Страница 48 из 58
Но закончим с лирическим отступлением и вернемся к Чхоёну. Жизнь его была чудесна и легка, но неприятность подкралась оттуда, откуда не ждали. Жена Чхоёна была настолько хороша собой, что возжелал ее дух лихорадки. Обернувшись человеком, он соблазнил ее и разделил с ней ложе. Чхоён в тот день задержался на работе, поэтому пришел уже глубоко в ночи. Казалось бы, типичный сюжет семейных драм для канала «Россия 1» или криминала для «НТВ», но Чхоён не стал хлопать дверью или вспоминать, что он сын великого дракона, и бросаться с кулаками на обидчика. Вместо этого он, как достойный хваран, сложил песню, исполнил танец и отступил, глядя, как деформируется облик духа лихорадки.
Что же это была за песня? Волшебное заклинание, которое на первый взгляд выглядит как успешный заход на рэп-баттл.
В столице при ясной луне
До глубокой ночи гулял.
Вошел, взглянул на ложе,
Вижу — четыре ноги.
Две — мои,
Две — чьи же?
Изначально первые две были мои,
Однако ими завладел другой. Как быть?
[62]
[Перевод данного заклинания-хянга по: Троцевич А. Ф. История корейской традиционной литературы (до ХХ в.): учеб. пособие. СПб.: Изд-во СПбГУ, 2004. С. 26.]
Дух лихорадки в речитативе силен не был, поэтому развоплотился, раскланялся и удалился. Более того, пообещал, что если где-то еще увидит Чхоёна, то и близко туда не подойдет. Поэтому с древних времен корейцы прикрепляли к дверям, особенно под Новый год, изображения Чхоёна. Чхоён также стал одним из шаманских духов, который защищает людей от бед и болезней. Танец Чхоёна называется чхоёнму и в 2009 году был включен в Список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО в Республике Корея. Согласно описанию, он относится к «придворным танцам и является единственным танцем среди придворных, исполнение которого происходит в образе человека». Также танец называют обан чхоёнму — «танец Чхоёна по пяти направлениям». Лайфхак, как его узнать: если на сцене пять человек, каждый одет в одежду черного, красного, желтого, зеленого или синего цвета, а на голове у них странные конструкции (маски с темным лицом и массивные шапки) — перед вами чхоёнму. А образ Чхоёна — темнокожего, с крупным мясистым носом, кустистыми бровями и усами — часто встречается в сувенирных лавках.
Некоторые исследователи предполагают, что Чхоён — неизвестный араб-врачеватель, который благодаря Великому шелковому пути оказался в Силла и помог кому-то из королевских придворных. Это объяснило бы и его внешность, и популярность в Древней Корее. Но как же интересно представлять, что в Корее на службе был настоящий сын дракона Восточного моря!
Танец чхоёнму.
National Folk Museum of Korea
Так что там с драконами? В конфуцианской культуре экзаменов и чиновничьей карьеры дракон становится символом удачного экзамена, продвижения и большой удачи: появление дракона во сне могло считаться знаком грядущего возвышения. Есть даже выражение «подняться через драконьи врата»
(тын-ёнмун)
. Так могут говорить о человеке из низов, скромного происхождения, который поднялся по карьерной лестнице. Могут говорить о том, кто прошел через трудности и с ними справился. Хотя в оригинальной истории главный герой — карп, который поднимается против течения и превращается в дракона. Драконов мы легко можем найти в королевском дворце: на одежде монарха, в названии символов власти.
Если говорить о драконах, то надо обязательно сказать, что они бывают разного цвета. И ранее мы уже встречали зеленого или синего дракона — одного из четырех духов-хранителей, который защищает восточную сторону. Но не все драконы одинаково справедливы и добры. В корейской мифологии представлены и драконы-разрушители. Они обычно черного цвета.
А еще есть имуги — это промежуточный этап между змеей и драконом. Обычно его описывают как гигантскую водную змею, которая живет в реках, озерах или морях и никак не станет драконом. Сразу напрашивается ассоциация с подростком, который вроде уже не ребенок, но еще и не взрослый. Ассоциация возможна, но не совсем правильна. Дело не столько в возрасте, сколько во внутренней готовности перейти на другой уровень. Впрочем, и у людей тоже так бывает.
Существует много разных историй об имуги, но их все объединяет одно — испытание. Имуги должен прожить тысячу или тысячи лет, прежде чем станет драконом. Он должен жить в аскезе, не поедать других существ и не нападать на них, иногда должен добыть какую-то ценность — жемчуг или иной небесный знак. Развитию имуги может способствовать и помощник, часто человек. Лишь когда имуги успешно завершает испытание и начинает понимать свою суть, сильные и слабые стороны, он становится драконом. Поэтому имуги — это символ становления, порога, поиска себя.
Тигры
Говорить о корейских тиграх почти так же тяжело, как о драконах. Пожалуй, можно был бы написать книгу только о них двоих! Или, вернее, о том многообразии драконов и тигров, которые существуют в корейской мифологии и народных сказаниях и легендах. Учитывая, что тигры на Корейском полуострове аж в ХХ веке свободно могли заходить в столицу, множество историй о них кажется естественным. Как и то, какие разные роли в этих историях они могут играть.
В корейской культуре тигр одновременно и страшный, и смешной: он может играть роль защитника и властителя, но может быть подвержен совершенно человеческим порокам. Тигр разный, и через отношение к нему можно оценить, как сами корейцы в Средневековье смотрели на природу, на власть, на свои страхи, успехи и неудачи.
Ранее мы говорили о рождении Тангуна — полубожества и получеловека, матерью которого была превращенная в женщину медведица. А ведь матерью Тангуна могла быть и тигрица! Более того, если мы спросим любого человека на улице, каким животным потенциально могла быть мать первого корейского легендарного правителя, большинство уверенно скажет, что тигрицей. Но нет. Тигрица не выдерживает испытание и убегает. Остается зверем. И в одном документальном корейском видео о гробницах Когурё исследователи даже заявляют, что именно на эту тигрицу ведется нарисованная охота на одной из стен. Учитывая, что охотятся люди на лошадях и с луками, а в мифологический период до Тангуна и людей-то не было, звучит сомнительно, но предупреждать вас на страницах этой книги о таких увлекательных историях я считаю еще одной своей задачей.