Приют повышенной волшебности

— Чушь, — сказала Клеопатра. Но хвост у нее дернулся.

— А давай проверим? Чистый эксперимент. Передам результаты Лере, она зафиксирует. Условия воспроизводимые: я, полчаса обнимашек с котом на глазах у… объекта наблюдения. Фиксируем реакцию и результат в течение сорока восьми часов.

— Я тебе не объект наблюдения! — вспыхнула Клеопатра.

Но Рита, хихикая, отправилась в вольер к Терминатору. Новоиспеченно-добрый кот встретил ее мурчанием и подставленным лбом. Полчаса они провели душа в душу: Рита снимала видео, и вслух режиссировала ("так, теперь трюк "дай пять", свет хороший, снимаем дубль два!"). Терминатор давал лапу, безошибочно выбирал руку с вкусняшкой, ложился по команде — оказалось, он все умел, просто раньше не считал нужным демонстрировать. А на закуску — коронный номер, отработанный за утро: по команде "рука!" кот сам подходил и с силой, с чувством, гладился всей мордой о подставленную ладонь, тарахтя, как маленький трактор.

Клеопатра наблюдала за этим безобразием с крыши вольера. Молча. Только кончик хвоста ходил вправо-влево, вправо-влево, как метроном, отсчитывающий чье-то последнее терпение.

— Ревнуешь? — крикнула Рита снизу.

— Монтирую в голове твое видео, — ледяным тоном ответила кошка. — У тебя рука в кадре трясется. Позор для оператора.

— Реакция зафиксирована, — засмеялась Рита, заметив за собой, что говорит словами новоиспеченной подруги, но не останавливаясь — Хвост — метроном, тон — минус двадцать по Цельсию. Прогноз: кота заберут в течение двух суток.

Видео улетело в аккаунт приюта с подписью: "Терминатор сдал экзамен на домашнего кота. Принимает поздравления и заявки".

— Ты в курсе, что у тебя сейчас рабочее время, а из рабочих дел ты сегодня только пообещала эту самую работу выполнить?

— Умеешь ты испортить веселье — Рита надула губы и пошла на кухню, за рабочее место. От Андрея было три сообщения, к счастью, не серьезных и не срочных.

Девушка замотала волосы в пучок, заколола забытой Лерой ручкой и взялась за дело.

Весь день Рита перманентно думала о Фриде, таксе Светланы. Красное свечение в животе не давало покоя. Она видела его не только когда пыталась работать, но и даже когда закрывала глаза. Два очага. Почки.

— Я поеду к ней, — сказала она Клеопатре в половине шестого, косясь на рабочий чат и тайно молясь, чтобы там не появилось новых сообщений.

— Я с тобой, надоело тут торчать, — кошка потянулась, выгибая спину дугой. — Но я не буду сидеть в переноске как простой смертный кошак. Это унизительно для моего достоинства.

— Это унизительно для богини? — Рита улыбнулась, вспомнив о шлейке.

— Это небезопасно для машины. Я могу отвлекать водителя. Вдруг ты забудешь дорогу?

— Боюсь, не получится, — Рита театрально вздохнула, — а мне так хотелось, чтобы ты поехала со мной. Нет вариантов, только если…

— Только если? — зацепилась за надежду богиня, но вскоре об этом пожалела.

Рита надела на нее шлейку. Клеопатра фырчала, крутилась, пыталась укусить ремешок, но все-таки позволила. В машине она сидела на плече, как попугай. Ее хвост щекотал ухо Риты.

Около психологического центра пришло сообщение от Леры:

"Напоминаю. Почки. Двусторонний процесс, хронический, вялотекущий. Лечи как Терминатора: не потоком, а грей. Малая мощность, длинная экспозиция. Твое "размачивание"."

"Есть капитан!" — улетело сообщение, а Рита с волнением двинулась на важное дело. Это будет первое лечение чужого животного, кроме разве что Маркиза, но он-то почти свой.

…В кабинет Светланы Рита вошла с Клеопатрой на плече — кошка цепко держалась и обвила хвостом ее шею, как воротник, потому что, по мнению богини, на руках сидят только нелепые котята.

Светлана — невысокая, уютная, в круглых очках — всплеснула руками:

— Боже мой, какая красавица! Это же она? Знаменитая Клеопатра, начальница сеансов?

