Страница 80 из 86
Глава 23
В жизни Киры было много людей, которые ей не нравились, но так уж конкретно она не могла их назвать врагами. Просто сволочи, мрази. А теперь врагов хоть отбавляй. И критерий этого определения для неё был таков: те, кто желает её убить, навредить друзьям и сыну — враги. Они не заслуживают жалости. Время сомнений, моральных дилемм прошло. И это не утрата человечности — всего лишь броня, выкованная гневом. Жестокие люди породили жестокого человека. А потому, когда древнее существо сказало: «Они все сдохнут», Кира ощутила злую радость. Это были именно те слова, которые она хотела услышать.
Она тоже желала, чтобы они сдохли.
Люди, которые намеревались штурмовать клинику, были отлично экипированы — бронежилеты, шлемы, автоматы. Каждый из них точно знал, что делать — об этом говорило полное отсутствие суеты. Открыв ворота, отряд проник на территорию, рассредоточился. К зданию приближались маленькими группами, по очереди, держа оружие наготове и общаясь друг с другом жестами.
Девочка взглянула на демонов.
— Будьте здесь. Вам лучше не вмешиваться.
После чего открыла дверь и вышла наружу. Наёмники застыли. Они прибыли уничтожать одержимых и персонал, и навряд ли ожидали увидеть здесь ребёнка. Командир отряда, укрывавшийся за фонтаном, приставил пальцы к уху, к которому была прикреплена фурнитура, оглянулся, посмотрев на джип за воротами. Получив какую-то информацию, он скривился, словно получив удар под дых. Затем жестом отдал приказ своим людям отходить.
— Ну уж нет, — прошипела девочка. — Так не пойдёт.
Она мигом переместилась с площадки возле входных дверей к фонтану, оставив за собой шлейф дрожащего воздуха. Командир вскинул автомат, но нажать на спусковой крючок не успел — девочка рубанула ладонью воздух перед собой, и наёмник буквально развалился на две, почти ровных половины, его. вместе со шлемом и бронежилетом, будто за секунду распилила невидимая пила.
Началась стрельба. Отряд стрелял по девочке, но пули не причиняли ей вреда. А за воротами джип развернулся и, набирая скорость, поехал прочь. Это увидели в окно Оззи с Аннушкой и, не сговариваясь, и наплевав на слова древнего существа «будьте здесь», выбежали на улицу. Они понимали, что в джипе находится кто-то важный, и упустить его было бы непозволительной глупостью. Чтобы не попасть под перекрёстный огонь, демоны устремились вправо, в небольшую парковую зону. Миновав площадку, на которую каждое утро санитары выводили пациентов на зарядку, Оззи с Аннушкой с лёгкостью перемахнули забор и рванули к дороге.
Девочка явно наслаждалась собственной неуязвимостью. Но скоро ей как будто наскучило отражать пули, и она начала действовать, причём с невероятной скоростью. Она несла смерть. Она и была самой Смертью в самом страшном своём проявлении — не дающей шансов на спасение, глухой к мольбам о пощаде. Её движения походили на стремительный танец — кружилась в свете фонарей по полю боя, рассекая руками воздух и при этом уничтожая наёмников, которые падали на землю изувеченные, с оторванными руками, ногами, головами, распотрошёнными животами. На площадке перед зданием клиники крови стало больше, чем снега. Это было не сражение, а бойня, жутким аккомпанементом которой служили вопли и шум ветра.
Оставшаяся горстка наёмников даже не пыталась стрелять — лишь бы уползти, спрятаться. Они больше не были теми прежними профессионалами, которые всегда чётко знали, что делать в самых сложных ситуациях. Древнее существо растерзало их уверенность в себе, превратив во что-то жалкое, дрожащее, скулящее, переполненное животным ужасом.
* * *
Демоны мчались по дороге со скоростью, которую никогда не смог бы развить человек. Джип ехал быстро, но они были ещё быстрее. Примерно в километре от клиники, догнали автомобиль. Оззи прыгнул на капот, вдарил кулаком по лобовому стеклу — оно оказалось бронированным, на нём даже трещинки не появилось. Аннушка атаковала джип сбоку, просто-напросто врезавшись в него. Тот вильнул, но водитель сумел удержать управление, Ещё атака — на этот раз вместе со спрыгнувшим с капота Оззи. Получилось мощно, метод двойного тарана сработал. Машина вылетела в кювет, смяла молодую поросль и остановилась в метре от большого дерева.
Открылась дверца, наружу вывалился водитель с пистолетом в руке. Тряхнув головой, он направил ствол на Аннушку, но выстрелить не успел — Оззи подбежал к нему и выбил оружие, затем ударил костяшками пальцев по горлу, сломав не только кадык, но и шейные позвонки.
Очередная смерть, а Кира не ощутила ничего, словно её демон не человека убил, а комара прихлопнул. Броня из злости действовала.
Аннушка нырнула в салон джипа, вскрикнула, выбралась обратно.
— Ничего не понимаю. Там какой-то тип. Не смогла даже прикоснуться к нему, больно стало.
Оззи поднял пистолет, который выронил водитель, постучал им по капоту, сказал громко:
— Выходи. сучара!
* * *
Оставшихся наёмников древнее существо уничтожило изощрённо, разнообразно, словно решив сделать убийство произведением искусства. Всего лишь взмахнув рукой, оно содрало с одного одежду вместе с кожей, затем смахнула тонкий слой плоти, а уж потом — всё мясо с костей. Другого обмотала точно коконом его собственными кишками и подвесила на фонарном столбе. Третий пытался застрелиться — не получилось, слишком руки тряслись. Существо раздробило все кости в его тебе, добавив головной боли потенциальным патологоанатомам.
Всё, бойня закончилась. Девочка взглянула на здание клиники — в окнах были радостные лица пациентов. Благодарные зрители кровавого представления. Взмах рукой — и зарешёченные окна вместе с рамами вылетели наружу, будто изнутри по ним выстрелили из пушки. Путь к свободе для местного сумасшедшего контингента был обеспечен. Пациенты завопили от восторга.
— Бегите, друзья мои, — прошептала девочка. — Бегите.
* * *
Из джипа выбрался толстый тип в чёрном костюме и в белой маске. Несмотря на обстоятельства, он сохранял самообладание, даже плечи расправил и постарался втянуть объёмный живот, как бы показывая, что он не из робкого десятка.
— Ты кто? — Оззи направил на него ствол пистолета.
— Эпсилон, — последовал ответ. — Четвёртый из Четырёх. И если вы, шмакодявки, сейчас встанете у меня на пути, сильно пожалеете.