Страница 23 из 66
Глава 8
Москва, Посольство Франции
Наконец, придя в себя, хлыщ что-то пробормотал на французском языке. Его Марат уже уверенно отличал от других языков. Аиша, когда по телефону с друзьями или родственниками болтала, часто на французском это делала. Смешной язык, с точки зрения Марата, хотя своей девушке он, понятное дело, этого не говорил. Но слов он практически не знал. Разве что «Революсьон»… Аиша так заразительно смеялась, когда он пытался за ней это слово повторить. Никак оно ему не давалось…
— Что этот обморочный там бормочет? — спросил Марат Аишу.
К его удовольствию, Аиша никаких претензий ему не высказывала. Напротив, тесно к нему прижалась, закрывая побитого иностранца от других гостей. А то он вначале врезал этому хлыщу, а потом только сообразил, что ей это может не понравиться. К счастью, Аиша точно его не осуждает, похоже. Все он правильно понял, ей было неприятно, что французик руки распускал.
— Он говорит, что на дипломатическом приёме нельзя так с участниками приёма обращаться.
— А лапать тебя за руки против твоей воли разве можно? — пожал плечами Марат. — Ну ладно, вроде этот бледный призрак прочухался. Не шмякнется тут уже на пол. Пошли, милая в другой конец зала. И больше я от тебя тут ни на шаг не отойду. Приличное место, говорили они…
— Хорошо, Марат. Так, пожалуй, лучше будет, — с благодарным видом сказала Аиша, взяв его под локоток.
Когда отходили от француза, Марат внимательно осмотрелся. Никто на них или француза не пялился.
Ну вроде все красиво сделал. По высшему разряду. Скандал нам тут точно ни к чему, — подумал Марат.
Они прошли в другой конец зала, взяли там новые бокалы вина.
Бить ради Аиши Марату никого раньше не приходилось. Обычно для наглецов хватало его внушительного внешнего вида. Но все случается в первый раз. И он не собирался по этому поводу долго переживать.
Тем более что оркестр народной музыки неподалёку от них впервые, наконец, что-то интересное заиграл. На фоне ранее выпитых бокалов вина что-то отозвалось в душе Аиши, и она за руку потянула Марата в ту сторону.
А потом они еще и за десертами сходили, сколько можно уже есть основные блюда. Тем более Марат сразу поделился с Аишей своим опытом с предыдущих дипломатических мероприятий, что десерты достаточно быстро растаскивают, по крайней мере самые вкусные. А Аише хотелось всего отведать.
Искусство повара она уже оценила. Он был очень неплох.
Марат был уверен, что тут же о происшествии забудет, но какая-то мысль неотступно его мучила. Словно что-то надо срочно сделать… Наконец он понял, какая именно. Паше надо рассказать! Произошедшее, наверное, все же подпадает под рамки инцидентов, которых он велел избегать. Ну и что, что никто не видел, как французик схлопотал за то, что к чужой девушке лип? А вдруг он пожалуется кому-то?
А с другой стороны, если Паше рассказать, то когда в следующий раз у него ещё одно приглашение свободное на руках окажется, он их с Аишей в посольство на приём точно не позовёт. А ведь то, что иностранец этот к Аише приставал, — это, в принципе, и самого Марата вина. Зачем он её вообще одну оставил? Какая разница, в какой именно части этого зала им находиться? Почему им было не пройти вместе поближе к еде и напиткам, чтобы её одну не было нужды оставлять?
Потому что так-то формат дипломатического приёма Марата устраивал. Аиша вон как приоделась. Она даже в рестораны так серьезно не одевается. Вся в золоте, бриллиантах, а самое главное, что очень и очень довольная, что в такой серьезной компании находится и с людьми приличными общается. Ну приличными, само собой, за исключением этого наглого французишки.
Ишь, поедатель лягушек как распалился… Решил, видимо, что он у себя дома, во Франции, находится. Ну теперь у него такой иллюзии больше точно не будет.
