Страница 21 из 154
С наступлением темноты обоз добрался до небольшой деревушки, где остановился на ночь. Выжившие носильщики, конюхи и прочая обслуга занялись рутиной, приготовили ужин. Деревенские жители вызвали лекаря из соседней деревни, помогли ухаживать за ранеными, собрали множество лекарственных трав, конечно, небесплатно. Погибших наемников похоронили на ближайшем кладбище, где торговец из дома Чжао торжественно пообещали вернуть вещи и заработанные деньги семьям, а потом вместе с помощниками пошел ужинать, заодно выпить немного вина.
— Впереди еще половина пути. Хватит ли нам людей, господин? — поинтересовался слуга.
— Вполне. Никто не грабит один и тот же обоз дважды, — ответил ему торговец. — Ты не забыл? Теперь у нас на одну повозку меньше! — с досадой продолжил он.
— Нам не придется доплачивать наемникам? Ну… за нападение бандитов?
— С какой стати? — злобно зыркнул на него торговец, — Мы их для того и наняли! Какие доплаты! Я не виноват, что они бездари. Мы потеряли хороший товар, а ты несешь всякую чушь!
— Простите господин!
— Даже смерти этих отбросов не покроют убытков!
— Так вы не собираетесь передавать деньги их семьям?
— Если продолжишь молоть чепуху, я тебя побью палкой! Не вздумай ляпнуть такое при наемниках, а то и правда придется платить, — пригрозил торговец, — Об убытках моих ты не думал? Заплатим только тем, кто выжил.
— Господин, но вы сами говори, что храбрость надо поощрять, — напомнил слуга, — тогда другой раз они тоже постараются…
— Ты чего это их защищаешь? — прищурился торговец. — Тебя должна волновать только моя выгода. Понял?
— Простите.
— Если кто придет разбираться, мы тихо заплатим, чтобы не поднимали шума, а остальные обойдутся.
— Очень мудро, господин.
«Если бы я там сдох, то меня бы тоже скинули в канаву и забыли. Девочки не увидели бы ни гроша», — покачал головой Чжан Мин, невольно подслушав их разговор, — «Как-то пакостно на душе».
Торговца с личной охраной поселили в отдельном доме, а наемникам достался для ночлега пустующий амбар и конюшня. Когда суета утихла и большинство людей разошлись спать, Чжан Мин вышел во двор к костру, где вытряхнул из мешка все трофеи, снятые с тел разбойников. Сразу после боя его разум находился в смятении, потому разобрать добычу он еще не успел. У костра сидели несколько человек, не принимавших участие в ограбление мертвецов и презрительно морщились, наблюдая за ним.
Разложив вещи на земле, он довольным взглядом окинул трофеи. Ему достались наручи из кожи, три топора, короткое копье, пара кинжалов вместе с ножнами, книжица с картинками и несколько украшений из метала с неясной ценностью. Разбойники пришли с пустыми карманами, поэтому наличными деньгами он собрал лишь двадцать медяков.
— Это должно чего-то стоить, — в слух подумал Чжан Мин.
— Пф. Нельзя брать вещи с убитых. Их мстительные духи будут преследовать тебя, — назидательно произнес один из наемников.
— Если призраки существуют, то наверняка у них есть дела поинтересней, чем гоняться за живыми.
— Ты не веришь в призраков?
— Я их ни разу не видел, — ответил Чжан Мин.
— Ха. То-то ты такой смелый. Потом не жалуйся.
«Насрать мне на вас», — думал он, — «Для меня деньги важнее!»
Кожаные наручи Чжан Мин сразу нацепил на себя, царапины на поверхности говорили о большом количестве битв, где они пригодились. Почему-то вдруг вспомнив дочерей, он отложил кинжалы и книжку с картинками специально для них, а остальное решил продать в Городе Облаков, куда направлялся обоз. В воспитании детей он не разбирался, поэтому посчитал отличной идей дать маленьким девочкам острое оружие для самозащиты.
Потрепанная тонкая книжица из десяти страниц рассказывала о лекарственных травах, растущих на территории провинции. Рисунки явно выполнил мастер со знанием дела, а рядом с ними оставил подробные описания свойств и способов применения растений. На каждой странице помещалось описание только одного вида, зато подробное. Знания о целебный травах показались Чжан Мину крайне полезными, а сама по себе книжица лучшим из трофеев.
Перед сном он тщательно почистил оружие, в том числе подобранное с мертвых бандитов, смазал жиром от ржавчины, осмотрел щит, который уцелел, не смотря на множество глубоких следов от топора. Подготовившись к новому дню, Чжан Мин лег спать, но всю ночь ворочался.
Картины недавнего боя вертелись у него в голове, мелькали лица разбойников сначала живых, искаженные яростью, за ними тянулась вереница мертвецов, лежавших на земле в уродливых позах. Во сне они неожиданно открывали глаза и смотрели на него, будто осуждали за то, что выжил. Медленно они начали подниматься с земли, а потом тянули к нему окровавленные руки.
— А-а-а! Пошли прочь! — Чжан Мин проснулся в холодном поту, — Хуф-хуф-ху. Неужели про призраков правда? — ужаснулся он, вытирая лоб. — Они меня преследуют …
— Ты чего орешь? Напугал! — заворчал на него наемник спавший рядом. — Дай поспать!
— О! Уже утро!
Через окно пробивался яркий солнечный свет. Снаружи дома доносилось чириканье птиц, лай собаки, возмущенной присутствием чужаков. Воздух пах дымом и немного навозом. Мирное деревенское утро, словно никакого сражения вчера не произошло или оно казалось сном. Потягиваясь, Чжан Мин вышел во двор умылся и пока остальные наемники медленно просыпались он сделал разминку.
Методы тренировок из свитка Чжан Мин перемешал с упражнениями его родного мира. К примеру, он нашел над воротами прочную балку, на которой несколько раз подтянулся, потом взял широкую бамбуковую палку, повесил на оба ее края по ведру воды и выполнил приседания. Поскольку ему предстоял целый день пешего пути, он не усердствовал.
— Очень интересная техника тренировок! — похвалил один из наемников, наблюдавший за ним со стороны. — Не против, если мы возьмем ее на вооружение?
— Конечно, — согласился Чжан Мин. — Только не забудьте угостить меня вином, когда вернемся домой.
— Ха-ха! Хорошо!
После завтрака торговый обоз покинул деревню, оставив тяжелораненых на попечение местных жителей. Наемникам снова предстоял долгий путь пешком по пыльной дороге. За спиной у Чжан Мина бряцал мешок с оружием, ударяясь о щит, на поясе по другую сторону от меча висел топор, а в кошельке позвякивали дешевые украшения бандитов. Возничие не позволили ему положить вещи мертвецов в повозку, поэтому он тащил все на себе.