Идущая сквозь ад

Глава 2

Пробуждение походило на пытку. Кире казалось, что она выбирается из какой-то чёрной, удушливой липкой жижи. В голове гудело, сознание собиралось воедино по крупицам. Вспомнились поездка в такси, автофургон, перегородивший дорогу, двое странных мужчин…

Серёжа! Где сын⁈

Кира открыла глаза, чувствуя, как бешено заколотилось сердце. Первое, что увидела — белый потолок с люминесцентной лампой. Повернула голову. Комната походила на больничную палату. Безликие стены, из мебели лишь тумбочка и кровать, единственное окно прикрывали жалюзи, в углу крепилась видеокамера.

— Оззи, — прошептала Кира, посмотрев на простенькую пижаму на себе. — где мы?

' Понятия не имею, — недовольно отозвался демон. — Одно могу сказать: место это паршивое.'

Кира постаралась подключить здравый смысл: она в пижаме лежит на койке в больничной палате, но ничего кроме головы у неё не болит. Неужели муж исполнил свою угрозу и всё-таки упёк её в психиатрическую клинику? Получается, тех людей из фургона подослал он. Но почему они так легко справились с Оззи?

«Потому что они не простые люди, — прочёл её мысли демон. — Они такие же, как ты, одержимые».

Кира, конечно, подозревала, что она не единственная на свете, в ком обосновался инфернальный паразит, но до этого подобных себе не встречала. Одержимые. Это объяснило, почему тот амбал справился с Оззи, видимо, он оказался более сильным демоном. У Киры появились сомнения, что ко всему случившемуся причастен муж, который всегда был человеком рациональным, материальный, ограниченным в своих убеждениях, и он не допускал существования мистических сил. Аркадий действовал бы иначе — привлёк бы полицию, людей из специальных агентств, своих личных исполнителей особых поручений. Но точно не одержимых.

Тогда кто её похитил? Зачем? И где Серёжа⁈ От одной мысли, что сын сейчас находился неизвестно где, ей стало муторно. Своим побегом из особняка она всё сделала только хуже. Строила планы, наслаждалась свободой, а в итоге угодила в ловушку. Но её, по крайней мере, не посадили в комнату с мягкими стенами и не нацепили смирительную рубашку. Это немного обнадёживало.

Кира поднялась с койки, борясь с головокружением подошла к окну, приоткрыла жалюзи. Стекло прикрывала решётка. Снаружи за площадкой со скамейками и обшарпанным фонтаном высилась кованная ограда, а дальше — лес. Справа была видна часть двухэтажного строения, покрытого жёлтой штукатуркой, видимо корпус основного здания. На ум Кире пришло выражение «жёлтый дом». Ну точно, психушка. Что ж, придётся опять совершать побег. Разбить стекло, выломать решётку, спрыгнуть со второго этажа, а потом перемахнуть ограду — это пустяк, Оззи с такой задачей легко справится. Вот только… что-то подсказывало, что не всё так просто.

«На меня не рассчитывай, — подал голос Оззи. — Я сейчас беспомощный, как младенец. Не знаю, что это за место, но тут есть какая-то хрень, которая меня подавляет. Мы в глубокой жопе. Ты в жопе. Я в жопе. Мы оба в жопе! Я теперь в своём логове, как в тюрьме, хорошо хоть разговаривать могу».

— Ты это серьёзно? — опешила Кира.

«Совсем что ли дура? Мне не до шуток! — Оззи не скрывал злости. — И можешь радоваться, я не смогу взять над тобой контроль, даже если очень постараюсь».

Раньше о таком Кира могла только мечтать, а сейчас чувствовала себя совершенно беспомощной. С тех пор, как стала одержимой, она очень редко прибегала к услугам демона, теперь же его помощь была просто необходима, а он оказался ни на что не способен. Полное дерьмо!

— Похоже, мы и вправду в жопе.

«Вот-вот, и я о том же, — буркнул Оззи. — И, подозреваю, апельсинами нас тут кормить точно не будут».

— Кто о чём, а вшивый о бане.

Дверь открылась и Кира едва не ахнула от удивления: в комнату вошла белокурая, манерная Лариса — нянька, любовница мужа. Вот это поворот! Получается, без Аркадия тут всё же не обошлось. Но почему на этой шаболде белый медицинский халат? Вопросы, вопросы — от них было тошно, неопределённость злила.

— Очнулись, Кира Васильевна? — Лариса совсем не приветливо улыбнулась. Так улыбаются победители, стоя над поверженным врагом. — Пойдёмте со мной, с вами хочет поговорить начальство.

Кира демонстративно скрестила руки на груди.

— С места не сдвинусь, пока не узнаю, где мой сын.

Лариса вздохнула, как-то фальшиво погрустнела.

— Дам вам бесплатный совет, Кира Васильевна, — её голос был каким-то елейным, вкрадчивым. — Делайте беспрекословно всё, что вам говорят и тогда, возможно, ваше существование здесь будет вполне комфортным. Это не то место, где стоит показывать гонор.

Как бы Кира не ненавидела Ларису, но вынуждена была признать: та дала дельный совет. Сейчас гонор показывать нельзя, этим ничего не добьёшься. Надо вести себя смирно, присматриваться, выведывать. А истерить, чего-то напористо требовать — не лучшая тактика, Кира убедилась в этом ещё в интернате. Правила выживания везде одинаковые.

— Что ж, как скажешь, — кивнула она. — Веди меня к своему начальству.

Лариса сделала жест рукой, мол, прошу, только после вас. Кира вышла из палаты и отметила, что этому заведению явно требуется ремонт. Краска на стенах кое-где облупилась, линолеум на полу выглядел выцветшим и обшарпанным. Очевидно, это какая-то захолустная клиника. Мимо проковылял мужичок средних лет. Он бормотал себе под нос и шевелил пальцами, словно пытаясь в воздухе нащупать что-то невидимое.

Кира посмотрела на Ларису, идя рядом с ней по коридору.

— Аркадий упёк меня в психушку, это ясно. Но ты что здесь делаешь?

— Я тут работаю. И не спешите с выводами, Кира Васильевна. Аркадий не знает ни где вы, ни что это за место. А насчёт психиатрической клиники… отчасти вы правы.

— В смысле «отчасти»?

— Скоро всё поймёте. И вот вам ещё бесплатный совет: о чём бы вас ни спросил главврач, отвечайте честно.

— А то что? — взбрыкнула Кира.

— А то будет очень больно, — Лариса даже свой мягкий тон не сменила, произнеся эти слова. — Правду Рудольф Петрович узнает в любом случае, если понадобится выбьет её из вас силой. Так что будьте паинькой, Кира Васильевна. Поверьте, я плохого не посоветую. Вот мы и пришли.

На двери крепилась табличка: «Коган Рудольф Петрович. Главный врач».

Лариса постучала.

— Входите, — послышался с той стороны басовитый голос.