Код Ордела

Рядом с аркой, встроенная в каменные плиты, лежала знакомая матовая пластина антигравитационной платформы. Она вспомнила, как в первый день, рассекала на ней улицы Ордела, вцепившись в плечи Нами. Сейчас Агес ступила на нее без тени былой неуверенности. Платформа мягко вздохнула и оторвалась от пола, зависнув в сантиметре от поверхности. Под ногами замерцало слабое силовое поле.

— Мастерские. Сектор «Дельта», — мысленно отдала она приказ через чип.

Платформа плавно тронулась, выплывая с площадки в открытое пространство над городом. Ветер, встречный и упругий, тут же трепал ее коротко остриженные волосы. Она уже не цеплялась за невидимые поручни, а стояла прямо, привыкшая к этому полету.

Ордел простирался внизу и вокруг, ярус за ярусом, словно гигантская террасированная чаша, вырезанная в скале. «Песчаная Вуаль» дрожала едва заметной рябью на границе каньона. Она искажала вид пустыни снаружи, делая огромный город невидимым ни для человеческого взгляда, ни для технологий. Здания были приземистые, обтекаемые, словно выращенные из самого камня.. Тончайшие золотисто-янтарные прожилки тянулись по стенам, по мостовым, по опорам мостов, перекинутых между ярусами. Весь город был пронизан этой теплой, пульсирующей в такт его ритму жизнью, напоминая гигантский светящийся лишайник или нервную систему спящего исполина.Тот же свет струился по мостовым и опорам мостов, создавая сложную паутину живых улиц.

Платформа неслась по широкой улице, утопающей в теплом свете. Воздух сгущался, наполняясь гулом жизни. И повсюду были люди. Они толпились у приземистых арочных зданий, выставлявших на улицу прилавки с деталями механизмов, кусками полированного камня, странными сушеными плодами. Другие так же, как она, стояли на таких же прозрачных платформах, несясь в разных направлениях, ловко лавируя друг между дружкой. Никаких автоматонов-регулировщиков, лишь отработанные, почти инстинктивные движения рук и корпуса, меняющих вектор тяги.

Агес скользнула взглядом по фасадам зданий, по стыкам массивных плит. Ее взгляд, отточенный неделями работы, автоматически выхватывал знакомые детали: вентиляционные решетки, панели доступа к коммуникациям, и — что было самым важным — небольшие, почти незаметные сферические устройства, вмурованные в стены на равном расстоянии друг от друга. Датчики «Песчаной Вуали».

Она, как и все ордельцы, давно усвоила жест — быстрый, оценивающий взгляд, скользящий по этим сенсорам. Индикаторы на них должны были гореть ровным синим светом. Малейшее мерцание, смена цвета на красный или желтый — и каждый, кто это заметил, был обязан немедленно сообщить в техническую службу. Жизнь всего города зависела от целостности этой иллюзии. Это был рефлекс, вбитый так же глубоко, как проверка дверей в Гаваарде.

Сегодня все датчики горели ровно и спокойно. Вуаль была непроницаема.

Платформа, лавируя в потоке, начала снижаться, направляясь к одному из нижних ярусов, где располагался промышленный сектор. Воздух здесь был гуще, пропах сваркой, раскаленным металлом и озоном. Гул машин становился осязаемым, вибрируя в костях. Вот он, сектор «Дельта». Десятки мастерских, уходящих вглубь скалы, с широкими арками вместо дверей, из которых лился свет и доносился лязг и грохот.

Платформа плавно пристыковалась к площадке перед входом. Агес сошла на твердую, испещренную золотистыми прожилками мостовую и, поправив сверток с одеждой, сделала шаг внутрь.

Гигантское пространство мастерской было залито ярким искусственным светом, в котором кружились мириады пылинок. Повсюду стояли станки, верстаки, части разобранных механизмов. И ни одного инженера и техника. Она снова была первой.

Агес прошла к своему рабочему месту — уединенному закутку с голографическим монтажным столом и стеллажами, заставленными диагностическими приборами. Пока система загружалась, она мысленно дала команду:

«Хранитель, запусти лингвистический модуль. Урок седьмой, тема: производственные термины и идиомы».

- Запускаю, - отозвался в ее сознании бесстрастный голос. - Рекомендую параллельно выполнять разминку для пальцев. Подключить тактильный интерфейс?

- Подключи, - кивнула Агес, надевая тонкие сенсорные перчатки.

Перед ее мысленным взором всплыли прозрачные текстовые блоки на ордельском, а в ушах зазвучали четкие, гортанные фразы. «Стабилизатор потока… Калибровка резонатора… Люфт в подшипниковом узле…» Пальцы в это время сами собой, почти без участия сознания, потянулись к разобранному блоку управления глитером, лежавшему на столе. Она взяла мультиметр, проверяя сопротивление на контактах, и в такт ее движениям «Хранитель» тут же предлагал варианты произношения и перевода терминов, встречавшихся в описании прибора.

«Ин-дук-тив-ная ка-туш-ка…» — мысленно повторяла она, вкручивая микро-винт, и «Хранитель» одобрительно помечал слово как усвоенное.

Постепенно мастерская начала оживать. Слышался гул подъезжающих платформ, скрип открывающихся дверей, голоса. Первыми появились двое мужчин постарше, с руками, покрытыми старыми шрамами и следами ожогов. Увидев Агес, один из них, коренастый бородач по имени Гарн, коротко кивнул, поднося руку к виску в неформальном приветствии.

— С утра в работе, птаха? Ты хоть спишь? — прокричал он через шум начинающих раскручиваться станков.

«Хранитель» мгновенно перевел и выделил идиому «с утра в работе». Агес, стараясь повторить гортанный звук, крикнула в ответ:

— Сплю! Но двигатель не ждет!

Гарн одобрительно хмыкнул и направился к своему верстаку. Вслед за ним потянулись и другие — женщины в практичных комбинезонах, молодые парни, щеголявшие татуировками со светящимися орнаментами. Многие приветливо кивали Агес, а она, бормоча под нос повторяемые за «Хранителем» фразы, кивала в ответ.

Вскоре по центральному проходу неспешной, твердой походкой прошел Кинер Традс, начальник смены. Его серая куртка была чиста, в отличие от засаленных комбинезонов подчиненных, а глаза, цвета темного гранита, за секунду оценивали обстановку в цехе. Он двигался между рядами, останавливаясь у каждого стола, и тихим голосом раздавал задания.

Подойдя к Агес, он скользнул взглядом по разобранному блоку управления и ее диагностическому экрану.