Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 74 из 106

проводил в лечебнице. Потом меня снова вызвал император. Оказалось, что в честь

великой победы, Император устраивает в столице двухнедельные праздники, и требует,

чтобы я всю неделю в них участвовал. Я объяснил что я не смогу этого сделать. Что

как раз в эти дни решается, пойдёт ли на поправку Эреб, и каждая мелочь может

склонить чашу весов в ту или иную сторону. И моё присутствия рядом с ним, непременно

скажется в положительном смысле. Император выслушал, сердито посопел, но согласился.

И потребовал только, чтобы я присутствовал во время его торжественной речи, которой

откроются праздники. Я вынужден был согласиться. Только заранее нанял карету, чтобы

как можно скорее умчаться прочь, как только эта самая речь закончится. Я решил не

делать порталов, поберечь магию, мало ли что могло пойти не так?

На открытии праздника император сказал очень тёплую речь. Назвал меня героем и цветом

нации, спасителем Отечества. Осыпал дополнительными милостями, так сказать, уже на

публику. Его речь многократно прерывалась овациями толпы… А мне каждая минута

тянулась, словно капля патоки! Но вот, последние слова были сказаны, и я тихонько

улизнул потайным ходом, разумеется, перед этим почтительно откланявшись. И поспешил

к Эру.

Надо сказать, лечебница Фредерика Рея гораздо больше чем наша. Во всяком случае, в

его операционной вполне помещался дракон. А кроме того, возле лечебницы были этакие

конюшни… или вольеры… сами понимаете, в столице не редкость крупные фамильяры, вроде

зубров или даже слонов. В одном из них и лежал раненый Эреб.

Засаду я почувствовал, как раз подходя к этой конюшне. Если бы я не был

профессиональным военным, я бы ничего не понял. Меня бы убили сразу. А тут я

моментально поставил магический щит, и обомлел, когда по этому щиту полетели

разряды. Я всё ещё не верил, что это покушение, я думал, что это какая-то ошибка,

только не мог понять, кто ошибся и почему? Кому придёт в голову делать покушение на

известную всей стране личность, да ещё в столице, пусть и на окраине? А нападающие

всё лупили по щиту, и щит уже дал первую трещину.

Их было шестеро и, можете мне поверить, это были умелые и опытные бойцы. Все в чёрных

одеждах и чёрных, тряпичных масках, скрывающих лицо. Но я сразу понял, что это не

мои люди. Мои ударили бы залпом! А эти… я уже говорил, все маги — индивидуалисты. И

эти не были исключением. И это был мой шанс. Со мной не было привычного плазменного

меча, но моё искусство боя никуда от меня не делось. И, первое, что я сделал, — это

мгновенно переместился. Нет, не сбежал. Как я мог сбежать, бросив своего Эра? Я

переместился так, чтобы оказаться на одной линии сразу с двумя врагами. Ну, если

проще, чтобы один из нападавших оказался между мной и другим нападавшим, мешая ему

ударить. Он же своего тогда зацепит? А я поставил остатки щита, который раскололся

вдрызг от удара ближайшего, и ударил в ответ. Хор-р-рошо ударил! Так хорошо, что мой

плазменный шар прошёл обоих навылет, сокрушая из защиту. Так сказать, одним ударом

двух зайцев… А я тут же сотворил новый щит и оглянулся.

Я уже говорил, что это были профессионалы? Они тоже не сидели. Поняв, что обнаружены,

что внезапного нападения не вышло, они тоже стали умело перемещаться. И я вдруг

обнаружил, что стою как раз между четверыми оставшимися. Это называется «взять в

коробочку». К кому бы я не повернулся лицом, кто-то другой обязательно окажется у

меня за спиной. И ещё двое с боков. Очень опасная ситуация! Можно сказать, им

осталось меня только расстрелять, словно мишень в тире.

Они просчитались. Они упустили из виду очень важное обстоятельство. Мой Эреб был

сильно ранен, это правда. Но он был жив. Он меня чувствовал. И он был рядом. Со

страшным рёвом дракон попросту выломал ближайшую стену, вырвался на простор и тут же

полыхнул огнём. Минус ещё двое. Ещё у одного, от страшного жара вспыхнула маска. И

он торопливо сорвал её с головы. И тут же ударил в меня. Я подставил щит.

Мой Эр оказался умнее. Он метнулся между нами, закрывая меня своим телом. И он был

прав. Мой щит такого не выдержал бы. Это был тот самый «Проклятый Шип Ледяной

Пустоты». Страшное наследие Некроманта. Эреб получил ранение под сердце и сразу

рухнул без чувств. Тот, который ранил дракона, он всё понял сразу. И тут же исчез с

поля боя, сотворив пространственный портал. Последнего из нападавших я сжёг дотла.

Такая уж во мне бушевала ярость. По-хорошему, его следовало бы взять в плен… но эта

здравая мысль пришла ко мне слишком поздно. Да и вообще… зачем мне этот пленный?

— Но его можно было бы допросить? — рискнула я вставить слово.

— Зачем? — возразил Крейг, — Ничего путного он не сказал бы. Дело в том, что я узнал

того нападавшего, который скинул маску.

Генерал тяжело замолчал.

— И кто это был? — осторожно спросила я.

— Это был граф Гюстав Барнейб, — мёртвым голосом ответил Крейг, — Глава отряда личных

телохранителей его величества императора. И, получается, за покушением стоит

император? Но этого не может быть! Зачем⁈ Но, не может быть и другого. Барнейб ни за

что и никогда не посмел бы сделать ничего, без личного распоряжения его величества.

Я потом долго размышлял, что же произошло? Ну, положим, стал я неугоден его

величеству. Может, поклёп какой, или тайные козни врагов моей семьи? Бывает, я в

политике не силён. Ну, арестуйте меня! Официально! И разбирайтесь, где ложь, где

правда. Хорошо, даже если я стал поперёк его величеству. Объяви меня заговорщиком и

казни! Опять же, официально. На площади, перед народом. Неужели у императора не

хватит власти, чтобы казнить изменника? Не смешите… Но, вместо этого, император меня

награждает, осыпает милостями… и подсылает убийц? Бред какой-то! Значит, не

император? Но это был Гюстав Барнейб! Без приказа императора он чихнуть не посмеет!

Маскировка? Кто-то замаскировался под Барнейба? Зачем⁈ Кого они хотели этим

обмануть? Они были в масках! Они пытались меня убить! Зачем мне, будущему покойнику,

думать, что меня убил Барнейб, хотя это был не Барнейб? Глупость какая-то! И, опять

же, удар оружием Некроманта. Тут понятно. Любое расследование придёт к выводу, что