Терзаясь между выбором, говорить или не говорить Паше, Марат решил с Аишей посоветоваться. Все же она из богатой семьи. Лучше должна во всех этих моментах разбираться. Паша иногда говорил странную фразу «богатые тоже плачут». Ну, слезы на глазах у француза точно после удара появились… В общем, Аиша точно должна что-то дельное посоветовать.
— Аиша, — сказал он, — как ты считаешь, мы Паше должны сказать о том, что я тут окоротил этого наглеца, что тебя за руки хватал?
Немного подумав, Аиша сказала:
— Ой, и верно, Марат, надо сказать. И не медлить с этим! Мы же по приглашению от него пришли. Если у нас будут неприятности, то они могут и у него тоже из-за нас возникнуть. Пусть Паша тоже знает, что и как случилось.
— Раз так, пошли его искать, — тяжело вздохнув, сказал Марат.
Москва, Посольство Франции
Когда Марсель в себя немного пришел, первая его мысль была немедленно пойти к начальству и пожаловаться на то, что на него прямо на приеме напали. А затем еще и угрожали убить. Неслыханно!
Но потом он внезапно осознал кое-что. Атаковал его крепко сложенный парень лет двадцати. А не может ли это быть тот самый Виктор Макаров, которого поставлена задача сегодня найти?
В этом случае получится, что он задание полностью провалил. Чрезмерное внимание спутнице сына первого заместителя министра иностранных дел СССР уделил, заставив его ревновать. Да, а ведь это вполне возможно. Сын такого крупного чиновника, очень влиятельного в Советском Союзе, как раз и может оказаться тем, кто способен ударить человека на иностранном приеме.
Это же золотая молодежь. Им законы и правила приличия не писаны.
Что ему скажут старшие товарищи, посмотрев на него с пренебрежением? Ясно, что, что он все дело запорол, что ему было поручено. Да еще и спросят, что он вообще к девушке полез, если у него главной задачей является установление максимально позитивных отношений с Ивлевым и Макаровым?
И не сошлешься ведь, что он эту Марию за Шадрину принял. Любой, кто на нее взгляд кинет, тут же скажет, что она вообще на портрет Шадриной не похожа. Да и эти азиатские корни налицо.
Так что он решил, что о том, что с ним произошло, надо помалкивать.
А ведь контакт с Макаровым надо установить… Это его задание. И раз он на него наткнулся, надо его выполнять.
Но нет, ему теперь это делать бессмысленно. Ясно, что ему теперь заново подходить к этой парочке точно не стоит. В этом случае как бы уже прямой конфликт не вспыхнул. Так-то он еще легко отделался. А вот если вспыльчивый представитель золотой молодежи ему вообще в нос кулаком заедет, то над ним же потом все время службы в СССР смеяться в посольстве будут.
Мол, очень уж ты оригинально агентов вербуешь, Марсель, устанавливая контакт с их кулаками своим носом…
Значит, ему нужно навести на эту парочку одного из своих коллег. Сказать, что неудачный первый контакт вышел. Парню он явно не нравится из-за того, что любезно, как и положено настоящему французу, общался с его девушкой. Классический ревнивец. Так что лучше, если кто-то другой подойдет.
Потирая все еще болевшую печень, Марсель решил, что если он так сделает, то его даже и похвалить могут, когда после приема резидент будет все отчеты агентов изучать по сегодняшней работе. Да, точно похвалят за то, что он одного из ключевых участников приема, важных для французской разведки, смог обнаружить. И может быть, даже особо отметят, что он не стал жадничать, когда в силу неопытности, естественной для начинающего разведчика, не смог сам поладить с потенциальным агентом. Передал его тому, кто с этим лучше справится. Все во имя Франции, все для родины!
Да, это оптимальный вариант. И Марсель тут же отправился, стараясь больше не попадаться на глаза этой парочке, к одному из своих коллег.