Закон «белых мелочей»

Глава 11

Книги служат человеку, я в этом уверена, это схоже с профессиями людей. Есть книги, которые лечат душу, есть те, что спасают от проливных ливней и пожаров судьбы, многие книги учат не только алгебре, но и жизни, а есть те, что развлекают, давая отдохнуть и душе, и мыслям. Все так называемые «профессии» почетны и нужны человеку. Мои книги помогают людям отдыхать, и я горжусь этим. Однажды один сценарист сказал мне: «Заставить человека плакать легко, самый простой способ в своем сценарии — убить ребенка, а вот сделать так, чтоб человек засмеялся, очень трудно».

О писательстве

— Я по первому образованию медик, — сказала Даяна, когда они все прошли в столовую.

— Так, стоп, — сказал Матвей. — Мне пофигу, кто вы! У нас в соседней комнате два трупа, а мы будем с вами тут беседы о профессиях вести?! Сейчас же возвращайте нам телефоны, открывайте двери и вызывайте полицию.

Пока он кричал, размахивая руками перед Даяной, Эрик, стоявший рядом с Юлием, тихо сказал:

— Убийцей мог быть наш шпион, и информация, которую он хотел получить, теперь, видимо, у него. Иначе убийство не имеет смысла.

— Зачем было убивать? И тебе не кажется странным сочетание жертв? Хамоватый хозяин жизни и менеджер средней величины. Странно все это, — так же тихо ответил ему Юлий.

Беляш тем временем разошелся не на шутку, требуя открыть дверь.

— У меня нет пока ответов на твои вопросы, но если я прав, — продолжил Эрик, — на эту роль очень подходит Матвей. Уж очень он хочет отсюда выйти и, возможно, вынести информацию.

— Ну так-то тут трупы, — услышали они голос за спиной. Это была Алька. — Я вот, в принципе, тоже не против отсюда выйти и готова Матвейку поддержать. Хотя человек он так себе однозначно. С утра сегодня уже ходила убирать комнаты, начала с этого засранца, так у него там пустых бутылок как на спиртзаводе. Я их даже трогать не стала.

— Тебе идет, — сказал Юлий, оценив ее наряд, состоящий из черного платья на пуговицах под горло и белого передника. Алькины красные волосы были заплетены в косу, и это все очень контрастировало с ее обычным видом. Несмотря на возраст, тридцать лет, она любила ярко одеваться, носила короткие юбки, фигура позволяла, и закручивала свои насыщенно-красные волосы чуть ниже плеч в крупные локоны.

— Еще слово, и трупов будет три, — пригрозила Алька Юлию, и он, поверив ей, замолчал. — Мне вот больше всех, не считая, конечно, долбанутую во всех отношениях хозяйку, очень странно поведение Агнессы.

— Ты уже всех знаешь? — удивился Эрик, понимая, что Матвея пора останавливать. Он уже подключил и остальных, и теперь дружный хор стоял и орал на Даяну. Не вступила в конфликт только их группа засланных казачков: Эрик, Юлий, Зоя Саввична и Алька. Хотя не только они, молчал еще повар Галилей. Он, казалось, ушел куда-то в себя и не слышал этого гвалта.

— Ваш полковник мне всю дорогу фотографии показывал и заставлял всех запоминать, — сказала Алька таким тоном, что сразу стало понятно, что с полковником они померились характерами.

— Так в чем Агнесса тебе не понравилась? — спросил Эрик.

— Так вы посмотрите на ее лицо, — сказала Алька. — Она не скрывает радости.

Эрик взглянул на Агнессу. Конечно, внешне женщина не выдавала вселенской радости, как это преподнесла Алька, но вот блуждающая улыбка нет-нет да возникала на ее лице, даже тогда, когда она требовала: «Срочно откройте дверь!»

— Нам лучше пока быть на стороне Даяны, — сказал Эрик своим друзьям. — Пока мы здесь, тайна тоже здесь.

— Согласен, — кивнул Юлий, хотя было видно, ему, как и Альке, эта идея не по душе.

— Дверь вы откроете только через мой труп, — ответила Даяна громко, стараясь перебить своих обидчиков. И пусть ее голос прозвучал не настолько сильно, чтоб заглушить других, но сказано было с таким нажимом, что все дружно замолчали.

— Давайте все успокоимся, — вступил в спор Эрик, выйдя на середину столовой. — От того, что мы сейчас орем, ближе к решению не становимся, так? Может быть, этого времени уже хватило бы, чтоб выслушать Даяну Николаевну и принять решение. Возьмите себя в руки, в конце концов.

— Ты кто такой, чтоб тут командовать? — Матвей Беляш подскочил к Эрику и хотел его ударить, но тот очень ловко заломил нападавшему руку и уложил его на лопатки.

— Как говорила моя тетя Песя, — сказала Зоя Саввична, вздохнув, — если ты идешь на слона, удостоверься, что он болен, а если замахиваешься на кошку, убедись, что она не рысь. Вы всех утомили, Матвей Беляш. Кстати, Галилей, — обратилась она к задумчивому повару, — очень хочется беляшей, давайте как-нибудь пожарим. Знаете, таких, жирных, как в детстве в гастрономе продавались.

— Вы с ума сошли! — воскликнула Тамара, глядя на нее с возмущением. — У нас убитые люди в соседней комнате, мы заперты, мужики с ума сходят, а вы о беляшах?!

— Ну так что теперь, не есть? — удивилась Зоя Саввична, глазами показывая Эрику на реакцию Галилея. Никакой реакции на слова о беляшах не последовало. Видимо, она тоже, как и Эрик, заметила состояние повара и решила его проверить вопросом.

— Жесть, — только и вымолвила Тамара и, сложив руки на груди, произнесла: — Я согласна с Единичкой, нам нужно выслушать Даяну Николаевну. Давайте теперь все делать по голосованию, кто «за»?

Все, кроме по-прежнему лежащего на полу Матвея, подняли руки.

— Будем считать, Беляш против и в одиночестве, — подвела итог Зоя Саввична. — Давайте, Даяна, начинайте.

— У вас не было другого выхода, — хмыкнула зло хозяйка. — Ваше голосование профанация. Мне нечего терять, и дверь я вам не открою.

— Не умничай, — грубо прикрикнула на нее Агнесса. — Просто говори, и все. Надоела.

Даяна сделала глубокий вдох, видимо, чтоб не сорваться и не начать спорить с группой.

— Я по первому образованию врач, — повторила Даяна. — И я очень рано узнала, что не могу иметь детей. Это стало моей страшной тайной. Когда я встретила Рената, то не сказала ему об этом, нет, не соврала, просто не сказала. Ну как же, такая перспективная партия, я не могла его потерять. Все детство и юность проведя в нищете, воспитываемая бабушкой, музейным работником, я до боли в животе хотела красиво жить. Если бы я только знала, что это не приносит счастья. Вы знаете, бедные люди обычно усмехаются при выражении «не в деньгах счастье», и добавляют: «а в их количестве». Но понять это можно, только став богатым. Достаток, он вообще не про счастье. Он может быть про комфорт, удобство, но не более.