Своевольная невеста

Глава 37

Посреди колоннады Кейрана окружила чуть ли не четверть Ассамблеи. На миг мне стало не по себе, когда я увидела, как молодые аристократы заискивающе обращаются к Кейрану, словно тот был королём. К счастью, их было немного. Остальные без церемоний хлопали Кейрана по плечу, трясли его руку, поздравляли и улыбались мне. Среди комплиментов я даже услышала пару намёков на скорейшее продолжение рода, но через десять минут я уже так устала, что едва вслушивалась, лишь улыбаясь в нужных местах.

– Дорогая, пора тебе увозить своего мужа домой, – шепнула мне на ухо герцогиня Лонтре. – Ещё немного, и все решат, что истинной силой за троном будет он.

Я сжала губы. Похоже на то. Если Кейран останется в столице, он точно станет слишком заметной фигурой… а возможно даже, что и главной.

– Я поняла, – прошептала я.

И мягко сжала руку Кейрана.

– Ваша светлость, – слабым голосом произнесла никудышная актриса леди Тиса, – я так устала после того, как меня захватили в плен и мне пришлось противостоять бывшей королеве… Вы не могли бы отвести меня в наши покои? Я хочу отдохнуть.

И взмахнуть ресницами два раза. Вот так.

Взгляд Кейрана ни на миг не опускался в моё жемчужное декольте, но я прекрасно знала, что он его видит. И он знал, что я знаю, что он его видит.

– Разумеется, ваша светлость, – произнёс он с непроницаемым видом. – Господа, благодарю вас за поздравления, но все предложения стоит направлять его величеству, не мне. Точнее, новому кабинету министров.

– Но ваше влияние на короля… – начал кто-то.

– Ограничено, и на днях я уезжаю домой, – прервал его Кейран мягко, но со сталью в голосе. – Король Гиллиан – не марионетка. – Тонкая улыбка. – Если бы бывший опекун принца, герцог Брайский, так внезапно не заболел и не уехал в своё поместье, он сказал бы вам то же самое.

Ага, вот где, значит, у нас обретается бывший союзник королевы. Что-то мне подсказывало, что Ассамблея его подвиги так просто не забудет.

Впрочем, сейчас мне было не до Брайского. Мне действительно хотелось отдохнуть.

В следующий момент пальцы Кейрана сплелись с моими, и он вывел меня из круга придворных и повёл вперёд, по галерее. Гул голосов скоро остался позади, но я заметила, что за нами вышагивает охрана.

– Боитесь? – тихо спросила я.

– Необходимая предосторожность после всего, что случилось, – негромко ответил Кейран. – Но это всего на несколько дней. Потом, как я сказал, мы уезжаем.

– Так быстро?

По губам Кейрана скользнула ироническая улыбка.

– Вы поверите мне, если я скажу, что я сам себе не доверяю?

Я моргнула.

– Это как?

Кейран остановился и подошёл к краю галереи, опершись на перила.

– После нашей победы мой авторитет взлетел, как вы прекрасно понимаете, – негромко сказал он. – Ассамблея будет послушна мне, если я захочу. Хотя бы первое время, но будет. Мне благодарны гильдии, благодарны горожане… Я получил огромный капитал, хоть его и нельзя потрогать. Неимоверный кредит доверия.

– Иными словами… – Я начала понимать. – Иными словами, для них вы идеальный король. Победитель и герой, который снял с них непомерное бремя налогов, выгнал наглых сиенцев-захватчиков и дал им свободу.

– Точнее, безопасность, – поправил Кейран. – И для жизни, и для кошелька. Но в остальном вы правы. Ассамблея могла бы проголосовать за меня сегодня. Если бы я захотел, я смог бы сместить Гиллиана и занять его место. Укротить Ассамблею, надавить на суды, ограничить городские собрания… и так далее. Через десять лет это уже не получилось бы, потому что тогда Ассамблея, гильдии, и муниципалитеты наберут силу, но здесь и сейчас? Мне, другу Родерика, выгнавшему сиенцев дважды? Это вполне возможно.

– Разве это будет так плохо? – уточнила я. – Ведь вы… вы действительно герой. И я… я тоже доверяю вам.

Лёгкая улыбка была мне ответом.

– И я признателен вам за это, леди Тиса. Но прошёл бы год, два, пять, и я потерял бы голову. Возможно, медленнее, чем Эдард, но единоличная власть – очень опасная штука. И я не доверяю себе, потому что боюсь того, что власть сделает со мной.

Я нахмурилась, представляя себя на месте королевы Валери. Да нет, Кейран никогда не стал бы такой, как она! Ни через пять лет, ни через десять!

…Или стал бы? Если бы никто не смел ему противоречить, если бы каждое его слово было оплетено лестью, а каждый приказ выполнялся?

Я не знала. А стоило, наверное, об этом подумать.

Мой муж кивнул, словно прочитав мои мысли.

– Искушение. Слишком много власти. – Он с иронией улыбнулся. – Да и на нас с вами времени не останется.

Я слабо улыбнулась в ответ.

– Действительно.

– Так что придётся удовлетвориться нашим маленьким герцогством. Новый закон о правах ограничит нас и там, но это и к лучшему. – Кейран вдруг иронически улыбнулся. – Кстати, раз уж вы так решительно потребовали, чтобы ваш спаситель получил графство, придётся отдать ему часть наших земель. Небольшую, примерно одну десятую, но всё же.

Я присвистнула.

– А ему не много будет?

– Если обещаешь что-то, плати сам, а не делай это за чужой счёт, – развёл руками Кейран. – Кроме того, там находится месторождение лирских кристаллов, которое стало бы золотой жилой, если бы нашлись деньги на то, чтобы прорубить в камне достаточно глубокие шахты. Таких денег нет ни у меня, ни в казне, а вот если вложатся банки Сиены, то процветать будут все. И графство, и казна, и сами банки.

– То есть мы будем торговать с Сиеной? – уточнила я. – Вместо того чтобы холодно их игнорировать?

– Сиена никуда не денется. Более того, и сиенцы, владеющие частью наших земель, тоже никуда не денутся. – Кейран вздохнул. – Гиллиану придётся долго и муторно договариваться с каждым из них. Впрочем, все прежние сделки будут рассматриваться Ассамблеей и в судах: старые собственники должны хотя бы получить компенсацию или шанс выкупить семейное гнездо. Посмотрим, к чему это приведёт. К счастью, самые рьяные сторонники Валери уже сбежали, так что казна просто выкупит их земли. Будет непросто, но мы справимся. – Его рука нашла мою. – Ведь мы всегда справляемся.

Я прижалась к нему, и мы долго-долго стояли без движения.

– Только пусть мы будем справляться без моих родственниц, ладно? – прошептала я. – Без мачехи и Камиллы. Видеть их больше не хочу.