, чтобы окончательно проснуться, я терпеливо пояснила:
— У кровати огненный пес, на кровати гидра. Пес тут временно, пока не восстановит силы. Гидра постоянно живет в замке. Что касается прислуги.. Если я ее встречу, обязательно спрошу, почему она спит в вашем присутствии.
— Что?! – Вокруг пальцев леди Брайс вспыхнул настоящий фейерверк из искр.
Ой, кажется, одна сонная ведьма только что слегка вывела из себя другую, совсем не сонную. И жутко злую!
— А у вас тоже проблемы с магией? У меня есть отличная тетрадь с записями мачехи, дать вам почитать? – Дипломатия явно не мое, особенно рано утром, когда солнце только высунулось из-за горизонта и подсветило украшенную цветами стену. И побледневшее от ярости лицо леди Брайс. – А еще моя мачеха делает отличные успокоительные зелья. – Я осторожно попятилась к выходу.
— Да как ты смеешь?! – взвилась леди.
Дверь спальни распахнулась, и с матушкой Дамиана тут же произошла потрясающая метаморфоза: из разъяренной гарпии она превратилась в строгую даму без тени эмоций на лице. Конечно, леди не могут вопить и топать ногами! Интересно, кому я обязана спасением?
Я обернулась и замерла с открытым ртом.
Мама?
В моей памяти она осталась красивой мечтательной девушкой с вечно перепачканными краской руками. Ничего общего с русоволосой леди в дорогом синем платье. За исключением одной вещи: серебристый гребень со стеклянными каплями, сделанными под янтарь, все так же, как много лет назад, торчал в ее волосах. В глубине «камней» вспыхивали солнечные блики – крупицы магии, которую заключил в стекло мастер.
Похоже, матушка до сих пор считала гребешок талисманом удачи. Правда, сейчас он выглядел как вполне себе серебряный, с настоящим янтарем.. Может, другой?
Я присмотрелась внимательнее. Нет, тот же: один из «камней» был с едва заметным сколом.
На ее шее висел брачный амулет: алая капля, серая и еще одна алая. Брак, развод, брак. Похоже, моя мать снова замужем.