Страница 29 из 51
- В ее заведении останавливается половина знатных семей, когда приезжает в столицу! Если она станет подавать ваш напиток…
- Значит, нам понадобится значительно больше цикория.
Лина посмотрела на почти опустевший мешок.
- Нам в любом случае понадобится больше.
К вечеру от приготовленного запаса осталось совсем немного. Булочки закончились еще раньше, а Агата успела трижды сбегать в свою пекарню и принести новые подносы.
Марина закрыла дверь, перевернула табличку и с облегчением оперлась о прилавок. Ноги гудели, поясница ныла, но перед ней лежала первая выручка.
Деньги, заработанные ее собственным трудом.
- Не так уж много, - заметила Лина, пересчитав монеты.
- Для первого дня - достаточно.
- На ремонт крыши все равно не хватит.
- Зато хватит заплатить Агате, рабочим и заказать новую партию упаковочной бумаги. А завтра мы заработаем больше.
В дверь постучали.
Марина насторожилась, но за стеклом показался Эдмунд. За ним стояли двое охранников, один из которых держал под мышкой тяжелый архивный том.
- Мы закрыты, - сказала Марина, впуская инспектора. - Но для представителя канцелярии могу сделать исключение.
Эдмунд оглядел пустые подносы, чашки и почти опустевшие мешки.
- Полагаю, открытие прошло успешно.
- Мы продали почти все.
- Впечатляет.
- Счет за ремонт крыши впечатляет меня намного больше.
Марина заметила архивный том.
- Вы вернули грамоту?
Улыбка исчезла с лица Эдмунда.
- Вернул. По официальному требованию палаты Корнелиус передал книгу судебному посыльному.
Охранник положил том на прилавок. Книга была огромной, в темном кожаном переплете с позолоченными металлическими уголками.
- Но есть проблема, - продолжил Эдмунд.
Он раскрыл книгу ближе к середине.
Между двумя пронумерованными страницами виднелся неровный обрывок пергамента шириной в палец. Лист вырезали почти у самого корешка.
- Нужная страница исчезла, - сказала Марина.
- Да. Корнелиус утверждает, что она отсутствовала уже в тот момент, когда он получил том.
- А архив?
- Хранитель настаивает, что перед выдачей все страницы находились на месте. Но лично он книгу не проверял. Это сделал младший помощник.
Марина осторожно провела пальцем возле обрезанного края.
- Значит, завтра в палате будет слово Корнелиуса против слова архивного помощника.
- И неполная копия грамоты, приложенная к прошению.
- Та самая, где пропущен четвертый пункт.
Эдмунд кивнул.
- Без полного текста нам будет сложно доказать, что пропущенная часть имела значение для дела.
Марина перевернула следующую страницу. На ней начиналась другая грамота, не имевшая отношения к Вейнам. Она уже собиралась закрыть книгу, когда заметила на пергаменте едва различимые вдавленные линии.
- Подождите.
Она придвинула подсвечник и поставила его сбоку, почти вплотную к столу. Косой свет лег на страницу, подчеркивая малейшие неровности.
- Что вы увидели? - спросил Эдмунд.
- Следы пера. Тот, кто писал на вырезанной странице, сильно нажимал. Нижний лист сохранил отпечаток.
Марина повернула подсвечник. Тени стали четче.
На поверхности пергамента проступили отдельные буквы.
Эдмунд наклонился над книгой.
- Разобрать почти невозможно.
- Чернила не нужны. Нужен мелкий угольный порошок и очень мягкая ткань.
- Вы уверены, что не повредите документ?
- Нет. Поэтому позовем архивного мага и сделаем все при свидетелях.
Она еще ниже склонилась над страницей, стараясь прочесть проступившие в боковом свете слова.
Сначала ей удалось различить лишь обрывки:
«…не глава рода…»
Ниже:
«…признанный землей…»
И в самом конце строки:
«…вправе возвратить короне…»
Марина медленно выпрямилась.
- Вот зачем Корнелиус вырезал страницу.
Эдмунд смотрел на отпечатки, и лицо его становилось все мрачнее.
- Если мы правильно прочитали текст, грамота называет хранителем не главу рода.
- А законного владельца магического хранилища, где хранится артефакт, - закончила Марина. - Того, кого признала земля.
Она подняла руку с фамильным кольцом. В отблеске свечей по металлу пробежало слабое золотистое сияние.