Страница 73 из 106
файерболы, отравляя и без того спёртый воздух, Эр показывал чудеса пилотажа,
ввинчиваясь в крохотные промежутки между проклятьями, и я уже готовил свой самый
мощный удар, который должен был попросту испепелить Некроманта… но тот ударил
первым.
Я уже говорил, что простые заклятья от Эра отскакивали. Но это было заклятье не
простое. Это был тот самый, «Шип Ледяной Пустоты», невероятное по силе заклятье.
Дракон среагировал мгновенно, и прянул в сторону, но не успел. На крохотную долю
секунды не успел. И тогда он распахнул крыло, защищая меня. Крыло вспыхнуло чёрным
пламенем…
Потом мы долго обсуждали этот момент с лучшими магами Империи. Потому что всё
случилось в краткий миг. Мы пришли к выводу, что произошло вот что: Некромант
зачерпнул свою тёмную магию у своего фамильяра, а тот потянул новую порцию из
астрала… в тот же миг Некромант швырнул своё проклятие в меня… одновременно Эр
подставил своё крыло и его накрыло всей силой удара… и я почувствовал этот удар,
словно он пришёлся в меня самого! И, не раздумывая, на одних инстинктах, ударил в
ответ всей той силой магии, которую приготовил для Некроманта! И мой удар пришёлся
как раз в ту призрачную нить, которая ещё не успела рассеяться от удара проклятьем.
Понимаете? Мы, все четверо, на краткий момент времени оказались связаны магическим
каналом: Призрачный Змей, Некромант, дракон и я, а потом уже мой удар пошёл по тому
же каналу в обратную сторону: я, дракон, Некромант и Призрачный Змей. А вы помните,
что Змей уже зачерпнул из астрала полную меру магической силы? И мой ответный удар
превысил его меру. Мало того: в этом Змее теперь столкнулись две силы, негатив и
позитив, плюс и минус, мой огонь и холод Некроманта… И это стало приговором.
Призрачный Змей страшно выгнулся, вспучиваясь и пузырясь, и взорвался изнутри,
разбрасывая свои гнилые ошмётки по всему полю. А мой Эр, с подбитым крылом, рухнул
вниз. И я уже ничем не мог ему помочь. Всё, что у меня было, всё до капли, я вложил
в тот свой удар.
Крейг на секунду прикрыл глаза ладонью, словно защищая их от слишком ярких
воспоминаний. И медленно убрал руку.
— Потом мне рассказывали, как всё войско мертвецов рухнуло, словно подкошенное,
моментально истлевая в прах. Как страшно кричал Некромант, лишившийся всей своей
силы. Он кричал так жутко, что у самых дальних рядов наших полков мороз пробежал по
коже. Как торопливо зашептал Некромант ритуальное заклятье, посвящая себя своей
госпоже — Смерти, и вонзил небольшой кинжал, испещрённый рунами, прямо в своё чёрное
сердце. Если бы я не лежал в беспамятстве, я бы ему этого не позволил. Он бы у меня
так просто не отделался бы… Но ничего этого я не помню. Мы с Эром валялись без
чувств.
А потом произошло такое, что я до сих пор не могу вспомнить без слёз. И я их не
стыжусь! Безо всякого приказа, без какого-либо даже намёка, всё войско, все бойцы,
измученные и израненные, сами почти без сил, пошли ко мне, и каждый делился каплей
магии. Простите, друзья… Сейчас…
Крейг гулко сглотнул, минуту посидел неподвижно, и тихо продолжал:
— Поймите, многие из них были серьёзно ранены, и им требовалась магия для лечения, у
многих были ранены фамильяры… и не просто так, а проклятиями, которые не исцеляются
так легко… и всё же они делились со мной своими крохами! Каждый! Это… это… Простите!
Кгхм… сейчас… кгхм… Когда я очнулся, Эр лежал на земле и не подавал признаков жизни.
Но и не уходил в астрал! Я попытался что-то сделать с раненым крылом… и проклятье
всколыхнулось, вгрызаясь в то, что осталось. Вы видели, что представляет собой этот
«Шип…». Вы можете себе представить, что случилось. Любая магия превращалась в
смертельное своё отражение. Мне оставалось только одно: я поручил закончить все дела
своему заместителю, а сам, из последних сил, пробил пространственный портал к
лечебнице моего друга, Фредерика Рея, и мы с драконом выбросились на порог его
лечебницы. И опять я потерял сознание.
Хорошо, что Ворчун оказался в лечебнице… Потом мы долго лечились. Оба. Оказалось, что
краешками всяких мелких проклятий нас обоих всё же изрядно посекло. Но, главное было
не это. Главным было то, что Ворчун как следует принялся за Эра. Он и раньше,
нет-нет, да заращивал какие-то царапины, которые умудрялся получать Эр, ещё до того,
как присмирели соседи, и они были хорошо знакомы.
Так вот, ему пришлось пойти на крайние меры: от вырезал ту часть крыла Эреба, которая
была поражена. И потом медленно и осторожно наращивал плоть, чтобы восстановить
крыло. А тут ещё оказались переломанными кости, когда дракон рухнул с высоты… А за
меня всерьёз взялись имперские маги. Нет, не за лечение. Пару своих переломов я сам
себе зарастил. Они требовали вспомнить в подробностях весь бой: кто чем бил, с какой
силой, какие заклятья на каких проклятьях были замешаны… Взяли и образцы той
гадости, которая оставалась на крыле, когда мы вывалились из окна перехода.
«Это правильно», — думал я, — «Мы должны знать оружие наших врагов! Чтобы лучше
продумать собственную защиту впоследствии, если подобное повторится впредь». Откуда
же я знал, что произойдёт дальше?
Постепенно Эреб пошёл на поправку. Вы видели его крыло? Так вот, это в сотню раз
лучше, чем-то которое было после боя! И, если бы… ладно, не будем забегать вперёд.
Мой заместитель отлично закончил дело. Впрочем, там и делать оставалось немного.
Мертвецы, поднятые Некромантом, полегли. Немногие живые сопротивления оказать уже не
могли. Ближайшие помощники Некроманта тоже совершили ритуальное самоубийство, и
допросить их не удалось. Те, кто добровольно ему сдался и наёмники ничего толком
сказать не могли: им платили, но не посвящали в серьёзные вопросы. Так и осталось
непонятным, откуда пришёл Некромант, зачем пришёл, какие у него были цели…
Меня сделали героем. Император лично наградил меня в тронном зале. Высшие сановники
Империи старались заполучить меня в гости, и некоторым я не смог отказать. Но как я
мог надолго оставить своего друга? Как я мог веселиться и шутить, когда Эр лежал при
смерти? От подавляющего большинства приглашений я вежливо отказался, и дни и ночи