— Она в курсе, что знаменитая. В этом главная проблема.

Кабинет был точно такой, как на экране, только настоящий: мягкий свет торшера, книжные полки, запах чая с чабрецом. И на лежанке в углу — Фрида. Рыжая, длинная, с седеющей мордочкой. Такса подняла голову, застучала хвостом. В боках ее — Рита увидела сразу, без усилия — ровно тлели два красных очага. Точно там, где на Лерином листке были нарисованы почки.

Они сели. Светлана разлила чай, и на несколько минут все было почти как обычный сеанс — только очный. Рита поймала себя на том, что вспоминает их первый разговор, год назад: темную кухню, голубоватый свет ноутбука, свое лицо в углу экрана — серое, погасшее. Это был не первый и не последний "временный тяжелый период".

"Рита, когда вы в последний раз делали что-то для себя?" — "Сегодня. Купила себе гречку. Со вкусом гречки". — "Рита". — "Ладно. Не помню".

И как Клеопатра тогда легла на клавиатуру, закрыв камеру. "Извините, кажется, сеанс окончен. Начальство против этой темы".

Год прошел. Начальство сидело теперь у нее на плече в шлейке и, судя по вибрации, что-то замышляло.

— …я, честно говоря, не верила, что вы доедете, — говорила Светлана, подливая чай. — Вы же всегда отнекивались. Что изменилось?

— Многое, — честно сказала Рита. — Можно я поглажу Фриду? Мы заочно давно знакомы.

— Конечно! Она обожает гостей…

Светлана потянулась к лежанке вместе с Ритой — хозяйка явно собиралась присутствовать при знакомстве, рассказывать, показывать, где чесать. Девушка внутренне похолодела, нужно искать выход.

— А вот Клеопатра такое не любит, — быстро сказала Рита. — Обожает играть. Она любит охотиться. Вон тот ваш шнурок ну очень заманчивый.

"Это возмутительно! Я тебе не глупый маленький котенок, заниматься такой ерундой! И что ты вообще удумала? Я запретила тебе сегодня лечить!" — прозвучал возмущенный голос в голове.

"Прошу, умоляю, Клео! Отвлеки ее! И я выполню твою просьбу, любую, что в моих силах!" — мысленно взмолилась Рита.

"Я восхищена тем, что ты хитростью привела меня сюда для отвлечения. Только поэтому — да"

Пока Светлана отвлеклась на игру со шнурком, махая им перед носом кошки, Рита приблизилась к таксе. Фрида лежала на лежанке, сонная. Девушка опустилась на колени у лежанки и положила обе ладони на теплые рыжие бока — точно туда, куда указывала Лерина схема.

"Девочка моя, — подумала она, чувствуя, как под пальцами часто и доверчиво бьется собачье сердце. — Ты столько чужих слез тут вылежала. Работник года. Дай-ка я твою тихую беду уберу, пока она не выросла".

Золото потекло — почти скрытое ладонями, но все же видимое, теплое. Не потоком — греющей волной, малая мощность, длинная экспозиция, все, как учили. Два красных очага посопротивлялись немного, но в итоге зашипели беззвучно и начали гаснуть — медленно, послойно, как остывающие угли. Фрида вздохнула всем длинным телом, вытянулась и положила морду Рите на запястье.

— Смотрите, как она вас приняла! — восхитилась Светлана, не отрываясь от игры с Клеопатрой. — Она так не со всеми!

Когда очаги погасли совсем, Рита еще с полминуты просто гладила таксу — уже безо всякого золота, просто так. Потом поднялась. Голова почти не кружилась. "Расход низкий", — отметила она про себя голосом Леры и чуть не рассмеялась.

— Вы сегодня другая, Рита, — Светлана смотрела внимательно, профессионально. — Более… целостная. Светящаяся.

— Похоже, я наконец-то стала собой. И нашла баланс.

— Это важно, — кивнула психолог. — Баланс — это основа.

На выходе Рита отписалась Лере: "Твоя схема — золото. Метод размачивания — золото. Пациентка спит, хозяйка ничего не заметила, начальница отработала игрой". Ответ пришел мгновенно, тремя сообщениями: "ДА!!!", "я же говорила!!!", "записываю в методичку. и я дома, "выздоровела"".