Сид: Господство

– Честь… – Обнажил клыки в хищном оскале я, – Я тебе только что дротик в спину воткнул.

– А кто сказал, что честь заключается в каких-то правилах? – Безмятежно пожал плечами рыцарь, – В любом случае, я хочу попросить… об одолжении.

– О как… – Хмыкнул я, мысленно отметив свое полное восстановление, – И о каком же?

– Прошу… Не вмешивайся. – Спокойно произнес пустотный первопроходец, – Дай нам закончить начатое. Всему сущему суждено рано или поздно слиться с пустотой, стать ее неотъемлемой частью. Но у этого судна есть шанс приобщиться к Великой Судьбе раньше, чем у остальных.

– Да я бы с радостью… – Произнес я, почесав острыми когтями затылок, – Но, знаешь, я уже пометил тот реактор, как свое блюдо. А едой я не делюсь ни с кем.

– Значит, не договоримся… – С некоторой горечью произнес рыцарь.

– Видимо, не судьба. – Хмыкнул я.

Произнеся это, я сделал сразу несколько вещей. Во-первых, разогнал ману в организме до максимальных значений, не вызывающих плавление тела. Во-вторых, слегка отступил разумом в сторону, давая пространство для инстинктов. И, в-третьих, ринулся в атаку. Пустотные твари среагировали практически мгновенно. Практически нулевая заминка не в счет. Я поднырнул под луч, который циклоп выпустил из своего глаза и метнул в ответ дротик, заряженный Разрушением. Резко остановился, пропуская мимо стремительный удар хвостом скорпиона, ухватился за этот самый хвост и, с силой рванув на себя, заставил владельца хвоста пошатнуться. Рыцарь появился откуда-то сбоку, из слепой зоны, уже замахнувшись булавой. Уворачиваться не было времени, потому пришлось идти, так сказать, на размен. Булава рыцаря ударила меня в левый бок, но я взамен со всей силы, влепил рыцарю другой рукой по шлему. Нас обоих откинуло от полученных ударов.

В этот раз я понес не так много урона: руку расплющило, но не оторвало полностью, да и туловище почти не пострадало. Рыцарю же моим ударом вмяло забрало в шлем так, что у обычного человека от головы остался бы только фарш. Но не у этого ублюдка. Он даже и не подумал помирать, начав подниматься сразу же, как упал на землю. А я тем временем уже длинным кувырком уходил от очередного луча циклопа. Мой бросок дротика, видимо, не поразил свою цель. Причем уходил прямо в сторону скорпиона, перекатываясь прямо ему под ноги. Иногда большие размеры играют плохую шутку, дружочек… Я, на мгновение замерев на корточках прямо под брюхом скорпиона, нанес мощный удар апперкотом прямо в центр туловища твари, усилив кулак всем, чем только можно было. Удар получился жутким в своей силе. Скорпиона прогнуло по всей площади его тела, оторвало от земли, подкинуло в воздух на добрых несколько метров, после чего эта тварь просто взорвалась, окропив окрестности черной токсичной жижей. Я претерпел урон дважды. В первый раз от моего же удара лишился руки практически по локоть, и во второй, когда меня окатило едкой скорпионьей жидкостью.

Такая забористая дрянь была внутри этого существа, что аж меня проняло: я практически всем телом почувствовал, как начали плавиться лианы и защитные пластины по всему телу. Я коротко рыкнул от пронзившей все тело боли, но отвлекаться из-за этого не стал, тут же метнувшись в сторону поднявшегося рыцаря. Тот в недавнем полете лишился булавы, так что остался безоружным, но не обезвреженным. Он коротко размахнулся левой рукой и ударил своей металлической перчаткой мне в область туловища так сильно, что у меня аж дыхание перехватило. А у меня дыхания как такового вообще нет! Впрочем, боль не помешала мне нанести ответный удар. Короткий левый сбоку в район печени, и следом сразу широкий правый в уже изрядно покореженный шлем. Оба удара снабдил изрядной долей маны, зарядив еще и Дыханием Разрушения. Удар в печень будто переломил воина пополам, заставив его согнуться под неестественным для любого живого существа углом. Тело рыцаря в этом месте изрядно раздулось, но тут же начало сдуваться обратно. Удар в голову для этой части тела стал фатальным: шея рыцаря, не выдержав такого количества нагрузки, с громким «чвак» порвалась поперек, а голова отправилась в затяжной полет до ближайшей стенки, где и лопнула фонтаном черных брызг.

