Страница 1 из 6
Глава 1
Москва, конспиративная квартира КГБ
Артамонова вернулась обратно в ту же квартиру, в которой они проводили процедуру с детектором лжи. Ясно, что не при Диане ей нужно обсуждать её результаты.
Сотрудник ей тоже по имени-отчеству не был представлен, как и Диане. Ни к чему это. Протоколы безопасности одни для всех.
— Скажите, прошла ли моя подопечная ваш детектор лжи? — заперев за собой дверь, спросила его Артамонова.
— Прошла, хотя я и несколько озадачен.
— Что именно не так? — спросила с любопытством Артамонова.
Ей самой было интересно, как все это работает. Никогда раньше никто на ее глазах такой процедуры не проходил. И она была полна любопытства. Хотелось узнать как можно больше по поводу работы загадочного аппарата. Но конечно, самым важным вопросом было, нет ли у специалиста каких-то претензий к Диане. Ее самому ценному и перспективному агенту.
— Необычно то, насколько хладнокровно ваша подопечная держалась, — ответил ей сотрудник, неспешно упаковывая принадлежности от своего прибора в чемодан. — У меня здоровые мужики, которые по пятнадцать лет нелегалами за рубежом отработали, сидят и потеют, хотя тут совсем не жарко. На нервах все настолько. А ваша девушка, такое впечатление, что на прогулку с друзьями вышла.
Я вначале даже опасаться начал, что она какое-то сильное успокаивающее выпила. Есть, знаете ли, такой способ попытаться обмануть оборудование и специалиста. Но, к счастью, это я при помощи своего оборудования достаточно легко могу отследить. Не пила она ничего, это совершенно однозначно.
Просто, похоже, что нервы у нее абсолютно железные. Ну и совесть чистая, скрывать ей с её точки зрения абсолютно нечего. Вот она и порхала тут, как бабочка над цветами, совершенно ничего не боясь.
Артамонова уважительно кивнула специалисту, и сказала, что в принципе и сама была уверена, что её агент никаких проблем с лояльностью к Советскому Союзу и Комитету не испытывает. Но честно призналась, что тоже не ожидала, что Диана вот так красиво всю эту процедуру пройдет. И даже пожаловалась ему:
— Она была очень недовольна, когда на днях узнала, что ей придется сюда явиться. А потом вдруг сегодня, когда позвонила, уже совершенно иначе отреагировала…
— Значит, первоначально всё же она была недовольна, — с интересом переспросил специалист, наклонив голову и о чём-то раздумывая. — Похоже, у нее хорошо с дисциплиной. Когда она признала для себя, что это действительно нужно, то недовольство это полностью переборола. И пришла к нам уже спокойная, сосредоточенная, чтобы с блеском пройти всю процедуру.
— Похоже, что так, — согласилась Артамонова.
Дальше она начала с интересом расспрашивать специалиста, какие именно показатели снимает эта машина и откуда берётся такая уверенность, что соврать ей невозможно. Тот с охотой рассказывал. Тем более что знал, что ей его вместе с чемоданчиком потом нужно будет отвезти обратно в здание КГБ. Ну либо просто настроение у него было хорошее, а информация, которую она спрашивала, не являлась секретной. В конце концов полиграф вовсе не в Советском Союзе изобрели. Так что его устройством ни одну из зарубежных разведок удивить не удастся.
Артамонова, конечно, очень была довольна, что Диана с таким блеском прошла детектор лжи. Не получится, правда, выразить свое недовольство генералу Комлину, который приказал все это устроить, как теперь выяснилось, совсем зря. Не в той она весовой позиции, чтобы генералу замечания делать.
Но главное, что генерал убедится, что все его подозрения в адрес Дианы были совершенно беспочвенны.
