Страница 84 из 91
Уже во времена Андропова Смирнов стал понемногу стал взаимодействовать с Горбачёвым. Пока понемногу, так как Андропов, по какой-то неясной причине очень не любил, его Смирнова. Во времена Черненко это взаимодействие только возросло, Смирнов почуяв в Михаиле Сергеевиче, родственную душу стал понемногу подбрасывать ту или иную идейку. В общем к моменту смерти Черненко, они находились в уже в достаточно тесном идейном и идеологическом взаимодействии. С марта 1985 года это взаимодействие только усилилось. Смирнов быстро сколотил целую группу, как говорят на западе «спичрайтеров» которые готовили для Горбачёва его речи и выступления (тем более, что поговорить новый Генеральный Секретарь любил. Это скоро почувствовала и узнала вся страна.) Росло и его влияние и власть. Скоро он стал заведующим отделом, затем на очередном съезде секретарём ЦК, а через год его избрали членом Политбюро. Александр Никанорович добрался до самых вершин власти, став если не вторым, то третьим человеком в стране и партии. В то время они виделись и беседовали с Горбачёвым почти каждый день. Смирнов научил, как выставить реакционером дурака Егорку Лигачёва, который по мнению Михаила Сергеевича набрал слишком много полномочий, как отобрать у него часть этих полномочий и вообще как уменьшить влияние Секретариата ЦК, подговорил выставить из Политбюро всех этих старперов типа Громыко, которые только небо коптили и так далее. Примерно до 1989 года их отношения были просто прекрасными.
Потом всё потихоньку начало меняться. Горбачёв начал метаться, опасаться слишком быстрого темпа перемен, обстановка в стране и партии стремительно ухудшалась и уже трудно было делать вид, «что всё нормально», а главное появилась и стала оказывать влияние зловещая фигура Пуго. Кроме того, Горбачёва выводил из себя Ельцин с его пируэтами. Борис Николаевич явно собирался вернутся в большую политику, наплевав на все запреты Генерального Секретаря. Особенно взбесила Горбачёва поездка Ельцина в США и интервью которые он раздавал там направо и налево. А Смирнов видел кадры с Ельциным посещающим американский супермаркет и узнавал себя. Вот так точно ровно тридцать лет назад попав впервые в американский магазин он был потрясён тем изобилием, которое увидел на его полках. И никто больше, после этого уже не мог больше убедить его в каких-то там преимуществах социализма. Никто и никогда. Хотя он по должности долго и нудно затем пропагандировал социализм и социалистический образ жизни, делал он это с внутренней ухмылкой. Мол плавали, знаем. Видели и этот социализм и этот капитализм. И свой выбор уже однозначно сделали.
Между тем на улице уже совсем стемнело. Александр Никанорович задрал голову вверх и засмотрелся на первые яркие августовские звёзды. От созерцания небесных красот его отвлёк раздавшийся шорох. Он недовольно посмотрел в сторону и увидел подходящего к беседке человека в чёрном костюме. Человек подошёл вплотную, ловким движением извлёк из кармана пиджака красную книжечку и представился:
- Полковник Ярцев. Комитет Государственной Безопасности. У меня на руках имеются постановления о проведение обыска и об аресте Смирнова Александра Никаноровича по подозрению в совершении преступления предусмотренного статьей шестьдесят четыре Уголовного кодекса РСФСР, Измена Родине. Оба постановления подписаны Генеральным прокурором.