Связанные местью

ГЛАВА 34

ДЕРЕК

Под колесами внедорожника Кая хрустел гравий, когда он въехал на парковку. Я увидел силуэт Эванджелины за его затемнённым лобовым стеклом, она держала мобильный телефон у уха. Наши взгляды встретились сквозь стекло, и на её милом лице расцвела улыбка. Я ушёл рано утром, пока она ещё спала, чтобы разобраться с Лесли, и мне потребовались все силы, чтобы оторваться от неё. Голая, как в день своего рождения, она прижалась ко мне.

В моей голове проносились видения будущего, когда пробуждение рядом с ней было нормой, словно кадры из банального романтического фильма. Но я отгонял эти мысли так же быстро, как они появлялись. Моя единственная задача — наслаждаться сегодняшним днем и тем временем, пока она была в моей жизни.

— Привет, — сказала она, обнимая меня за шею и вставая на цыпочки, чтобы поцеловать. —Мне было холодно сегодня утром.

Я поднял глаза и заметил ироничную улыбку Кая, когда он опустил окно, кивнул мне в знак приветствия и тронулся с места.

— Прости. Я забыл упомянуть о сегодняшней проверке здания.

И ложь продолжалась.

Я взял ее лицо в ладони, большим пальцем лаская нежную кожу ее щеки. — Ты даже не представляешь, как мне было тяжело уйти.

Она схватила меня за воротник куртки и приподнялась, чтобы потереться кончиком носа о мой подбородок.

— И почему же?

Я наклонился, чтобы встретить ее губы, целуя и нежно покусывая нежную кожу.

— Потому что было чертовски холодно.

Ева игриво шлепнула меня по плечу.

— О, не потому, что у тебя в постели была невероятно сексуальная женщина? Голая, с болячками?

Ее губы прижались к впадине моей шеи.

— Твой вкус все еще на моем языке?

Я прижал ее к себе, передняя часть моих брюк болезненно натянулась.

— Здесь никого не будет еще три часа, ангел. Думаю, пора немного искупить вину.

К тому времени, как мы вошли в здание, игривое настроение Эванджелины изменилось. Она уставилась на экран своего мобильника, идеально изогнутые брови сдвинулись.

— В чем дело?

— Одна из наших офицеров пропала три дня назад. Она была одной из охранниц Сэм. Ее только что занесли в список пропавших без вести после проверки.

— Ох, — сказал я. — Как жаль.

Ее обескровленный труп был увезен с моей территории буквально сегодня утром.

Я прижал Эву к груди, большим пальцем разглаживая морщинки на ее прекрасном лице. Ей не стоило беспокоиться из-за какой-то сучки, совершившей ошибку, заключив сделку с дьяволом в обмен на деньги.

Лесли не смогла понять, что я был самым ужасным из них всех.

— Надеюсь, они скоро ее найдут.

В ее глазах навернулись слезы, и каждая капля растворяла некогда непроницаемый барьер, окружавший мое сердце.

— Я не могу не думать, что это как-то связано с Беловым. Это слишком большое совпадение. Она работала на Сэма. И если это так, то сколько еще людей должно умереть, прежде чем…

— Все. До последнего. Если это значит, что ты будешь в безопасности.

Она уставилась на меня, и в темных глубинах ее глаз мелькнула целая гамма эмоций. Сморгая слезы, Эванджелина глубоко вздохнула и положила руку мне на грудь.

— Я не этого хочу.

Я хотел сказать ей, что работаю над решением. Работаю с другими, чтобы те, кто ответственен за нападение на нее, заплатили за это жизнью.

Дмитрий Белов был моим.

— Пойдем, — сказала она, обретя новые силы, и потянула меня за запястья. — Мне нужно сбросить чертов стресс, пока я не взорвалась.

— На что у тебя настроение?, — спросил я, когда мы подошли к прилавку. — Длинный или короткий диапазон?

Она оглядела ряд оружия, остановив взгляд на секции винтовок.

— Как насчет этой?, — сказала она, указывая на изящную McMillan TAC-338.

— Хороший выбор.

— А ты?

Я вытащил черную винтовку CheyTac M200. — Бери патроны, ангел. Пойдем поиграем.

Улыбка заиграла на ее губах, когда она сдвинула стеклянную витрину и сложила коробки в корзину, на мгновение забыв о стрессе дня. Эванджелина толкнула меня бедром, проходя мимо, развернулась и пошла задним ходом к стрельбищу, а я последовал за ней. Мой член дернулся при виде тех обтягивающих черных леггинсов, и я облизнул губы в сладком предвкушении. Сегодня она будет моей; в этом я не сомневался.

— Итак, как часто ты тренируешься? Или твой опыт в основном касается деловой стороны?

Она повернулась и распахнула тяжелую дверь.

Я ухмыльнулся, положив обе винтовки в кабинку справа от нас. — Как думаешь?

Она, казалось, на мгновение погрузилась в свои мысли, устремив взгляд мимо меня и не мигая.

— Думаю, ты сейчас меня впечатлишь, — сказала она, снова обратив внимание на мое лицо, прислонившись к стальной перегородке с сексуальной улыбкой на губах.

— Это моя единственная цель в жизни. Знать, что именно я вызвал эту улыбку на твоем лице.

Эванджелина сняла с плеч свою коричневую кожаную куртку и бросила ее в дальний угол комнаты. Очертания ее черного бюстгальтера под тонкой белой тканью рубашки послали электрический импульс к моему члену.

Она приподняла бровь, глядя на выпуклость в моих штанах.

— С тобой это так легко, Дерек.

Я поднял руки в защитной позе. — Эй, я ничего не могу поделать. Ты видела свою задницу?

Она рассмеялась и шлепнула меня по плечу.

— Я не это имела в виду. Я говорила о том, как легко забыть обо всем том дерьме, которое висит у меня над головой. Об этой истории с Беловым. О моем горе. Обо всем этом.

Я обхватил ее за затылок и наклонился, прижав свои губы к ее, грубо завладевая ими, пока она прижималась ко мне, прижимаясь к моей груди.

Эта женщина. Боже, эта женщина. У меня не было никаких сомнений.

Она была моей.

Создана для меня.

Рождена, чтобы погубить меня.

Когда все это закончится, когда она больше не будет принадлежать мне, от того человека, которым я был раньше, ничего не останется. От той жизни, которую я жил до того, как она вошла в нее в ту проклятую ночь.

— Ты первая, — сказал я, скользя губами по ее губам, сочным и опухшим.

Не открывая глаз, она медленно кивнула и наклонилась для последнего поцелуя, прежде чем взять винтовку и положить ее на стол. Я с упоением наблюдал, как она готовила оружие и надевала наушники и очки. Ее гибкое маленькое тело наклонилось вперед, глаза сузились, устремленные на прицел, пока она целилась по линии мишени.

Один. Два. Три. Четыре выстрела раздались.