Страница 74 из 80
Мужчина протянул руки, осторожно, но настойчиво обхватил мои плечи и привлек меня к себе. Я уткнулась лицом в его грудь, вдыхая запах чистого шелка и мускуса.
— Успокойтесь, моя прекрасная, ленивая катастрофа, — прошептал он, зарываясь лицом в мои растрепанные волосы. Его большие ладони медленно, успокаивающе гладили мою напряженную спину. — Я же обещал, что возьму всю вашу усталость на себя.
Я всхлипнула, вцепившись пальцами в ткань его халата.
— Вы не можете взять на себя мои ранние подъемы. Это физически невозможно.
— Могу, — уверенно заявил он, слегка отстраняясь, чтобы посмотреть мне в глаза.
Его взгляд был серьезным, полным непреклонной решимости человека, который готов переписать законы мироздания ради одной-единственной женщины.
— Послушайте меня, Ю-Ри. Вы думаете, я хочу сделать вас Наследной Принцессой, чтобы запереть в рамках дворцового этикета? Нет. Я хочу сделать вас Принцессой, чтобы вы могли этот этикет уничтожить.
Я удивленно моргнула, шмыгнув носом.
— Что вы имеете в виду?
— Вы — гений стратегии, Ю-Ри. Вы переиграли старых лисов из министерств, не вставая с кушетки. Я не собираюсь растрачивать ваш талант на организацию цветочных турниров.
Он взял мои руки в свои, поглаживая костяшки пальцев.
— Как будущий Император, я имею право менять правила. И я изменю их, специально для вас.
Он начал загибать пальцы, перечисляя свои обещания, словно зачитывал пункты нового, государственного контракта.
— Во-первых, никаких ранних церемоний. Утренние приветствия Вдовствующей Императрице и мне будут отменены. Вы будете спать столько, сколько потребует ваш организм. Если министры захотят увидеть Наследную Принцессу, они будут ждать до полудня.
Я недоверчиво прищурилась. Звучало слишком хорошо, чтобы быть правдой.
— Во-вторых, — продолжил Ли Джин, и в его глазах блеснул лукавый огонек. — Я официально упраздню женский внутренний двор в том виде, в котором он существует сейчас. Никаких обязательных чаепитий с женами сановников. Никаких интриг из-за фавориток. Вы будете моей единственной женой. Гарема не будет.
Мое сердце пропустило удар.
— Не будет гарема? Но.. как же наследники? Традиции? Если я окажусь.. недостаточно плодовитой? Окружение съест вас заживо за отсутствие запасных вариантов.
Ли Джин посмотрел на меня так тяжело и проникновенно, что мне стало жарко.
— Мне не нужны запасные варианты, Ю-Ри. Мне нужны вы. Если у нас будут дети — это будет даром Небес. Если нет — мы усыновим достойного юношу из побочной ветви. Империи нужен сильный правитель, а не плодовитый самец. И я не позволю ни одной другой женщине переступить порог моих покоев.
Он наклонился ближе, его голос превратился в хриплый шепот.
— В-третьих, — он коснулся губами моего лба. — Ваша кушетка из кедра будет перенесена в мой главный рабочий кабинет. И она будет стоять там всегда. Вы будете лежать на ней, есть свой виноград и указывать мне, где я совершаю ошибки в управлении страной, а я буду слушать вас, потому что без вашего голоса, полного презрительного сарказма, я больше не могу принимать решения.
Я сидела, ошеломленная масштабом его уступок.
Ради меня этот человек собирался сломать многовековые традиции Императорского Двора. Он собирался отменить утренние ритуалы, распустить гарем, поставить женщину в качестве главного политического советника в своем кабинете. Он бросал вызов всему конфуцианскому укладу ради того, чтобы мне не приходилось вставать рано утром.
Это было безумие. Абсолютное, прекрасное, романтичное безумие.
— Вы.. вы действительно готовы пойти на это? — прошептала я, чувствуя, как последняя стена моей обороны рассыпается в пыль. — Ради меня? Ради ленивой девчонки, которая ненавидит суету?
Ли Джин улыбнулся своей самой теплой, открытой улыбкой, которая была предназначена только для меня.
— Ради женщины, которая спасла мне жизнь. Ради стратега, который вернул мне трон. И ради единственного человека в мире, с которым я чувствую себя по-настоящему живым.
Он обхватил мое лицо ладонями, заставляя смотреть ему в глаза.
— Вы будете править этой Империей, Ю-Ри. И я клянусь своей жизнью: вы будете делать это лежа.
Я не нашла, что ответить. Все мои аргументы, все мои страхи растаяли под натиском его абсолютной, всепоглощающей уверенности.
Я просто подалась вперед и сама накрыла его губы своими.
Мы целовались долго, забыв о том, что за дверями спальни ждет Империя, нуждающаяся в управлении. Мои руки скользнули под его халат, касаясь горячей, гладкой кожи. Он с тихим стоном привлек меня к себе, прижимая к своей груди, стараясь не тревожить рану.
В этот момент, среди пуховых подушек и аромата сандала, я поняла одну важную вещь.
Моя матушка, Пэк Му-Ран, нашла свой покой, сменив меч на шелковые одежды и уехав в провинцию. Я же нашла свой покой в самом центре политического урагана, в объятиях человека, который стал для меня надежнее любой крепостной стены.
— Согласны ли вы на этот контракт, моя Тень? — прошептал Ли Джин, отрываясь от моих губ, тяжело дыша.
Я изящно откинулась на подушки, принимая свою излюбленную горизонтальную позу, и потянулась, чувствуя себя невероятно свободной.
— Я согласна, Ваше Высочество. Но с одним условием.
— Я слушаю, — он смотрел на меня с обожанием.
— Я требую, чтобы в титул Наследной Принцессы официально включили право на дневной сон. Если кто-то попытается разбудить меня между часом Овцы и часом Обезьяны — это будет расцениваться как государственная измена.
Ли Джин рассмеялся, запрокинув голову.
— Будет исполнено, моя несравненная, невыносимая Ю-Ри. Я лично напишу этот указ.