Хотя нет… Вовсе не это главное. — подумала майор озабоченно. — Главное, чтобы Диана не обиделась и не перестала с комитетом сотрудничать. Перестать сотрудничать же можно по-разному. Демонстративно отказавшись и уехав в ту же самую Италию. Или можно просто активно изображать, что сотрудничаешь, но на самом деле, выезжая за рубеж, просто с мужем по паркам гулять и в магазинах новую одежду себе покупать. Это самый опасный вариант. Потому что тогда и каких-то санкций Диане предъявить невозможно. Она же просто спросит, в чем она виновата, что у нее не получается какую-то интересную информацию добыть, хотя она искренне пытается? Но толку от нее никакого в будущем не будет.
То, что Диана такая спокойная и даже в приподнятом настроении пришла сегодня на детектор лжи, нисколько Артамонову не успокаивало в отношении того, что проблемы от нее она из-за своей обиды может заполучить.
Она уже прекрасно изучила свою подопечную и знала, что в ней немерено гордости. Да и самая первая реакция, когда она ей сообщила о необходимости пройти детектор лжи, была очень даже показательна. Диана была практически в ярости в тот момент из-за того, что ей не доверяют. Ладно, дальше уже только жизнь покажет, насколько осложнит её работу с этим непростым, но способным дать блестящие результаты агентом непродуманная инициатива её начальства…
Москва, квартира Ивлевых
Приехали с Галией и детьми из зоопарка. Валентина Никаноровна тут же мне говорит:
— Павел, вам звонили из Министерства иностранных дел час назад. Очень просили перезвонить, оставили телефон.
О, похоже, что вскоре собираются в МИД все же заседание провести по какому-то вопросу, связанному с международной деятельностью, и хотят меня на него пригласить. Ну что же, корочка у меня уже с понедельника этого министерства имеется. Пора начинать её отрабатывать, если так.
Набрал тут же указанный на записке от Валентины Никаноровны номер телефона. Тут и имя-отчество тоже было указано, так что, когда трубку сняли, я тут же спросил:
— Извините, это Валентин Игнатьевич?
— Совершенно верно, — ответили мне.
— Это Павел Тарасович Ивлев. Вы меня набирали сегодня.
— О, Павел Тарасович, очень хорошо, что вы перезвонили.
Было слышно, как оживился голос моего собеседника, утратив некоторую безразличность, что была в нем до того, как я себя назвал.
— Мы собираемся провести совещание с привлечением экспертов из профильных подразделений в понедельник. — напористо сказал дипломат. — Скажите, в десять утра для вас удобно будет на него прийти? Я обзваниваю всех, кто привлечен к совещанию, чтобы определить время, которое лучше всего всем подойдет.
Я тут же прикинул. В понедельник с утра Межуев сказал у него быть в КПК. Даже если без пятнадцати девять мы там начнем, то очень вряд ли к десяти я уже смогу освободиться и до здания МИД добраться. Так что тут же ему ответил:
— К сожалению, у меня в это время будет важное совещание в другом месте, и оно продлится несколько часов. Освободиться смогу не раньше двенадцати.
— Хорошо, Павел Тарасович, — после секундной заминки ответили мне. — Я постараюсь изменить наш график и перенести его после двенадцати часов в понедельник. Позвоню вам сразу, как будут результаты.
Явственно проскользнуло в голосе некоторое недовольство, несмотря на то, что это профессиональный дипломат. Ну это дело понятное. У него наверняка в списке тех, кого он должен обзванивать, и должности тоже указаны. А я там значусь референтом. Да и голос у меня совсем молодой.
Так что с его точки зрения я должен был тут же сказать, что десять утра меня более чем устраивает, и я буду как штык у них в Министерстве иностранных дел. А я, получается, себя неожиданно для него повел, заявив, что в это время быть не смогу. И если все остальные на него уже согласились, то ему теперь предстоит их обзванивать, чтобы попытаться перенести совещание.
Ну да, более чем вероятно, что все остальные прямо на рабочих местах в МИД сидят, и он сразу же с ними это время согласовал. А я же в зоопарке был, вот он до меня последнего и дозвонился…