Страница 41 из 131
Перед Томой открылась лестница. Запах стал немного ярче. Кошка бегло огляделась, не притаился ли кто поблизости, но не услышала ни шорохов, ни звуков. Да и человеческим духом пахло едва-едва. Зато аромат духов графини стал сильнее и повел кошку за собой вниз. Она почти перешла на бег, перепрыгивая ступени с удивительной легкостью. Мрамор холла приятно освежил лапки, и Тамара оценивающим взглядом посмотрела на высокие окна, за которыми спал парк. Затем снова побежала на запах. Он повел ее в арочный проход и дальше, через путаницу коридоров. Кошка уже не обращала внимания на обстановку дома. Все, что ее волновало, – это духи графини, становящиеся все ярче и ближе.
Но тут она остановилась перед выросшим препятствием – высокой дверью, обитой листами стали. Тома уселась, обвив хвостом лапы, и, запрокинув голову, посмотрела на отсутствующую ручку, вместо которой увидела лишь отчетливо выделяющийся квадрат, опутанный магической паутиной. Тома потянула носом и ощутила, что запах духов тянется из-под двери. Но как попасть за нее, кошка не знала.
В раздражении вскочив на лапы, она принялась ходить взад-вперед, размышляя, как проникнуть за таинственную дверь. Что-то подсказывало ей, что там скрыто нечто важное. Возможно, у Явлонской есть подземелье с лабораторией. Темные маги грешат подобными вещами. Тома знает это точно, поскольку не понаслышке знакома с темными.
— Что же делать? – пробормотала она.
Не хотелось возвращаться к Лизе ни с чем. Но и открыть эту дверь не представлялось возможным.
— Проклятие! – выругалась кошка.
Тут не обойтись прыжками да лапками. Здесь замешана магия.
Тома сделала еще круг по коридору, затем снова уперлась в закрытую дверь и решила ждать. «Графиня там, – подумала она – слишком уж ярким был запах, тянущийся тонкими нитями из-под двери. – Что, если я дождусь, когда старая ведьма выйдет из подвала, и прошмыгну внутрь?»
Однако, хорошенько поразмыслив, она оставила эту затею, потому что не была уверена, что сможет потом выбраться из тайного убежища хозяйки особняка. Но и уходить, ничего не разведав, Тамаре не хотелось.
Она еще немного посидела перед дверью, затем полежала, затем снова принялась кружить по коридору. И вдруг услышала громкий щелчок. Тома бросилась в сторону и спряталась за узкой вазой, стоящей в темной нише стены. Затаив дыхание, кошка стала всматриваться в дверь.
Наконец она открылась, и в коридор вышел мужчина. Тамара сразу узнала и его, и женщину, которая шла следом за ним. Это были Явлонская и ее слуга Матвей. Тот, который сидел на облучке ее экипажа. Ароматы цитруса и сандала стали такими яркими, что кошка едва не чихнула, но вовремя успела закрыть лапкой нос и снова застыть, став частью тени, в которой пряталась.
Слуга, дождавшись, когда графиня выйдет, закрыл дверь и придавил ее для надежности плечом.
— Вот и все, – произнесла Софья Александровна. – Ты понял задачу?
— Да, госпожа.
— Всего одну каплю. Мне хватит, – строго повторила старая графиня, и толстяк слуга поспешил прочь, забавно переваливаясь на коротких ногах.
Явлонская проводила его взглядом, и Тамара невольно сглотнула, увидев, как сверкнули глаза хозяйки особняка. Затем графиня пошла вперед, и, лишь когда стихли ее шаги, Тома рискнула выбраться из укрытия.
«О чем это Явлонская говорила со слугой? – задумалась кошка. – Что еще за капля?» Она подошла к двери, потрогала ее лапой, затем, осознав бесполезность своих усилий, развернулась и направилась прочь от спуска в подвал.
Тома знала, что расскажет обо всем Лизе, вот только сильно сомневалась, что эта информация как-то поможет молодой княжне. И все же чутье подсказывало кошке, что она узнала нечто важное. Понять бы еще что.
* * *
Позавтракав в своей комнате и выслушав историю похождений Тамары, я поспешила прочь из дома, надеясь, что не опоздаю в отдел. Горич не показался мне таким уж строгим куратором и явно не станет бранить за опоздание, но здесь играло роль то, что я сама не желала опаздывать, да и не люблю. Хватит с меня того, что я сделала это в первый день практики. Теперь буду исправляться. Лехно не должен заподозрить меня в безалаберности и безответственном отношении к своим обязанностям.
Хвала всем богам, в отдел мы приехали вовремя, даже немного раньше. Платон остался дожидаться меня на углу улицы, а я поспешила в здание, у дверей поздоровавшись с магом, несущим сегодня службу дежурного.
Пока я ехала, из головы отчего-то не выходили слова Тамары про эту загадочную каплю. Нет, я, конечно, пыталась успокоить себя, что меня это никоим образом не касается. Возможно, графиня заказала своему человеку достать какие-то редкие капли для зелья или для какого-нибудь обряда, но на душе скребли кошки, и было немного неуютно.
Все потому, что я помнила, как мы простились с Явлонской после ее визита. Да, она была вежлива и вела себя безукоризненно. Но ее глаза.. Ее взгляд.. Она не отступится, вот уверена.
— Остерегайся эту дамочку, Лиза, – напутствовала меня утром кошка. – Я еще наведаюсь в ее дом и постараюсь проникнуть за таинственную дверь. Мне кажется, за ней может скрываться нечто важное.
Отговорить Тому не получилось. И я знала, что она будет пытаться снова и снова. Кошки вообще такие существа, которые не слушают людей и поступают только так, как им хочется. Даже такие необычные, как моя Тома.
— Я вам говорю! Меня убить пытались! – услышала я вдруг мужской голос и невольно замерла, так и не добравшись до лестницы.
Прогнав мысли о кошках и о графинях, я заинтересованно повернулась и увидела, как из кабинета младшего следователя Краснова выходит молодой мужчина в рабочей одежде. Он выглядел крайне недовольным и взволнованным и что-то пытался доказать магу, идущему следом.
— Меня сначала бросили в реку, а затем..
— А затем вытащили и спасли? – перебил его Краснов, с подозрением и даже некоторой насмешкой глядя на молодого мужчину. – А мне кажется, вы просто перебрали, Иван.. э..
— Федорович, – напомнил свое отчество рабочий. – И ничего я не перебирал! Я вообще, знаете ли, пью только по праздникам, что и пытаюсь до вас донести! Вчера я возвращался с работы, шел через мост, и на меня напала какая-то тень. Швырнула в воду и утопила – понимаете, утопила! – сорвался он на крик.
— А потом спасла и исчезла? – усмехнулся Краснов.
Я же отвела глаза и поднялась на несколько ступеней, пока рабочий и следователь на повышенных тонах беседовали за пределами кабинета Краснова.