Страница 53 из 112
— Ко мне обратилась Киара, дочь начальника плантаций, — начала она, четко выговаривая каждое слово. — Она выразила беспокойство, основанное на... на ощущениях. Я не специалист по гидравлике, но я решила проверить. Провела независимое моделирование, заложив в него все открытые данные, включая архивные отчеты о фоновой сейсмической активности. Модель показала вероятность катастрофического отказа в центральном коллекторе из-за резонансных колебаний. Я пыталась предупредить инженера Вербета, но... — она запнулась, не решаясь прямо обвинить его.
— Но вас не стали слушать, — закончил за нее Савентин. Его низкий, спокойный голос прозвучал как приговор.
Агес молча кивнула.
— И вы принесли свои выводы моему сыну, — продолжил вождь, и его взгляд скользнул в сторону Нами, который все так же неподвижно стоял у балки.
— Да, — прошептала Агес.
— Моделирование, которое вы провели... на каком оборудовании? — спросила старейшина, прищурившись.
— На общедоступном терминале в главной библиотеке. Использовала стандартное ПО для динамического анализа конструкций.
Старейшина обменялась многозначительным взглядом с Савентином. Использовать рядовой софт для опровержения расчетов главного гидроинженера... это звучало как наглое хвастовство. Или как свидетельство гениальной интуиции.
В этот момент один из инженеров, изучавших коллектор, выпрямился и подошел к Савентину.
— Нах Илдарин, предварительное заключение, — его голос был напряженным. — Трещина идет по сварному шву. Материал в зоне микрорезонанса проявляет признаки усталости, не предусмотренные проектом. Систему необходимо немедленно остановить для полной диагностики. И... — он тяжело сглотнул, — необходимо проверить все основные узлы. Если расчеты младшего инженера верны, это не единственное слабое место.
Воздух сгустился, стал тяжелым и звенящим. Слова инженера стали окончательным подтверждением. Агес была права. Агекс была права, а признанный специалист — ошибся.
Савентин медленно повернулся к Вербету. Его лицо не выражало гнева, лишь глубокую, усталую грусть.
— Инженер Вербет. Ваши действия?
Вербет поднял голову. Его лицо было пепельно-серым.
— Я... я допускаю ошибку в расчетах на усталость материала, — его голос был хриплым и надломленным. — Я не учел... я был слишком уверен... — Он не смог договорить, снова опустив взгляд.
— Не учел! Слишком уверен! Скажи девчонке спасибо! За то, что просто лешишься места, а не жизни! - пробурчал нах Илларин.
Больше никто не смотрел на Агес с недоверием. Теперь взгляды, устремленные на нее, были иными — оценивающими, уважительными, а в глазах некоторых старейшин — с неприкрытым интересом. Она, чужачка, ученица, сумела разглядеть то, что пропустили свои.
Но единственный взгляд, который ей был важен, по-прежнему был устремлен на коллектор. Нами не смотрел на нее. Он не смотрел на Вербета. Он смотрел на трещину, из которой сочилась влага, угрожающая его дому. И в его профиле, резком и отстраненном, Агес с горечью читала конец той тихой, теплой дружбы, что зародилась в ночной пустыне. Она спасла город, но ценой этого, казалось, стало его молчаливое осуждение.
«Он никогда не простит мне этого», — пронеслось в ее голове. Но, стиснув зубы, она подняла подбородок. Сейчас нужно было думать не о его прощении, а о том, как остановить надвигающуюся катастрофу. Все остальное могло и подождать.
Воздух, и без того напряженный, внезапно задрожал. Сначала это был низкий, едва уловимый гул, идущий откуда-то из самых недр скалы. Он нарастал с каждой секундой, превращаясь в оглушительный рев, словно где-то глубоко под ними пробудился и завыл от ярости гигантский исполин. Стеклянные панели гидропонных установок задрожали, зазвенев тонким, тревожным хором.
И тут же, разрезая этот грохот, по всему куполу, по всему ярусу, по всему Орделу пронесся пронзительный, неумолимый вой сирены. Он впивался в сознание, леденил душу.
В тот же миг в сознании Агес, как и, должно быть, в сознании каждого жителя города, прозвучал бесстрастный, но теперь звучащий как похоронный колокол, голос «Хранителя»:
«ВНИМАНИЕ. КОД КРАСНЫЙ. АВАРИЙНАЯ СИТУАЦИЯ. В СЕКТОРЕ 7-ГАММА НИЖНИХ ОТСЕКОВ ЗАФИКСИРОВАНА МАСШТАБНАЯ ПРОБОИНА. НАЧАТО ЗАТОПЛЕНИЕ. ВСЕМ НЕЗАМЕДЛИТЕЛЬНО ПОДНЯТЬСЯ НА ВЕРХНИЕ ЯРУСЫ. ПОВТОРЯЮ. КОД КРАСНЫЙ...»
Сектор 7-Гамма. Это было то самое место. То самое место с центральным компьютером, где отключалась система.