Идущая сквозь ад

Глава 19

Разговор с боссами прошёл нормально. Они согласились, что вина за произошедшее лежит только на Вуди. Уж Коган постарался, чтобы выставить любителя иголок в самом мутном свете. «Этот идиот совсем рехнулся, едва ли ни богом себя возомнил. И слышали бы вы, как он о вас отзывался, говорил, что рано или поздно вами будет командовать. Всего-то получил немного власти — и вот результат. У него была просто запредельная мания величия. А я всегда говорил: от бесноватых всякого можно ожидать».

Метод Багиры «Они называли тебя земляным червяком» сработал хорошо. Боссы, как типичные представители сильных мира сего, не терпели плевков в свою сторону. И неважно, кто именно плюнул. Хотя они, разумеется, не признали, что совершили ошибку, наделив Вуди особыми полномочиями. Они скорее для проформы немного пожурили Когана за плохую дисциплину, а потом заявили, что скоро лично приедут в психиатрическую клинику с инспекцией. «И готовьтесь к заслуженной пенсии, господин Коган, — добавил Альфа. — Мы уже подыскали вам замену — молодого перспективного специалиста. Он приедет с нами».

Пенсия? Да неужели? Коган почувствовал себя так, словно после долгой муторной ночи наконец взошло солнце. В голове замаячило слово «свобода». Но вот вопрос: что ещё за инспекция такая? Скорее всего проект «Инферно» свернут, но не полностью. Останутся лаборатории. Видимо, боссы будут на месте решать, что что делать с подземным комплексом. Что ж, пускай. Рудольф Петрович встретит их, как и подобает рьяному куратору. И никакого больше алкоголя! Ни капли!

Хотя… сегодня можно — есть ведь повод.

* * *

— Ну и сколько нам ещё ждать? — Кира стояла возле мистического зеркала в убежище Оззи, но видела лишь своё мутное, едва различимое отражение. Впрочем, она знала, чувствовала, что древнее существо её слышит. — Ты сказал, что нужно ждать большого горя. Вари больше нет, Виталик погиб, Кузя и Бабуля отправились в ад. Как по мне, это просто огромное горе. Какое тебе ещё нужно, а? Такое, чтобы полмира вымерло? У нас нет времени! Мне нужно сына спасать! Может, начнёшь уже хоть что-то делать? Или скажи, что делать нам.

— А я всегда говорил, нужно только на себя надеяться, — буркнул Оззи. Он сидел на полу и гуашью рисовал на куске ватмана портрет Бабули. Получалось у него не очень — какая-то карикатурная косолицая карга. — На Бога надейся, а сам не плошай, — он задумался. — Плошай… забавное слово. Умеете вы, люди, странные словечки придумывать.

— Тебя это сейчас волнует? — разозлилась Кира. — Наши друзья, между прочим, погибли.

— И что ты предлагаешь? Сидеть и слёзы лить? — Оззи раскинул руки и на нём появились чёрная футболка с надписью «Я в трауре» и с грустным смайликом. — Ну вот, тебе от этого легче? От наших страданий Виталик и Варя не воскреснут, а Квак с Бабулей не вернутся из ада. Так что нефига страдать.

Надпись на футболке изменилась на «Нефига страдать».

Кира понимала, что он прав, но ничего не могла с собой поделать. Тяжесть утраты давила на неё, а в памяти постоянно всплывали Варя с Виталиком. Их образы были как предостережение: скоро настанет твой черёд. Смерть явится за всеми.

Зеркало. Такое холодное, мутное, равнодушное.

Кира ударила по нему кулаком.

— Ответь, какого горя нам ждать⁈

В ответ — тишина.

— Хватит беситься, — рассердился Оззи. — Ты мне рисовать мешаешь. Я этот портрет вон там хочу повесть. В рамочке, — он кисточкой указал на стенку, на которой уже висела большая картина, с изображением оранжевого шара, а внизу была подпись: «апельсин», видимо, чтобы ни у кого не вызывало сомнений, что это именно он, а не какой-то там грейпфрут. — Если Бабуля получится плохо, это будет твоя вина.

— Из тебя художник, как из меня фокусник.

— Да что ты вообще в искусстве понимаешь, дура⁈ Это экс… экспрессионизм!

— Сам дурак.

* * *

Ещё один рейд. И при этом — особенный. Утром приехали два автомобиля. Представитель боссов разъяснил Когану ситуацию, а он в свою очередь собрал в комнате отдыха одержимых. Присутствовал и Грибник — его две недели держали в помещении, где не было влияния древнего существа, и Квак поспособствовал быстрому заживлению ран. Впрочем, отрастить новые пальцы даже демон был не в состоянии.

— Итак, — начал Коган, деловито расхаживая по комнате и глядя в пол перед собой, — ситуация непростая. То, что я вам расскажу, может вас шокировать, как шокировало меня, но, что есть, то есть. Боссы разрешили поведать вам правду. Как вы, наверняка, уже давно догадываетесь, наш подземный комплекс не единственный, где занимаются инфернальными сущностями. Есть ещё проект «Юность». Новый проект. Не буду зацикливаться на подробностях, но, суть этой программы в том, чтобы искусственно создавать маленькие красные круги и подселять в людей демонов. Если быть точным — в детей. Только психика ребёнка может на начальных стадиях выдержать присутствие инфернальных сущностей. Взрослые, как правило, сходят с ума.

Борис нахмурился, покачал головой.

— Это какими же нужно быть мразями, чтобы до такого додуматься? Специально делать из детей одержимых? Вы серьёзно?

— К сожалению, да, — в голосе Когана проскользнули виноватые носки, словно и он отчасти был причастен к этому кошмару. О том, что большинство детей в красных кругах погибают, он решил умолчать, дабы не омрачать и без того гнетущую атмосферу.

Кира подумала о сыне. А что, если и его? И жутко стало. Хотя были аргументы против: Серёжа боссам нужен для давления на неё. Его не тронут, он неприкасаемый. Пока, по крайней мере.

— Был подготовлен отряд из пяти одержимых детей, — продолжил Коган. — Два дня назад обнаружили язву — большую, диаметром десять километров. Детей отправили туда и… более суток прошло, а они не вернулись. Ваша задача зайти в эту язву, разумеется, срисовать знак и, по возможности, выяснить, что случилось с отрядом.

— То есть, мы опять стали ценным ресурсом, — холодно заметила Кира.

— Вы и были… — Коган решил не договаривать, надоело лгать. Он ещё помнил те слова Виталика, от которых до сих пор выть хотелось: «Вы только и делали, что врали. Вы хуже Вуди, хуже Грибника. Эти хотя бы не притворяются нормальными. Своим враньём вы как будто убили мою сестру, хотя её никогда и не было».

— Когда выезжаем? — поинтересовался Борис.

— Через полчаса, — ответил Коган. — Язва большая, продержится ещё долго, но лететь — много часов… Как всегда, с вами будет Лариса. Она разъяснит кое-какие нюансы этого рейда. На этом всё. Удачи.

* * *