Страница 23 из 64
Глава 12.
Я стояла, прижав руку ко рту, и смотрела на дверь расширенными от ужаса глазами. Голоса не умолкали. Они переплетались, накладывались друг на друга, то затихая, то усиливаясь. Я не верила в призраков, но сейчас, стоя посреди темного коридора, слушая эти голоса из запертой мастерской, я была готова что угодно принять за чистую монету.
Все это звучало как насмешка, как что-то потустороннее, нечеловеческое. Я зажмурилась, пытаясь взять себя в руки. Дышать. Надо просто дышать. Глубоко, размеренно. Призраков не существует. Это просто... что-то другое. Должно быть что-то другое. Вдруг из мастерской донеслись шаги. Размеренные, тяжелые. Кто-то ходил там, внутри, прямо за дверью.
Я замерла, боясь пошевелиться. Шаги приблизились к выходу. Я услышала, как скрипнула половица прямо у порога. Кто-то стоял по ту сторону дерева, и, кажется, тоже прислушивался. Ко мне? И вдруг меня осенило. Что, если там внутри — люди? Живые, настоящие люди? Милсон, например, или сам герцог? Вдруг у него есть какие-то дела в мастерской по ночам? А женский голос... может, это Люси? Или тетушка Грета? Но зачем им приходить сюда в полночь? Мысли путались, но одна из них билась сильнее остальных: я должна узнать правду. Должна увидеть своими глазами, иначе эти голоса будут преследовать меня всю жизнь.
Я глубоко вздохнула. Руки тряслись, но я заставила их повиноваться. Сунула свободную руку в карман халата и нащупала ключ. Холодный металл немного отрезвил, вернул способность мыслить. Выпрямившись, сделала шаг к двери и поднесла подсвечник поближе, вставляя ключ в замочную скважину.
В тот же миг голоса резко стихли, будто их оборвали на полуслове. В мастерской воцарилась та самая мертвая тишина, которая встретила меня, когда я только подошла. Однако теперь в ней чувствовалось что-то зловещее. Словно там затаились и ждали, что будет дальше. Стоило ли открывать? Что я могла увидеть? Пустую комнату? Или...
Я уже начала осторожно поворачивать ключ.
— Что вы делаете?
Я вскрикнула. Подсвечник выпал из руки, свеча погасла, и тьма накрыла меня с головой. Я резко обернулась, выставляя перед собой руки в защитном жесте, хотя неизвестно против кого. В темноте коридора, всего в нескольких шагах от меня, стояла фигура. Высокая, темная, неподвижная. Я не видела лица, только силуэт, но почему-то сразу его узнала.
— Ваша светлость? — выдохнула я, и сама не узнала свой голос. Он был похож на сиплый испуганный визг.
Фигура шагнула вперед. Свет от далекого окна, в которое все же пробивалась луна, упал на мужское лицо. Он был в темном халате, босиком, с растрепанными волосами. С собой у него не было даже подсвечника, и на секунду я задумалась над тем, как он дошел досюда целым и невредимым. Его глаза смотрели на меня в упор — не пусто, как обычно, а осмысленно, внимательно. В них читалось удивление.
— Я… — мой голос прозвучал жалобно, по-детски беспомощно.
Герцог сделал еще шаг, приблизившись почти вплотную. Теперь нас разделяло не больше метра. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его серых глазах мелькнуло то ли беспокойство, то ли... любопытство. За секунду собравшись с мыслями, я выпалила все на одном дыхании:
— Я слышала много историй про эту мастерскую, про голоса и про призраков, и решила проверить. Сначала ничего не было, но потом кто-то начал разговаривать и ходить. Мне в голову пришла мысль, что это может быть кто-то из домашних, и я захотела в этом убедиться, поэтому решила войти, но не успела.
Эдгар посмотрел на дверь, а потом на перепуганную бледную меня, и спустя мгновение начал говорить, отделяя каждое слово, будто пытаясь убедиться, что правильно понял.
— То есть вы, — его брови немного сдвинулись от недоумения, — услышав, что здесь есть призраки, пошли на них посмотреть?
Я кивнула, понимая, как глупо это звучало со стороны.
— И вы, — он продолжил, — даже услышав голоса и испугавшись до смерти, решили войти и проверить, что там происходит?
Я снова кивнула.
Мы стояли друг напротив друга в темном коридоре, и тишина между нами становилась все более тягостной. Герцог смотрел на меня, я — на него. Вернее, я пыталась разглядеть его лицо в скудном лунном свете, но видела только смутные очертания, блеск глаз, впалые щеки. Прошла минута, может, две. Я потеряла счет времени. Стояла, прижимая руки к груди, и ждала. Чего? Не знаю. Приговора? Понимания? Мне было страшно, стыдно и одновременно спокойно. Рядом с ним, с этим странным, потерянным человеком, страх отступал.
Он все молчал. Смотрел на меня, и я чувствовала, как его взгляд скользил по моему лицу, по растрепавшимся волосам, халату. В нем не было осуждения, не было гнева, только с чем-то смешанное недоумение. «Он думает, что я сумасшедшая», — мелькнула мысль. — «Решит, что раз я среди ночи таскаюсь по замку и брожу по комнатам, значит, у меня не все дома», и в этом была своя правда. Со стороны мое поведение выглядело именно так. Кто в здравом уме, услышав страшные истории про призраков, пойдет ночью их проверять? Кто, испугавшись до полусмерти, все равно решит открыть дверь, из-за которой доносятся голоса?
Я судорожно вздохнула и опустила глаза. В мастерской за моей спиной было тихо. Ни звука, ни шороха. Идеальная, абсолютная тишина, которая делала меня лгуньей в собственных глазах. Улик не было, только мои слова, которые ничего не стоили. Герцог переступил с ноги на ногу. Босые ступни, должно быть, замерзли на холодном полу, но он не подал вида. Просто стоял и смотрел, а потом разомкнул губы.
— Понятно, — сказал он тихо и развернулся, чтобы уйти.
Я смотрела, как его темный силуэт начал удаляться вглубь коридора, и внутри что-то оборвалось. Вот так просто? «Понятно» — и все? Ни объяснений, ни вопросов, ни даже намека на то, что он думает на самом деле? Он просто уходил, оставляя меня здесь, в темноте, с погасшей свечой и грудой невысказанных слов? После того как я подобрала подсвечник, мои ноги сами рванули следом. Я догнала его в несколько шагов и поравнялась, тяжело дыша не столько от бега, сколько от волнения.
— Ваша светлость, простите, что я сейчас иду рядом, — затараторила я, стараясь поспеть за его широким шагом. — Я понимаю, что это выглядит странно… но мой подсвечник погас, а спичек с собой нет. Я почти ничего не вижу. Если вы идете в сторону своих покоев, может быть, я могла бы пройтись с вами немного? Хотя бы до поворота, где я смогу сориентироваться?