Рассвет над Эдемом

Кай не сказав больше ни слова, повернулся и зашагал дальше. Теперь она шла за ним уже совсем по-другому, притихшая, съежившаяся, но неотступно следующая по его следам. Так они подошли к одной из высоток. Он зашев внутрь начал методично обшаривать этажи, выходя на площадки, где росла зелень. Пока ему встречались лишь искусственные пальмы в кадках и хилые сады на балконах. Кай поднял голову на последний этаж, если здесь не будет искомого, придется повторить поиски с другим домом. Черт он так не успеет, еще и эта Третья привязалась, взгляд то и дело поворачивался на хрупкую фигурку, по мимо воли фиксируя, чтобы та не встряла в беду.

На последнем этаже скрытая за широкой беседкой, увитой искусственной лозой, росла невысокая, но пышная яблоня. На ее ветках висели несколько идеальных, наливных плодов с алыми боками, словно сошедших с рекламного голо-ролика.

— Я нашла! — крик Элли был полон неподдельного, детского восторга.

Кай в этот момент обходил площадку у забора, и до него долетел ее счастливый возглас. Он ускорил шаг. Глаза Элли горели, триумфом, она видела в этом яблоке не просто плод, а символ. Тот самый Эдем, который ей обещали.

Камера дрона приблизилась к ее лицу, готовясь запечатлеть момент. Она протянула руку, и дрожащими пальцами от нетерпения сорвала яблоко. Поднесла его к лицу, вдыхая сладкий аромат с кислинкой, и медленно поднесла ко рту, готовая вонзить зубы в мякоть.

В этот момент чья-то рука с силой выбила яблоко из ее пальцев. Оно с глухим стуком покатилось по идеально стриженному газону.

Элли с недоумением, переходящим в ярость, обернулась. Перед ней стоял Девятый. Его лицо было искажено не гневом, а каким-то странным, холодным напряжением.

— Ты… что ты делаешь⁈ — выдохнула она.

— Не прикасайся к ним, — его голос был низким и жестким.

— Почему? Боишься, что я выиграю это «преимущество» вместо тебя?

— Ты дура? Говорю, не прикасайся!

— Да кто ты такой, чтобы мне указывать⁈ — взвизгнула Элли и, наклонившись, схватила яблоко с земли.

Снова молниеносный удар ребром ладони и яблоко снова вылетело у нее из рук. Чаша ее терпения переполнилась. Вся накопившаяся злость, страх и унижение вырвались наружу. С рычанием она набросилась на него, молотя кулаками по его груди.

— Верни! Это мой шанс!

Он не сопротивлялся, принимая ее беспомощные удары. А потом его руки сработали с пугающей скоростью. Резкий захват, молниеносный переворот, и вот она уже прижата спиной к его груди, ее руки зафиксированы одной его рукой, а вторая грубо взяла ее за подбородок, заставив смотреть на яблоко, лежащее в шаге от них.

— А теперь смотри, — его губы почти коснулись ее уха, а рука сжала чуть сильнее подбородок, заставляя смотреть на яблоко, лежащее в траве.

— Но это… обычное яблоко! — всхлипнула она, пытаясь вырваться.

— Нет. Смотри.

И в этот момент яблоко на асфальте дрогнуло. Раздался тихий щелчок, и из его идеальной кожицы с шипением выскочили тонкие, стальные шипы длиной в палец. Они впились в асфальт, и яблоко на мгновение замерло, похожее на адский металлический плод.

Кай разжал хватку. Эллиана бессильно опустилась на колени, не в силах отвести взгляд от жуткого зрелища. Ее разум отказывался верить. Если бы она попыталась вкусить… эти шипы вонзились бы ей в небо, в язык, в гортань… Медленная, мучительная смерть… на потеху зрителям.

Элли сидела на холодном гравии, глядя, как шипы медленно убираются обратно в плод, превращая его снова в идеальное, румяное яблоко. Дрон с камерой плавно опустился перед ней, его объектив бездушно фиксировал каждую слезу, каждую порцию отчаяния на ее лице.

Голос из динамика дрона прозвучал на удивление мягко и почти ласково:

— Какая жалость, Третья. Ты была так близка к своей мечте. Но не расстраивайся, впереди тебя ждет еще столько… интересного.

Глава 8

Взгляд Элли, затуманенный слезами, упал на спину Девятого. Он стоял в нескольких шагах, отвернувшись, будто давая ей время прийти в себя. Собрав последние силы, Элли с трудом поднялась на ноги, которые подкашивались, но она сделала шаг, затем другой. Затем молча встала позади Девятого, как тень.

Кай почувствовал ее присутствие за спиной. Он обернулся и его взгляд скользнул по ее заплаканному, испачканному лицу.

— Отошла?

Элли лишь кивнула, сглотнув ком в горле.

— Если уж прицепилась, пошли. Нужно проверить другие места, — и Кай развернувшись, зашагал прочь, не оглядываясь, но и не отгоняя ее.

— Держи! — и он протянул Элли половинку питательного батончика.

— Ты где взял?

— Ешь, а не вопросы задавай.

Элли осторожно взяла еду, благодарно кивнув. Шла, машинально пережевывая паек, который не имел вкуса, но давал силы. Вторая высотка оказалась такой же стерильной и пустынной. Они методично обыскивали этаж за этажом этой огромной оранжереи, но яблони не было. Солнце за окнами клонилось к закату, окрашивая безупречный квартал в багровые тона. Напряжение росло с каждой минутой.

И вдруг по всему кварталу, из невидимых динамиков, раздался тот самый бархатный, язвительный голос.

— Внимание, участники! Время вышло. Задание «Райский плод» провалено всеми. Один был близок, но он не поддался соблазну. Но, к сожалению одно слабое звено… отсеялось. Номер Четырнадцать. Увы, она не смогла справиться. Теперь вас одинадцать.

«Не справилась»… Элли с ужасом представляла, что это могло означать. Если бы не Девятый, она бы тоже не справилась.

— Но не грустите! — голос внезапно воспрял. — Ведь с этого момента начинаются самые интересное! Все это было лишь… разминкой. А теперь — приготовьтесь.

Голос приказал всем собраться на центральной площади квартала, место укажет световой столб. Когда они пришли, то увидели посреди площади стол, на котором лежало оружие. Самое разное: от мощных дробовиков и автоматов до простых ножей и дубинок.

— Выбирайте, — раздалась команда.

Началась давка. Люди с рыком вырывали друг у друга стволы. Кай, не участвуя в давке, подождал и быстрым движением подобрал с земли то, что отшвырнули другие — короткий тактический нож с зазубренной гардой. Сталь холодно блеснула в закатном свете. Элли, оттесненная, в отчаянии схватила единственное, до чего дотянулась — жалкий складной ножик, похожий на игрушечный. В ее глазах вспыхнули слезы унижения, но она сглотнула их, и сунула нож в карман. Насмешка. Последнее напоминание о ее месте здесь.