Страница 31 из 58
Глава 4. Политические мифы Чосона (1392–1897)
Дождь. Прежде была долгая засуха. Как [Тхэджо] взошел на престол, [начались] проливные дожди. Сердца людей [полны] большой радостью.
Истинные записи правящего дома Чосон, 1392 год
Основатель династии — Ли Сонге
Одним из моих любимых вопросов на наблюдательность, которые я задаю студентам, является вопрос о датах существования королевства Чосон.
Почему это вопрос «со звездочкой»? Потому что в российском корееведении мы указываем период с 1392 года по 1897 год. А в западном корееведении и порой в ряде корейских исторических книг это период с 1392 года по 1910 год. Удивительная математика, верно? На самом деле объяснение простое: королевство Чосон существовало с 1392 по 1897 год, а вот правила им династия Ли, и представитель ее Ли Мёнбок (1852–1919), известный нам как Коджон, провозгласил себя императором в 1897 году. Королевство Чосон стало империей Тэхан чегук, которую иногда переводят как империя Великая хан. С 1864 по 1897 год Коджон правил как король, а с 1897 по 1907 год — как император. В 1907 году Коджон отрекся от престола в пользу своего сына Сунджона (Ли Чхок, 1874–1926). Тот правил в период 1907 по 1910 год, пока империя Тэхан чегук не стала колонией Японской империи. Поэтому получаются две даты: 1392–1897 годы — это существование королевства Чосон, а 1392–1910 годы — это правление династии Ли.
Другой вопрос: а кто был первым королем Чосона? Конечно, если вы смотрели корейские фильмы или читали исторические книги, то вы сразу назовете Тхэджо (Ли Сонге, 1335–1408, правил 1392–1398). Так как же быть с ним? Он все-таки Тхэджо или Ли Сонге?
Король Тхэджо Ли Сонге.
Jo Jung-muk, Pak Gijun, Baek Eunbae, Yu Suk. King Taejo Yi 02.jpg / Портрет Тхэджо, короля Чосона. 1872. Источник изображения: Gyeonggijeon Shrine, Jeonju / Wikimedia Commons
Как и Ван Гону, Ли Сонге было присвоено храмовое имя Тхэджо — Великий Предок. А Ли Сонге — его настоящее «взрослое имя», под которым его знали друзья и семья. И так как Ли Сонге был основателем государства, то ему и его потомкам требовалась достойная легитимация. В этой главе мы поговорим о мифах, связанных с Ли Сонге, и о загадочном Чоне, который веками был призрачной угрозой для клана Ли. Но для начала разберемся с реальной исторической ситуацией.
Приход Ли Сонге к власти
История правления династии Ли начинается с семнадцатого числа седьмого лунного месяца 1392 года, когда Ли Сонге был коронован и взошел на трон во дворце Сучхангун. На тот момент ему было уже пятьдесят шесть лет и у него было две жены и наложницы, от которых родились восемь сыновей и как минимум шесть дочерей. Но завидовать ему трудно: еще при жизни Ли Сонге стал свидетелем борьбы за власть между своими сыновьями. В историю эти события вошли как «война принцев» — в 1398 и 1400 годах. Правда, во многом в кровопролитии виноват сам Ли Сонге: передавать трон самому младшему сыну от второй жены, оставляя за бортом старших взрослых сыновей от первой жены, у которых уже есть и свои семьи, и дети, — это, мягко говоря, весьма недальновидно. Таким же странным выглядит решение сохранить у каждого из принцев личную армию. Иными словами, Ли Сонге тот еще фанат голодных игр, где остаться должен только сильнейший.
Сразу после того, как в 1398 году Ли Сонге во всеуслышание объявил, что следующим наследником будет восьмой сын, его пятый сын, Ли Банвон, убил восьмого и седьмого сыновей Ли Сонге — оба были от второй жены (и, возможно, более любимой). В корейских фильмах и сериалах обычно объясняют, что Ли Банвоном двигала алчность, но, скорее всего, не только: передача власти младшим детям, не подходящим по возрасту для правления страной, предполагала наличие регента, и это место хотел заполучить чиновник-конфуцианец Чон Доджон (1342–1398). По договоренности с Ли Сонге, Чон Доджон хотел построить в Чосоне ограниченную монархию с сильной властью советников-конфуцианцев. Ли Банвон же считал, что настало время монархии абсолютной с сильным властным королем. Их интересы столкнулись, и все закончилось массовой резней во дворце. (Чон Доджон нам еще пригодится, запомним его.)
После гибели своих младших детей Ли Сонге отрекся от престола в пользу своего второго сына Ли Бангва (Чонджон, 1367–1422, правил 1398–1400). В 1400 году, после неудачного заговора против Ли Банвона, Чонджон также отрекся от престола, и Ли Банвон, пятый сын Ли Сонге, стал новым правителем Чосона. Его посмертное имя — Тхэджон (1367–1422, правил 1400–1418). Если мы хотим сухие факты, то вот они: в результате «войны принцев» два младших сына Ли Сонге (седьмой и восьмой) были убиты, два других сына (второй и четвертый) — сосланы, а братоубийца — пятый сын Ли Сонге — в 1400 году занял трон, и все последующие правители — его потомки.
Отношения между Ли Сонге и Ли Банвоном, его пятым сыном, были хуже некуда. И это в стране, где неоконфуцианство в почете и не быть хёджа, почтительным сыном, почти преступление!
Кстати, если вы слышали о том, что один из чосонских правителей упал с лошади и велел летописцам это не записывать под угрозой смерти, а те, наоборот, записали и эпичное падение, и желание скрыть правду, то это тот самый Ли Банвон. Несмотря на ряд неплохих в целом законов — например, о создании аналога паспорта, деревянной таблички хопхэ, — Ли Банвон из-за «войны принцев» представлен в истории как человек жестокий, алчный и властный. Хотя эпизоды его споров с Ли Сонге вполне могут составить сокровищницу средневекового троллинга.
Например, когда Ли Банвон пришел к власти, Ли Сонге уехал из столицы в знак протеста. Всех направленных к нему послов он велел казнить и смилостивился, только когда Ли Банвон отправил к нему старого друга. Ли Сонге его тоже казнил, но все же к сыну вернулся.
Вернулся и сказал, что пусть хотя бы после смерти Ли Банвон похоронит его в родной земле. Хотел Ли Сонге быть как можно дальше от дворца и всего того, что там случилось. Ли Банвон пообещал и обещание выполнил: но оказалось куда проще привести в столицу землю, чем вывести к северной границе труп почившего основателя государства. А если Ли Сонге против — то это уже его личное загробное дело.
Вряд ли может быть более драматичный приход к власти, чем убийство кровных родственников. Хотя в этой истории, помимо Ли Сонге и погибших принцев, есть еще один страдалец — Чонджон, второй правитель Чосона. Его два года у власти были настолько среднестатистическими, что даже приз «За лучшую роль второго плана» давать не за что. Поэтому несем гармонию и порядок, не забываем о Чонджоне между Тхэджо и Тхэджоном!