Ведьмак из будущего

Глава 3. Балет без правил

Арден слетел по скрипучим ступеням лестницы за пару секунд. Внизу, в полумраке обеденного зала, разворачивалась классическая приграничная драма.

Дверь корчмы сиротливо висела на одной петле. Посреди помещения, в кольце перевернутых стульев, трое местных громил прессовали Люциана. Неписи выглядели колоритно: грязные холщовые рубахи, засаленные кожаные жилеты и рожи, не обезображенные интеллектом. Самый здоровый из троицы, с обрубком уха и кулаками размером с хорошую пивную кружку, держал испуганно пищащего барда за шиворот, приподняв над полом. Яркий малиновый дублет Люциана был безжалостно смят.

Заметив спускающегося по лестнице Ардена, бард вылупил глаза и заорал писклявым, сорванным голосом:

— Арден, спасиии! Они хотят забрать мои честно выигранные кроны! И лютню! Спаси лютню, умоляю!

Громилы синхронно повернули головы. Арден остановился на нижней ступени, лениво почесал шею и окинул банду старосты оценивающим взглядом. На лице — глухая маска, куртка разорвана, на рукаве. Вид не самый презентабельный, но пугающий. Над головой главаря — плотного мужика с сальной бородой — висела сиротливая плашка: [Крестьянин-задира, 3 уровень]. Остальные двое были вторыми уровнями. Физически они были крупнее, но система считала иначе.

Арден медленно выдохнул. Голос из-за маски прозвучал глухо и зловеще:

— Уважаемые, я буду вам чрезмерно благодарен, если вы отпустите моего друга и уберетесь отсюда, иначе…

Главарь банды, державший руку на рукояти торчащего за поясом тесака, перебил его с наглой, самоуверенной ухмылкой:

— А иначе что?!

Арден даже не шелохнулся. Его правая рука расслабленно повисла вдоль туловища, пальцы едва заметно подергивались, готовые в любой момент сложиться в Знак. Он сухо ответил:

— Иначе вам будет хуже.

Главарь презрительно сплюнул прямо на чистый участок пола, который еще пару часов назад усердно намывал корчмарь.

— Да кто ты такой, наглец? — процедил бородатый, делая шаг вперед и демонстративно кладя ладонь на обух топора.

Арден спокойно бросил:

— Я Ведьмак.

На секунду в зале воцарилась гробовая тишина. Слышно было только, как за стойкой испуганно и часто дышит спрятавшийся корчмарь. Главарь замер, нахмурившись, словно пытался откопать в своей забагованной цифровой памяти значение этого слова. А затем банда буквально взорвалась диким, издевательским хохотом. Мужики гоготали так, что затряслись сальные свечи на столах.

— Ведьмак?! — орал главарь, утирая выступившие от смеха слезы. — Что за бред, ведьмаков тут уже никто из живых людей не помнит сколько лет! Сказки для детей в уши нам втираешь, пугало городское?

Самый здоровый и тупой бандит, который продолжал держать Люциана, заржал на всю корчму, обнажая гнилые зубы, и громогласно добавил:

— Ага! А если ты ведьмак, то я — балерина в кружевной юбке! Слыхали, парни? Балерина!

Люциан в его руках тихонько пискнул, аккуратно пытаясь спасти кошель на поясе, пока банда отвлеклась.

Отсмеявшись, главарь резко оборвал хохот. Его лицо моментально сморщилось от злобы, а глаза сузились. Он зыркнул на своих подручных и жестко скомандовал:

— Ну-ка, ребята, выбейте у этого шута все зубы и заберите всё ценное, если у него вообще что-то есть! Маску снимите, поглядим на этого урода!

Здоровяк, который только что шутил про балерину, ухмыльнулся. Он небрежно швырнул Люциана на пол — бард покатился кубарем, прижимая к себе лютню, — и с тяжелым топтанием рванул прямиком к лестнице. Громила шел напролом, не заботясь о защите. С его точки зрения, перед ним стоял безоружный оборванец без меча.

Крупный бандит с размаху бросился вперед, сокращая дистанцию. Его плечи подались вперед, а тяжелый, мозолистый, покрытый старыми шрамами кулак с замахом полетел прямо в челюсть Ардену. Удар мог бы снести голову обычному человеку.

Он мысленно активировал ведьмачье Восприятие. Мир вокруг мгновенно изменил свой ритм. Звуки растянулись в гулкое, утробное эхо, летящие из-под сапог бандита щепки зависли в воздухе, а сам тяжелый кулак «балерины» начал двигаться словно в густом, прозрачном киселе — медленно, предсказуемо и абсолютно беспомощно. Арден прекрасно видел всю траекторию удара и открытую для контратаки грудную клетку противника.

Арден сдвинулся влево ровно на полшага. Кулак амбала со свистом прорезал воздух в паре сантиметров от его маски, увлекая массивное тело громилы вперед по инерции. Больше ничего делать не требовалось — только слегка помочь. Арден жестко выставил подошву сапога, перекрывая бандиту траекторию, и одновременно толкнул его открытую лопатку вниз.

«Балерина» полетел напролом. Смещенный центр тяжести и огромный вес превратили его в неуправляемый снаряд. Бандит с грохотом снес тяжелый дубовый стол, который от удара разлетелся на куски, потеряв две ножки. Голова амбала встретилась с массивным углом соседней лавки с характерным, сочным стуком. Громила мгновенно обмяк, уткнувшись лицом в пролитую капустную жижу, и затих. Шкала его здоровья над головой разом ушла в серую зону нокаута.

Арден лениво опустил руки, даже не сбив дыхание, и обернулся к оставшимся.

— Первая балерина пошла, — глухо донеслось из-за маски. — Кто следующий на танец?

Главарь и второй бандит резко затормозили, их самоуверенное гоготание оборвалось. На засаленных рожах проступило тяжелое, тупое осознание: безоружный оборванец уложил их главного крушителя одним мимолетным движением.

Второй непись — худощавый, жилистый мужик с дергающимся глазом — оказался сообразительнее. Он не полез с голыми кулаками, а с противным металлическим скрежетом выхватил из-за широкого кожаного пояса длинный, потемневший от крови охотничий кинжал. Бандит резко вильнул вбок, пригнулся и бросился в атаку, целясь снизу вверх, точно под ребра.

Выпад был быстрым для обычного человека, но для ведьмачьего Восприятия — оскорбительно неуклюжим.

Арден дождался, пока лезвие окажется в тридцати сантиметрах от его куртки. Короткое, отточенное движение правой руки наперерез — и пальцы намертво вцепились в волосатое запястье нападавшего. Перехват. Арден резко крутанул руку бандита против часовой стрелки, одновременно надавив большим пальцем на уязвимую точку у основания ладони. Анатомический ведьмачий захват сработал идеально. Сухой, отчетливый хруст вывиха заставил непися истошно взвыть. Его пальцы судорожно разжались.