Рыцарь, покачнувшись, отшагнул назад, заваливаясь на спину. Но я чувствовал: он еще не умер. Для его смерти нужно приложить гораздо больше усилий… Которые мне не дал приложить циклоп. Подскочивший ко мне циклоп сграбастал меня в охапку и, сжав со всей своей дурной силы в объятиях, начал выжигать мою морду своим лазерным зрением. Я почувствовал, как стремительно плавится моя голова, а боль, волнами расходясь в сознании, рискует затопить остатки здравомыслия… Но сдаваться все равно я не собирался. Резко удлинив шею, я, словно каймановая черепаха, своей пускай и изрядно оплавленной, но все еще зубастой пастью, вонзился прямо в огромный глаз. Укус был самый обычный, не заряженный магией или Дыханием, но этого хватило. Желейный глаз циклопа лопнул так сильно, будто только ждал возможности. Хватка циклопа от полученного урона на секунду разжалась, и я, тут же соскользнув на землю, с разворота пробил удар ногой по району голени циклопа. Тут уж на приложенную силу я расщедрился, так что ногу циклопа стерло из бытия так быстро, будто ее вообще не существовало. Монстр, сильно покачнувшись, завалился на спину, с грохотом обрушившись на пол. Я, оставшись стоять на последней конечности, высоко подпрыгнул и, крутанувшись в воздухе, обрушил удар пяткой на центр тела циклопа, опять же не поскупившись на магию. Циклоп, не видя удара, не имел возможности увернуться, поэтому удар оказался для него смертельным. Чудовище вздулось всем телом и вполне предсказуемо взорвалось черным фонтаном кислотных брызг.

Я, полностью лишенный конечностей, весь оплавленный, рухнул на пол. По всему телу гуляла острая пульсирующая боль, а мой внутренний анализ показывал значительные повреждения всей системы обращения маны и практически полную остановку регенеративных процессов. Все это усугублялось еще и крайней степенью истощения. Голод, на какое-то время спрятавшийся где-то на задворках сознания, сейчас голодной гончей кружился где-то поблизости, готовясь вонзить в меня свои клыки. И все же, останавливаться сейчас было нельзя. Рыцарь уже поднимался на ноги. Верхняя часть его туловища болталась, как у надувного зазывалы, а на месте головы вздулся какой-то бесформенный пузырь, но он все еще был жив и готов продолжать. Я с трудом шевельнулся и перевернулся на живот. С громким хлопком лопнул левый глаз, и я наполовину ослеп. Урон от токсичной жижи, в которой мне пришлось принять душ, накапливался и продолжал меня разъедать.

Отращивать новые конечности у меня не было возможности, ибо регенерация практически застопорилась, лишь иногда и кое-где проявляя себя. Пришлось формировать новую форму на ходу из оставшихся материалов. Быстро переплетаясь меж собой, оставшиеся лианы собрались в новую, но при этом до боли знакомую старую форму. Форму хищной картофелины. Одна большая хищная голова и тонкие четыре лапки-отростка. Собравшись в свою самую первую (хоть и изрядно подросшую) и привычную форму, я метнулся к врагу.

Рыцарь, пусть и выглядел, как сломанная кукла, все же попытался среагировать на мое движение. Качнулся всем телом и рукой, словно хлыстом, ударил по тому месту, где я должен был оказаться. Только вот я, резко откатившись в сторону, увернулся от его удара. После чего, не дожидаясь еще одного вражеского выпада, проскользнул между ног рыцаря и тут же запрыгнул ему на спину. Рыцарь принялся дергаться всем телом, пытаясь сбросить меня, но я оплел его туловище тремя своими лапами. Четвертую же лапу я переделал в некую форму пики и, вложив в нее всю оставшуюся энергию, зарядив самым сильным возможным сейчас Дыханием Разрушения, обрушил это импровизированное оружие на дыру в броне рыцаря, оставшуюся после самого моего первого удара по нему.