Страница 46 из 71
Глава 31. Подарок
Глава 31. Подарок
Мысль приходит ко мне утром, когда я смотрю на браслет на своём запястье. Он тёплый, как всегда, и пульсирует едва заметным ритмом, напоминая о Крисе. Он захотел иметь что-то моё… Может мне следует сделать ему подарок, может он просто хотел именно этого, а я не догадалась?
Я ведь могу подарить ему что-то настоящее, личное, а не какую-то формальную безделушку. Что-то такое, что будет постоянно напоминать ему обо мне. Как мой браслет, который своим теплом будто обволакивает, как объятия Криса…
В общем, идея есть, осталось только воплотить это в реальность. Но как сделать так, чтобы он не догадался? Хочется сделать ему сюрприз.
В итоге приходится немного слукавить, хотя мне очень не нравится мысль, что я его обманываю. После занятий лепечу о срочной необходимости купить ингредиенты для зельеварения, а ещё о кое-каких женских штучках, о которых ему совсем не обязательно знать. Говорю, что пойду с Джейн, а та не хочет краснеть из-за присутствия парня.
Блин, ну а что делать? Он ведь пошёл бы за мной! В последнее время мы с ним не разлей вода, чем даже раздражать некоторых магистров начинаем. Например, Монагана. До сих пор стыдно за срыв эксперимента…
В общем, Крис хмурится, но всё же отпускает меня, поставив условие:«Только с Джейн. И чтобы ты была назад до заката». Я, конечно, обещаю и очень надеюсь, что успею уложиться за пару часиков, чтобы он не переживал за меня.
Вот так мы с Джейн и оказываемся в ближайшей деревушке, зажатой между зелёными холмами. В Ориленде стоит суета, все готовятся уже к осеннему празднику, в честь которого ожидается наш бал в академии. Деревушка украшена гирляндами, тыквами и всеобщим ажиотажем.
Я чувствую себя немного виноватой за обман, но мысль о подарке, о том выражении на его лице, когда он его получит, перевешивает всё.
– И что же ты собираешься дарить своему оборотню? – Джейн щурится на витрину лавки алхимика, где мы притворяемся, что интересуемся сушёными жабьими лапками. – Новый поводок? Или намордник?
– Очень смешно, – фыркаю я, таща её дальше по мостовой. – Я не знаю. Что-то… мужское. Но не простое.
Мы заглядываем в несколько лавок, но ничего не находим. Всё мне кажется либо слишком вычурным, либо слишком обыденным. Слоняемся по Ориленду часа три подряд, но всё не так. Не нравится. Не то. Джейн уже закатывает глаза. Солнце начинает клониться к горизонту.
Блин. Я обещала вернуться до заката. Осталось совсем немного времени. Но я так настроена купить подарок. Я хочу! В отчаянии я тащу Джейн в небольшую мастерскую, заваленную странными механизмами и старыми книгами.
С интересом осматриваю полки в ожидании того самого. И тут я вижу странный кожаный браслет. Странный, потому что на внутренней стороне находится серебряная вставка в виде книги.
Меня будто током прошибает насквозь.
– О-о-о, – тяну я и беру в руки этот браслет. Поворачиваюсь к хозяину лавки. – А можно на книге сделать гравировку, что это учебник артефакторики?
Спрашиваю, и тут же начинаю глупо хихикать, получая недоумённый взгляд от хозяина. Но меня можно понять. Представлю лицо Криса, когда он поймёт, что я намекаю на наше эпичное знакомство. Учебником по голове.
Ну а что? Зато я не хотела, но сразу привлекла внимание заносчивого старшекурсника.
Ох, Крис, сколько мы с тобой успели пережить за это время. Вроде совсем недавно мы были друг другу никем, а теперь… теперь он для меня весь мир.
Хозяин соглашается сделать гравировку, я оплачиваю покупку и жду. Джейн явно хочет что-то мне сказать, но я взглядом намекаю, что попозже. Неловко обсуждать отношения с Крисом при свидетелях.
И тут в помещение вваливаются трое старшекурсников с чужого факультета. И судя по запаху… они уже изрядно подвыпившие. И что самое ужасное, их взгляды сразу же цепляются за нас.
– Смотри-ка, какие девчонки, – растягивает один.
Этот высокий и тощий шатен с любопытством поглядывает на нас с Джейн. Его глаза фокусируются на моём лице, а потом медленно опускаются вниз. По спине пробегают мурашки, а в голове вспыхивает табличка со словом «опасность».
– Адептки Сендорской академии, – развязно тянет второй, коренастый. – Гуляют вдвоём, вечером… Наверное, ищут компанию. Скучаете по мужскому обществу?
Джейн сразу же встаёт в защитную позу.
– Мы не скучаем. И мы заняты.
– Ой, злючка, – ухмыляется третий, с хищной улыбкой. Он подходит слишком близко ко мне, и я чувствую запах дешёвого вина. – А ты что, красавица, тоже такая колючая? Или с тобой можно договориться?
– Отстаньте, – говорю я твёрдо, хотя внутри бушует океан неприятных ощущений.
И тут я чувствую, как браслет на руке начинает ощутимо теплеть. Кожа покалывает, и я начинаю переживать, что сейчас получу ожог.
Что это с ним такое?
– Слышали? Просят отстать, – передразнивает тощий и протягивает руку, чтобы коснуться моей пряди волос.
Я резко отшатываюсь. Джейн пытается встать между нами, но коренастый парень блокирует ей путь. А хозяин лавки вышел в соседнюю комнату, чтобы нанести гравировку и не слышит, что тут творится.
Можно, конечно, крикнуть, но эти парни нас окружили. Ещё начнут применять грубую силу… Могут ведь и рот закрыть и вообще… Ну не хватало нам приключений с Джейн на пятую точку.
Надо как-то с ними договориться словами.
– Не грубите, девочки, – сипло говорит тот, что стоит ко мне ближе всего. Он перехватывает меня за локоть. – Мы просто по-дружески…
Он не успевает договорить. Дверь в лавку с грохотом распахивается, ударяясь о косяк. В проёме, залитый светом уличных фонарей, стоит Крис.
Сердце подпрыгивает в груди от волнения. Он пришёл. Нашёл. Он… чёрт, да он же в бешенстве! Я испуганно вжимаю голову в плечи. Радость от того, что он здесь быстро сменяется пониманием. Он меня сейчас пришибёт от злости.
Всё его существо излучает такую концентрацию ярости, что воздух в лавке становится густым и тяжёлым. Его глаза сейчас даже не голубые, а какие-то синие, глубокие и тёмные. И очень… очень опасные! Я успеваю заметить когти на его руке.
Боги, да он уже на грани трансформации!
Его взгляд скользит по мне, проверяя, цела ли, а затем приковывается к троице старшекурсников. Тот, что меня уже держит за руку резко отступает в сторону. Вижу, как меняется лицо парня. Там больше нет ухмылки, там животный страх.
– Леманн… – бормочет один из них.