Страница 35 из 63
Глава 13.
* Алина *
*
Кабинет был слишком красивым, чтобы я могла расслабиться. Из тех, в которых пахнет новой мебелью, капсулами кофе в вазочках у кофемашин и чем-то еще, что хочется назвать деньгами. Светлое дерево, мягкие кресла, орхидея на подоконнике — будто бы я пришла не к врачу, а в салон красоты. Но я-то знала, куда на самом деле пришла.
Я сидела, не касаясь спинки кресла и сцепив руки в замок на коленях. Правая нога дергалась сама собой, как в дни перед экзаменами или в затянувшейся очереди на флюорографию. Хотелось грызть ноготь на большом пальце, но я сдержалась. Слишком взрослая для этого. Слишком на взводе, чтобы позволить себе еще этим выдать себя.
Максим молча сидел рядом, и вдруг аккуратно положил ладонь мне на колено. Это было просто прикосновение, без дополнительного подтекста и лишних слов, но оно сработало. Его пальцы были теплыми, уверенными, тяжелыми, и я сначала на мгновение, а потом и вовсе перестала дергать ногой, сосредоточившись на нем.
Посмотрела на него, Максим тоже посмотрел на меня и спокойно улыбнулся едва заметно, уголком губ.
Я не поверила его спокойствию. Конечно, не поверила, но мне стало чуть-чуть легче.
Он все еще был здесь после всего того, что я ему рассказала. После этого безумного признания, которое не каждый бы даже выслушал, он не просто остался, а еще даже не попытался вызвать санитаров, лишь предложил подумать о том, чтобы сходить к врачу. И теперь он сидел рядом и держал меня за колено.
— Елена? — врач повернулся ко мне.
Я посмотрела на него. Мужчина лет сорока с лишним, аккуратная седина на висках, светлая рубашка и вежливая улыбка. Он внимательно разглядывал меня, но не давил и не пугал. Видимо, он меня уже о чем-то спросил, а я даже не услышала, поэтому теперь вся обратилась во внимание.
— Простите, что? — переспросила я, почти силой прерывая свои размышления.
По-хорошему настороженный, мужчина открыл блокнот — настоящий, бумажный, распухший от записей, которые он делал перьевой ручкой, — и повторил вопрос:
— Вы ведь перенесли черепно-мозговую травму в аварии?
Я кивнула, сердце заколотилось. Максим все еще не убирал руки с моего колена, и это почему-то казалось важным и значимым, как якорь. Потому что сейчас я едва сдерживалась, чтобы снова не начать дрейфовать в своих отдаленных мыслях, но он удерживал меня в реальности.
— Вы жалуетесь на провалы в памяти, правильно?
— Да, — сказала я. — Но… не совсем так.
Он немного подался вперед, ручка застыла над бумагой:
— Расскажите, как вы это ощущаете. Своими словами.
Своими словами? Легко сказать.
— Мне кажется… что я не та, кем была раньше. Не та, кем меня считает семья и друзья.
Врач никак не отреагировал, не высказал ни удивления, ни осуждения, ожидая, что я продолжу. Я сглотнула и продолжила:
— Я помню совсем другие вещи. Я вспоминаю не свою жизнь, не этих людей… — я чуть повернулась к Максиму. — И не это тело. У меня были другие руки, другая работа, другая семья. Другая я.
Ни один мускул на лице врача не дрогнул, он только легким движением руки поставил какую-то заметку в блокноте.
— И как долго у вас эти ощущения?
— С самого начала, — ответила я. — С момента, как я очнулась после аварии. Я смотрю в зеркало и не узнаю себя. Я жила другой жизнью, а это не помню совсем. Мне кажется, что меня звали Алина.
Тут я впервые заметила, как напрягся Максим. Ненавязчиво, но все же пальцы чуть сильнее сжали мое колено. Врач же просто кивнул и спросил:
— А кто тогда, по-вашему, Елена?
— Она настоящая хозяйка этого тела. Настоящая жена Максима. Но ее здесь уже нет.
Врач помолчал несколько мгновений, потом уточнил:
— У вас бывают галлюцинации? Или ощущение, что вы где-то между сном и явью?
— Нет, — я качнула головой. — Все очень ясно. Даже слишком.
— А до аварии вы обращались к психиатру? Психотерапевту?
— Нет, — пробормотала я тихо. — Я жила обычной жизнью. Никогда ничего подобного не было.
Он кивнул, сделал еще одну пометку и, наконец, сказал:
— Хорошо. Я вас услышал. Мы сделаем МРТ. Отправлю вас на анализы. Возможно, назначим дополнительные нейропсихологические тесты. Это нужно, чтобы исключить органические причины и убедиться, что вы в безопасности. Вы не против?
— Нет, — прошептала я еще менее уверенно. — Не против.
Максим на секунду сжал мое колено еще чуть сильнее, привлекая к себе внимание. Я посмотрела на него, поймала его улыбку, адресованную мне, но все еще чувствовала, как он напряжен. Он был рядом, но сейчас, как мне показалось, ему бы хотелось немного отстраниться, отойти в сторону. Будто между нами появилось какое-то невидимое препятствие.
Доктор что-то сказал медсестре, мягко, буднично, будто речь шла не о моем сознании, а о незначительном синяке на локте, и молодая приятная девушка попросила меня пройти за ней на МРТ.
Максим поднялся вместе со мной, но его остановили: родственников и сопровождающих в аппаратную все равно не пускали, так что предложили подождать меня в кабинете.
Вдоль светлого коридора протянулись серые, почти зеркальные стены. Вокруг было так стерильно-чисто, что складывалось ощущение, будто я здесь не человек, а объект. Что все это придумано не для комфорта, а чтобы во мне что-то нашли и как можно быстрее. Я шла медленно, сдерживая себя изо всех сил, чтобы не развернуться и не убежать. Словно чувствовала спиной, что за нами закрылась дверь, отделявшая меня от единственного человека, которому я сейчас могла довериться, а впереди маячил только огромный пугающий аппарат.
Медсестра провела меня в небольшую раздевалку. Все оказалось стандартно: одноразовый халат, пакет для собственной одежды, зеркало, в которое я не хотела смотреть.
— Раздевайтесь полностью, надевайте халат. Обязательно снимите украшения, резинки, если есть еще какие-то металлические предметы — оставьте здесь. Потом я вас проведу в аппаратную.
Я кивнула, медсестра вышла, прикрыв дверь. Я села на стул и глубоко выдохнула. Ладони вспотели, и я долго не могла расстегнуть застежку на джинсах — пальцы не слушались. Все тело словно сопротивлялось и пыталось меня убедить, что туда идти не надо.
Но я все равно смогла подняться и снять одежду. Завязала тонкую халатную ленту на поясе и аккуратно, хотя и механически сложила вещи.
В какой-то момент поймала отражение в зеркале и все-таки глянула на себя. Из отражения на меня все еще смотрела незнакомка, но своего привычного лица я уже как будто тоже не помнила…