Страница 43 из 130
Они просто продолжали. Их руки, губы, кончики пальцев были повсюду. Они сами были повсюду. Всё было немного сумбурным — они узнавали друг друга. Неуклюже. Смешно. Стоны, приглушённые вздохи, случайные удары обо что-нибудь — и каждый раз после этого смех, взгляды и новый поцелуй, ещё крепче, ещё безрассуднее, ещё отчаяннее предыдущего. А потом, спустя ещё несколько минут этих подростковых поцелуев — шумных, влажных, безрассудных, — Николь слегка прикусила его нижнюю губу, зацепилась пальцем за шлевку его ремня и посмотрела ему прямо в глаза.
— Ну что, теперь покажешь, что ты там написал?
Он сглотнул.
— Ты ещё не готова.
Она снова его поцеловала.
— А вдруг я тебя удивлю?
Логан отстранился — не сразу. Он всё время останавливался, чтобы тихо простонать, схватить Николь за шею, уткнуться лицом ей в ухо, в шею, в ладонь — куда угодно, лишь бы снова коснуться её губами, зубами или языком. Но в конце концов всё-таки заставил себя отступить.
— Не так, — сказал он.
Николь медленно провела ногтями по его предплечьям. Он едва заметно вздрогнул.
— Пожалуйста?
Логан тихо рассмеялся и заправил ей прядь волос за ухо.
— В субботу, — сказал он после долгого выдоха. Николь всё ещё двигала бёдрами, всё ещё притягивала его к себе, а его ладони лежали на её ягодицах, помогая ей сокращать расстояние между ними. — Ужин. Ты и я. Где захочешь. А потом, если ты всё ещё этого захочешь, я снова тебя поцелую. Скорее всего, на несколько часов.
Николь переплела их пальцы.
— Ненавижу тебя.
— Да, — сказал он и в последний раз поцеловал её. — Заметно.
А потом он уехал, оставив Николь Спайер посреди собственной подъездной дорожки — запыхавшуюся, растрёпанную, совершенно ошеломлённую. Ей оставалось только смотреть, как его самая обычная на свете машина — которая, как она неожиданно поняла этим утром, ей очень даже нравится, — скрывается из виду.
И когда она исчезла за поворотом, Николь ещё с минуту стояла неподвижно, стараясь не слишком задумываться о маленьком эксперименте Мари. Потому что она только что буквально умоляла Логана Милграма затащить её наверх и заняться с ней сексом до полного изнеможения, а он без колебаний отказал ей.
Да, и поцелуй?
Он был потрясающим.
Из тех, что не забываются.
Возможно, никогда.