Страница 82 из 131
— Если твой батюшка не принесет бумагу для записки, я сама отправлюсь в отдел и найду этого джарганца, – сказала Тома.
Остановившись, она села и уставилась на меня немигающим взглядом.
— Если тень наметила меня следующей жертвой, то она вернется. Непременно вернется и..
Я осеклась. Здесь, в доме, опасность может грозить не только мне одной, но и моим близким. Что же тогда делать?
— Мне нужен Милош! – повторила я почти яростно.
— Нужен – значит, ты его получишь, – уверенно заявила кошка и с вызовом сверкнула глазами, готовая прямо сейчас отправиться на поиски куратора из Джаргана.
* * *
Этим утром Елизавета не пришла в отдел. Милош ждал час, ждал два. Тревога в груди нарастала.
Некромант не находил себе места и был готов отправиться незваным в дом к Вяземским, когда в дверь его кабинета постучали, и на пороге появился незнакомец. Он был среднего возраста, одет в костюм простого кроя, какой обычно носят слуги в богатых домах, опрятный, с коротко подстриженной бородой и взглядом человека, привыкшего угождать и выполнять поручения. Мужчина несколько секунд мял в руках шапку, прежде чем проговорил:
— Доброго дня, господин следователь. Это вы Милош Горич?
Горец нахмурился. Предчувствие беды сжало горло ледяной рукой. Первой мыслью была мысль о Елизавете, но джарганец отчаянно надеялся, что ошибается, что с Лизой все в порядке и она не приехала на практику только по какой-то важной причине. Да пусть и неважной, лишь бы с ней все было хорошо!
— Да, – ответил он и добавил: – Проходите. Кто вы и откуда?
Слуга огляделся, затем вошел в кабинет и, закрыв за собой дверь, приблизился к столу некроманта и положил перед Милошем белый прямоугольник с печатью.
— Я от княжны Вяземской. Письмецо вам принес, – ответил он. – А звать меня Дмитрием. Я, знаете ли, младший лакей. Один из слуг в доме князя Вяземского.
Милош взял конверт в руки. Первой мыслью было, что Лиза жива и здорова, раз написала ему письмо. Да и что с ней могло случиться? Возможно, она попросту занята в доме и дела не позволили ей явиться утром в отдел. Но отчего тогда не отпускает неясная тревога? Отчего сердце не на месте?
Спустя миг Горич осознал, что это не похоже на Лизу. Она бы предупредила заранее, а не вот так.
— Моя госпожа хотела бы получить ответ, – продолжил Дмитрий, заметив, что джарганец не торопится взламывать печать на конверте.
Услышав слова лакея, Горич кивнул и несколько секунд спустя уже читал послание, написанное рукой княжны. И чем дольше он читал, тем страшнее ему становилось. Он не желал верить тому, что было написано. «Только не Лиза!» – промелькнула мысль в голове мужчины, и он резко поднялся на ноги.
— Так будет ответ для моей госпожи? – снова смяв шапку, спросил лакей Вяземских.
— Ждите здесь, – ответил ему Милош. – Я сейчас вернусь, и мы с вами отправимся к Елизавете Павловне.
И, прежде чем слуга успел что-либо возразить, Горич спешно вышел за дверь, намереваясь отправиться к Лехно, чтобы предупредить его о том, что сегодня будет отсутствовать, и, по всей видимости, весь день. Кроме того, стоило рассказать старшему следователю о том, что случилось с Лизой, и предупредить, что, скорее всего, она может стать следующей жертвой зловещей тени.
Вот только Милош понимал, что лучше умрет, чем допустит, чтобы девушке причинили вред. И если понадобится, он будет дневать и ночевать под окнами дома Вяземской, охраняя ее покой.
* * *
Отец меня понял. Наверное, понял по-своему, но главное, что он согласился отправить человека с письмом, которое я написала, находясь в постели, под пристальным вниманием Тамары, расположившейся тут же. Кошка лежала, свернувшись в клубок, но следила за тем, как перо скользит по бумаге, оставляя строки, предназначенные моему куратору.
— Вот и хорошо, – произнесла Тома, когда вызванная горничная унесла запечатанный конверт и убрала воск и печать вместе с чернильницей и пером, сказав, что почистит последнее, прежде чем вернет в кабинет князя.
— Ему надо знать, – согласилась я с высказыванием кошки.
— Еще бы, – кивнула она, сверкнув глазами. – Боги, в какую же беду ты вляпалась, Лиза! – добавила она и, поднявшись, почесала задней лапой за ухом.
При этом Тамара выглядела как самая настоящая кошка. Повадки у нее становились все более похожи на кошачьи, хотя, я это помнила более чем отчетливо, в первые дни нашего знакомства она брезговала вылизывать шерстку и мыться под хвостом. Нет, все же Тома все больше превращалась в зверя. Так что стоило переживать и за мою подругу-анимага.
— Как ты? – спросила я, удивив кошку вопросом.
Тома даже перестала чесаться.
— Я?
— Да. Я волнуюсь.. Мы тебе обязательно поможем, – добавила я тихо, но уверенно.
— Мы? – Показалось или кошка усмехнулась? – «Мы» – это ты и этот усатый джарганец?
Я кивнула, а Тамара задергала хвостом, что, впрочем, не всегда выражает у нее гнев. Полагаю, сейчас она таким образом передавала смех.
— Сперва тебе надо выжить, княжна. А я уж подожду. Ты выживи, постарайся. Иначе кто мне поможет, если эта тень заберет тебя?
Поежившись, я вспомнила тень и острое чувство страха, которое она у меня вызывала даже теперь, когда я находилась дома в относительной безопасности. Впрочем, я не могла чувствовать себя спокойно даже здесь. Разве для тени есть преграды?
— Уж поверь, Тамара, мне менее всего хочется умереть, – попыталась пошутить я, но от собственных слов стало невообразимо горько.
А еще.. Еще мне отчаянно захотелось увидеть Милоша. Хотелось, чтобы горец был рядом. С ним я чувствовала бы себя под защитой. Мне казалось, что если кто и сможет спасти меня, помочь, то это он один.
— Интересно, что там с Уваровым? – сменила тему кошка.
Я пожала плечами:
— Боюсь, ему грозит наказание. Мы нарушили запрет. Летать на драконе над городом запрещено.
— В этом он сам виновен, – тут же высказалась кошка. – А твое оружие? Кинжал?
Вспомнив «пьющего кровь», я вздохнула. Все, что я помнила, – это лишь то, что он до последнего мгновения был со мной. Я крепко держала его в пальцах, когда мы летели над городом, и когда приземлились в загон, артефакт тоже был у меня. А потом темнота и более ничего.
— Будет жаль, если такая ценная и полезная вещь пропадет, – посетовала Тома и вдруг, навострив уши, быстро улеглась у меня в ногах, свернувшись в клубок и изобразив спящую кошку.