Страница 83 из 131
Не прошло и минуты, как в дверь спальни тихо постучали. На мой ответ в комнату вошел отец. Он неловко замер, заложив руки за спину и глядя на меня внимательным и настороженным взором, а затем проговорил:
— Ну-с, княжна Елизавета Павловна, расскажете, что случилось на самом деле, или мне придется оставаться в неведении?
— Отец..
Я запнулась. Что я могла рассказать ему? О расследовании, которое было тайной? Так это запрет! Я не имела права разглашать подобные вещи. Я была сотрудником отдела. Пусть и всего лишь практиканткой, Лехно меня за подобное по голове не погладил бы.
Губы отца тронула легкая усмешка.
— Что, Лиза?
— Боюсь, я не имею права.. – только и сказала я, опустив глаза. – Это дело ведет отдел по расследованию темных дел. Это не моя тайна, – произнесла я и осеклась, вдруг сообразив, что сболтнула лишнее.
Отец ведь и понятия не имел, что все это связано с моей практикой. Он думал, что я пострадала из-за Николая и его дракона. Но слово – не воробей. Фраза уже сорвалась с губ, ее назад не вернуть, а мой отец далеко не дурак, чтобы пропустить подобное мимо ушей.
— Что? Так дело в твоей практике? А я-то грешным делом решил, что здесь вина Уварова. А все намного глубже и серьезнее?
Я прикусила губу от отчаяния, мысленно ругая себя за болтливость. Ну как я могла? Как?! Видимо, переживания и мысли, которые крутились вокруг теневого убийцы, заставили меня совершить ошибку. Я ведь не думала ни о чем другом, кроме этой тени и своей причастности к делу. Вот и проговорилась. Проклятие! Отцу точно не стоило знать больше, чем надо.
Он покачал головой.
— Так вот в чем дело, – сказал папа и тяжело вздохнул. – Ты втянула в свои дела и Николая? Признаться, Лиза, я как-то иначе представлял себе твою практику. И уж точно не мог и предположить, что моя дочь будет рисковать жизнью..
— Отец! Ты не так все понял! Когда-нибудь я смогу все тебе объяснить, просто сейчас не имею права, пойми!
Я даже приподнялась на руках, потревожив Тамару, которая продолжала изображать крепкий сон.
Некоторое время папа стоял, молча взирая на меня так, будто видит впервые. Что происходило у него в голове, мне оставалось лишь гадать. Но я была уверена, что для меня там нет ничего хорошего. А все мой длинный язык! Я ведь никогда не была болтушкой, но вот..
Отец снова вздохнул и посмотрел на меня уже более спокойно.
— Хорошо, – произнес он. – Давить и настаивать не буду. Тайна – значит, тайна. Но в таком случае, если эта тайна и практика угрожают твоей жизни, я вынужден подать прошение, чтобы тебя перевели из отдела в место, где и мне, и тебе будет спокойнее.
— Отец!.. – прошептала я, осознавая, что это бесполезно.
Он волновался за меня, боялся потерять. И я понимала его, но знала и то, что не отступлюсь. Да и вряд ли мне позволят отступиться. Теперь слишком поздно.
— Я отправил твое письмо этому человеку, – сказал папа, прежде чем покинуть мою спальню. – Как там его..
— Горич, – напомнила я.
— Да-да, именно. Так вот, я отправил письмо, но это была моя последняя уступка, Лиза. И не спорь! А теперь лежи и отдыхай, тебе надо набираться сил. И помни, что я тебя люблю, – произнес он то, что говорил крайне редко, лишь в самые ответственные моменты.
Видимо, сегодня был как раз такой.
— Я не могу оставить практику! – бросила я жалобно ему в спину.
Он развернулся. Глаза отца были невероятно серьезными.
— Когда у тебя будут дети, Лиза, ты поймешь, что чувствую я, – проговорил он и вышел, закрыв за собой дверь.
А я без сил упала на подушки и в отчаянии закрыла глаза, чтобы не разрыдаться, что на меня уж совсем не похоже.
* * *
Милош выбрался из салона своего экипажа и, запрокинув голову, взглянул на дом, возвышающийся над ним. Где-то там, за стенами особняка, находилась Лиза, и осознание этого придавало джарганцу сил и настойчивости в том, что он собирался сделать.
— Господин следователь, что нам предпринять? – спросил один из магов-боевиков, вышедших следом за горцем из экипажа.
Боевики были выделены отделом для защиты Вяземской. Лехно расщедрился на трех темных магов, которых Милош отобрал лично из числа лучших.
— Пока оставайтесь здесь, – распорядился Горич. – Сначала мне надо поговорить с князем Вяземским и объяснить ему положение дел.
— Как прикажете, – кивнул один из боевиков и, сделав знак двум другим магам, направился по посыпанной гравием дорожке вдоль дома, чтобы не тратить время зря и осмотреть местность, которую предстояло защищать.
Горич поднялся по лестнице, уже зная, что был замечен прислугой. У дверей его ждали. Лакей, приветливо распахнувший дверь, вежливо отступил в сторону, впуская джарганца в дом, и лишь после с поклоном спросил его имя и причину, по которой он явился с визитом.
— Доложите обо мне князю Вяземскому, – спокойно попросил Милош. – Скажите Павлу Феоктистовичу, что прибыл следователь из отдела и просит о встрече. И обязательно добавьте, что дело касается его дочери, княжны Елизаветы Павловны.
Лакей выслушал некроманта и, кивнув, произнес:
— Князь Вяземский сейчас работает у себя в кабинете. Пожалуйста, подождите, пока я передам ему ваши слова.
Протянув руку, он предложил гостю пройти в малую гостиную, предназначенную для таких случаев. Милош кивнул, а когда слуга удалился, подошел к окну и выглянул наружу.
Почти сразу он увидел боевиков. Они ходили по саду и осматривались. Черный экипаж джарганца стоял на прежнем месте, у парадной лестницы, и кучер Урош уже раскуривал трубку, намереваясь приятно провести время, пока хозяин занимается своими делами.
Как-то незаметно думы Горича вернулись к Елизавете. «Лиза..» – произнес он мысленно. Как же ему нравилось вот так называть ее по имени, и как много он отдал бы за то, чтобы произнести ее имя вслух! Чтобы обращаться к ней только так и не иначе! Не называть Вяземской, княжной или Елизаветой Павловной, а нежно – Лизой, Лизаветой, Лизонькой..
Милоша пугали новости. То, что написала ему девушка, ввергло его в пучину страха. А ведь он никогда не боялся. Уж точно не за себя. А когда узнал, что Лиза едва не превратилась в мага жизни, внутри что-то дрогнуло, перевернулось. Он понял, что больше никогда его мир не станет прежним, что в нем прочно поселилась одна атронская девушка. Та, которая смогла затронуть в его сердце струны, о существовании которых он даже не подозревал.
— Господин Горич!
Услышав голос лакея, Милош повернулся и увидел слугу, застывшего в арке проема.
— Князь Вяземский примет вас немедленно.